Алан Аюпов - Экскурсия в прошлое

Внимание, лошади!

— А улицы барачные там были Водопроводная, Луговая… И ещё, если кто помнит, в пожарке был конь по кличке Тавриз (это я имею ввиду старую пожарку!), и он был для нас лучше московского зоопарка…

Как-то мне довелось попасть в зоопарк в Воркуте. Там по клетке бродили три серенькие курицы. Народ утверждал, что это павлины. Мне лично они казались обычными индюками, пока один из них не раскрыл свой хвост. Вот тут я убедился, что это настоящие павлины. Такой красоты мне до тех пор видеть не приходилось!.. Других зверей не помню. Не вызвали они у меня никаких эмоций, а потому и не запомнились. Немного позже, оказавшись в Санкт-Петербурге (тогдашнем Ленинграде) мы с отцом посетили знаменитый зоопарк. Сколько было сделано фоток!!! Да вот незадача, при переезде потерялись и негативы, и сами фотографии.

Был я и в нашей конюшне. Только очень уж плохо её помню. Какая-то она невзрачная мне тогда показалась. И стойла, где держали лошадей, были какие-то неуютные.

— Я жила на Суворова 19 «а» там, где была почта и прокат. Училась в школе 13. Помню, как по району совхозные лошади гуляли — это был мой первый опыт верховой езды…

Я на лошади впервые проехался в деревне на юге. Мы с отцом шли с трассы в деревню. Идти вокруг леса надо было семь километров, а через лес всего 3. Отец пошёл вокруг в надежде, вдруг какая-нибудь попутка случится?.. Я, честно говоря, ни разу попуток по этой дороге не видел. Но это никого не волновало. И вот, идём мы с ним, и вдруг нас догоняет двуколка. А в ней наш деревенский почтальон. Вот тогда-то я и вкусил прелести наездников без седла. Меня посадили на лошадь верхом, почтальон так и остался сидеть в коляске, а отец шёл рядом, придерживал меня, чтоб случайно не свалился. Сидеть без седла было больно, хребет лошади давил на самые укромные места. Слез я с лошади куда шустрее, чем забрался на неё.

— На улице Суворова раньше находился ТРЕСТ «Воркутауголь», потом его перевели в город. Возле старой тринадцатой школы была конюшня, где стояла лошадь Марта, которая «работала» в дизентерийном отделении, что было за 13 школой. Потом там была неврология. А что там теперь находится, я не знаю.

— Значит, в твоём доме был и книжный магазин. Боже, я помню, какой книжный бум был в те годы!!! Мы записывались перед завозом накануне вечером, дежурили и отмечались всю ночь, утром — перекличка, а потом — давка!!! Меня один раз чуть не раздавили! Книга имела магическую силу тогда!!! А напротив вашего дома был овощной магазин, где вечно пахло мёрзлым картофелем. Покупали десять килограммов, а после чистки хватало на суп и большую кастрюлю пюре. А вот яблоки мороженные я любила.

Наша соседка тётя Рая, жена дяди Серёжи Смирнова, работала на конюшне. Не знаю кем, только мне доводилось видеть, как она развозила обеды по школам.

— Тётя Рая, может, и развозила завтраки по школам, а меня сбил какой-то дед на санях, который развозил завтраки по больницам. Я очень не хотела идти по хлеб. — Возражала Тамара. — Был мороз. Мне лет десять или одиннадцать. Хлеб я купила, потом перешла на ту сторону дороги, так как увидела нашу отличницу Лену Голенко. В своё время она научила меня писать сочинения. Она была маленького роста. Я стояла спиной к дороге и Ленке тоже было не видно из — за меня, что на ней делается. По Комсомольской проехала машина грузовик (в кои веки) и посигналила, объезжая повозку. Лошадь понесла. Что-то сильно толкнуло меня в спину, я лбом стукнулась по Ленкиному лбу. Мы упали в сугроб. К нам подбежали люди, стали нас поднимать, и мы увидели, как по улице вверх несётся лошадь с санями и дед орёт тпру-тпру! Лоб болел, и я решила его потереть. Под ладонью лоб поднялся сантиметра на 2. Я поплелась домой. Дома увидели шишку, и Ирка сказала: ничего себе за хлебушком сходила. Синяка почти не было, но с выдвинутым лбом ходила долго. Про обезьян мы ещё не учили, телик смотрели редко, поэтому никто не дразнил. Второй раз шишку на лоб получила самостоятельно. Шла через поле возле спортзала в аптеку. Снега валом. Провода обледенели и обвисли. Я задумалась, и со следующим шагом стукнулась лбом о кабель.

Утверждать не берусь за давностью лет, но то, что я видел телегу тёти Раи возле столовой старшей школы, так это точно. Вероятно, таких развозчиков было несколько, и развозили они не только по школам, но и по профилакториям, столовым, буфетам всяким и так далее, ведь машин в посёлке практически не было. Одни грузовые, да и то проездом. В общем, не знаю, однако, возле нашей школы я как-то её застал.

К нам во двор она практически никогда не заезжала. Да и дворик наш был маленький. И всё же один такой случай был. Лошадь стояла запряжённая в телегу у самого стола и жевала удила. На улице трещал мороз и эта железная гадость прилипала к её губам. В уголках рта видна была кровь. Бедное животное пыталось избавиться от этой неприятной штуковины, но у неё ничего не получалось. Да и не могло получиться. Тут вышла из дому тётя Рая, и я сказал ей, чтоб она вынула изо рта лошади эту дрянь, ведь ей же, лошади, больно! На что мне ответили, что лошадь ничего не чувствует, и что ей это нравится. С тех пор тётя Рая никогда не приезжала во двор на своей лошади.

Ещё раз я видел её у здания старшей школы. Худая, невзрачная лошадёнка, запряжённая в телегу доверху набитой бидонами, вяло помахивая хвостом, понуро стояла возле угла. А вокруг ни души. Я же застыл у стадионного забора, и смотрел. Лошадь была мне знакома. И тут из двери школы вышла тётя Рая. Она боком завалилась на телегу, подхватила вожжи, хлестнула ими лошадь и уехала, даже не взглянув в мою сторону.

Бытовые блага

Ещё я слушать столбы любил. Вы когда-нибудь слышали поющие столбы на севере?

— О поющих столбах не знаю. — Удивлялась Тамара. — Я в Воркуте считала столбы электропередач, которые мелькали за окном поезда. Смотрела тайгу. Какие там высокие ели росли. На остановках ела горячую картошку и солёные огурцы.

— Так это обычные фонарные столбы! — Пояснял я. — Только к ним надо было приложить ухо и послушать. Они так интересно пели… Мы однажды застряли на каком-то разъезде. Проводники ходили, просили пассажиров помочь наколоть дрова для паровоза. Во раздолье было! Пока народ рубил, кто-то таскал брёвна, а мы, малышня, вдоль тайги побегали! Не, здорово было!

— Я — бывший житель Хальмер-Ю.

— Мы тоже бывали у вас в Халмер-Ю. Я лично помню галантерейный магазин, барак, где мы жили, Дом культуры красивый. Сейчас страшно смотреть, что от клуба, да и от посёлка осталось…

Примечание: К сожалению, это фото не имеет никакого отношения к дому культуры бывшего посёлка Халмер-Ю