Выживать, чтобы гонять. Один год в мире «Формулы-1» - Гюнтер Штайнер

– Но мы же в пустыне, – сказал я. – Откуда ты знаешь кратчайший путь в пустыне?

– Доверься мне, – ответил он. – Я был здесь раньше много раз. Я знаю, куда ехать.

Само собой, я не поверил идиоту, но что я мог сказать?

Примерно через 90 минут продвижения по его короткому пути с грузовиком начало твориться что-то странное.

– Что, черт возьми, происходит? – спросил я. – Господи Иисусе, мы тонем. Мы, мать твою, тонем! Что здесь происходит, черт тебя дери?

– Эм-м, я думаю, мы могли въехать в солончак, – сказал он.

– Чертово соленое озеро? Да ты, мать твою, прикалываешься. Что это за короткий путь? Путь к ранней смерти?

Мы, должно быть, двигались со скоростью около 80 км/ч, когда начали тонуть и опустились примерно на два метра. Никогда раньше я не испытывал ничего подобного.

В течение получаса вокруг грузовика собралось около 50 местных жителей, и мы сумели заплатить нескольким из них, чтобы они откопали нас. На это ушло целых два дня! Мы сильно отстали. Пока это происходило, свипер (так называют человека, который присматривает за всеми вне ралли) предложил довезти нас до ближайшего аэропорта, но мы отказались. Если бы мы уехали, нам пришлось бы оставить все там, а мы не могли так поступить. Вместо этого мы решили дождаться, пока нас откопают, а затем продолжить движение. «Однако на этот раз мы будем придерживаться чертова маршрута, – сказал я. – Никаких коротких путей!»

Чтобы убедиться, что мы снова не заблудимся, мы наняли одного из местных жителей, который предложил сопровождать нас, пока мы не догоним ралли. Он был примерно того же возраста, что и наш соня-водитель, и страдал от тех же проблем с личной гигиеной, что и мы. Судя по всему, он не мылся несколько дней. Это означало, что теперь в нашем грузовике было четыре вонючих ублюдка – три итальянца и один ливиец. Просто отвратительно. Мы пытались держать окна открытыми, но не похоже, чтобы это как-то помогало.

Бог знает как, но нам удалось добраться до Нигера. Мы продолжали, хоть и по-прежнему отставали от гонки. Удивительно, что к тому моменту нам все еще удавалось не перессориться. Мы приближались к этому всякий раз, когда кто-то пердел, то есть примерно каждые 20 секунд! Возникала перепалка, которая длилась около минуты, а потом все внезапно останавливались. Мы спали по три-четыре часа в сутки, так что, наверное, были слишком уставшими, чтобы ругаться.

Стоило мне немного более оптимистично подумать о наших шансах догнать ралли и вернуться к какому-то подобию нормальной жизни, как началась песчаная буря, которая заставила нас остановиться. Мы оказались где-то между Диркоу и Нгуигми, и невозможно было рассмотреть что-либо дальше, чем на полметра перед собой. Настоящее безумие! Мы просто сидели, как кучка дрочил, ожидая, когда стихнет буря. Наступила ночь, и мы попытались заснуть, но это было невозможно. Четверо вонючих мужиков в кабине без воздуха – шутка ли? Это была пытка. Когда наконец наступило утро, песчаная буря утихла ровно настолько, чтобы мы смогли приоткрыть окно и впустить немного воздуха.

– Я слышу верблюдов, – сказал вонючий ливиец.

– Что?

– Я слышу верблюдов!

Прежде чем я успел назвать этого парня придурком и попросить его заткнуться, он выпрыгнул из кабины и убежал вдаль.

– Куда ты, черт возьми, побежал? – закричал я, но он не остановился.

Прошло три часа. За это время я убедил себя, что ливиец, должно быть, галлюцинировал и уже наверняка лежит где-то мертвый на дюне. Я как раз думал о том, как мы могли бы связаться с его семьей в Ливии, когда водительская дверь открылась. Это был он.

– Где тебя, мать твою, носило, придурок? – спросил я.

– Я же говорил тебе, что слышал верблюдов, – сказал он. – И я слышал. Смотри.

Он обернулся и указал куда-то. Там вдали было четверо мужчин на верблюдах.

– Туареги, – сказал он. – Они помогут нам.

В тот момент я подумал, что галлюцинации тут у меня! Это было чертовски странно.

После недолгих переговоров один из туарегов предложил, чтобы он сел в кабину и сопроводил нас до их шатров. Теперь в нашем грузовике стало пятеро вонючих ублюдков. Дорога заняла около часа, и когда мы приехали, нам дали попить.

– Что это? – спросил я. Напиток выглядел отвратительно. Как основательно прокисшее молоко.

– Верблюжий йогурт, – сказал один из туарегов.

Мы не могли отказаться от него, поскольку они были очень добры к нам. Пришлось пить. Это было ужасно! Я подумал: «Если эти парни не убьют нас, то это точно убьет».

В итоге мы договорились с туарегами, что они выведут нас из песчаной бури на военную базу, где мы сможем заправить грузовик. Двое туарегов настояли на том, чтобы поехать с нами, и если бы наш ливиец не решил прекратить свои мучения и вернуться домой, это было бы совсем невыносимо. Путешествие длилось пять часов. У меня довольно хорошее обоняние, поэтому примерно каждые 30 секунд я улавливал дуновение нашей коллективной вони, и меня начинало тошнить.

К тому времени, как мы прибыли на военную базу, мы выбрались из песчаной бури и смогли ненадолго открыть окна. Было все еще достаточно отвратительно, поэтому после дозаправки мы спросили кого-то из военных, можно ли нам принять душ. Он посмотрел на нас и покачал головой, как бы говоря: «Пустить кучку грязных засранцев вроде вас в наши душевые? Ни в коем случае!» Я не думаю, что когда-либо за всю свою жизнь был так разочарован. Я не мог сбежать от запаха собственного пота, не говоря уже о двух других парнях!

На следующий день мы – о чудо! – нашли место, где можно было принять душ, а затем непрерывно ехали два дня без каких-либо происшествий. Наконец наша удача вернулась. На третий день у нас снова стало заканчиваться топливо, и мы начали думать о том, где бы его долить. Мы остановились, чтобы поговорить об этом, и буквально через пару минут к нам подъехал армейский грузовик с топливным баком сзади. И это посреди чертовой пустыни! Мы со штурманом помоложе вышли из кабины и пошли договариваться с водителем.

– Можем ли мы купить у вас топливо? – спросили мы.

– Нет, – ответил водитель.

Только тогда я заметил на передней части грузовика антилопу, которую они, вероятно, застрелили. Впрочем, это было довольно обычное зрелище, поэтому я не придал этому большого значения.

– Вы можете купить немного топлива, если купите половину антилопы, – сказал водитель.

– На кой черт нам нужна половина антилопы? – поинтересовался я.

– А как насчет всей антилопы? –