Виталий Станцо - То был мой театр

Начинаются приветствия - серьёзные и не очень. Самыми первыми театр приветствовали студенты-щукинцы.

- Сегодня у нас большой праздник, - возглашает симпатичный, слегка кокетливый паренёк, - да, именно у нас, у щукинцев. Потому что без нас не было бы вас. А значит мы - ваши родители, альма-матер ваша, мать Горького, Гамлета, Тартюфа и Галилея. И Кузькина мать. (Здесь, наверное, по грамматике правильнее было бы закавычить названия спектаклей, но почему-то не хочется. - B.C.)

Общий хохот присутствующих, а паренёк продолжает:

- Да, вы - выпускники, вы закончили десятилетку, обязательное всеобщее среднее образование, и сегодня у вас последний звонок. Теперь перед вами открыты все дороги, и каждый может выбрать свою. Володя Высоцкий станет поэтом-песенником, Вениамин Смехов - писателем-прозаиком, Алла Демидова - бухгалтером-экономистом, Александр Филиппенко - физиком-теоретиком (Демидова действительно до театрального училища окончила экономический, а Саша Филиппенко - физический факультет.) И, наконец, осуществится мечта заслуженного артиста республики Готлиба Михайловича Ронинсона - он станет медиком...

Общий смех, Гошенька тоже смеётся.

- А в свободное от работы время, - продолжает паренёк-щукинец (так и не улыбнувшийся ни разу - актёр!) - будет петь в самодеятельности колоратурным сопрано... Шаповалов станет Шопеном, Шацкая станет Золотухиной, а ваш классный руководитель Юрий Петрович всерьёз займётся оперой в Милане...

Вот так с подковырками, беззлобными шуточками щукинцы проведут всё своё приветствие, а закончат его такими словами:

- Это ваше замечательное завтра, а сегодня заканчивается первая декада таганской литературы и искусства в Москве. Ещё одна такая декада, и вы получите новое здание Театра на Таганке. Ведь десять лет - это вам ещё мало, десять лет - это для вас не срок, у вас ещё всё впереди. Поэтому из нас ковали и куют кадры для вашего театра, кадры, которые всё умеют: умеют владеть телом, умеют петь без голоса и без хрипотцы, а главное - что они всегда донесут мысль автора и режиссёра до зрителя. Вы учились у нас, теперь мы учимся у вас; ведь, как говорит Юрий Петрович Любимов, актёр должен всегда учиться и переучиваться. Так давайте же учиться друг у друга. И переучиваться. И тогда каждые новые десять лет будут потрясать мир.

Документальные свидетельства некоторых таганских праздников.

15-летие театра. Артисты С.Холмогоров (слева), В.Высоцкий (в центре) и В.Матюхин (справа) с гостями из детской театральной студии и редакции "Химии и жизни".

Во время таганских "капустников" Смехову не до смеха.

А на 50-летии Валерия Золотухина поили "Пшеничной" вот с такой надпечаткой: "Московский театр на Таганке. Б.МОЖАЕВ. ЖИВОЙ"

Автографы на программе спектакля, сыгранного в честь возвращения Юрия Петровича, - тоже часть праздника.

День рожденья театра в 1987 г. отметили скромно - прогоном возобновленного ненадолго спектакля "Послушайте!".

Праздничная афиша по случаю бенефиса и юбилея В.Золотухина.

Смех, аплодисменты. Берёт гитару Иван Дыховичный. Звучит гусарская песня из спектакля "Товарищ, верь!": "Ради бога, трубку дай,/ Ставь бутылки перед нами..." Лихая песня - в духе того праздника...

Выходит вперёд Галина Николаевна Власова, старейшая актриса театра, тогда ещё не заслуженная, но уже зав. труппой. Её речь обращена к "сезуановцам" - к тем, кто начинал: "Дорогие первооткрыватели, десять человек..." (Тогда их было ещё десять...) Мы горячо вас поздравляем именно как первооткрывателей, и желаем вам всего самого лучшего, что только есть на земле..." Подносит подарки, кажется фужеры: но одному на брата (сестру), самый большой - Юрию Петровичу.

И снова звучит песня - на слова Пушкина. "Дорожные жалобы": "Долго ль мне гулять на свете..." Совсем новым был тогда пушкинский спектакль, и театр был буквально пропитан пушкинским стихом, пушкинским духом...

Слово - вахтанговским актёрам. "Нас официально приветствует Театр Вахтангова" - возглашает Любимов.

Вахтанговцы прибыли довольно большой группой - все звёзды первой величины среднего поколения, кое-кто из стариков, молодёжь. Слово берёт Юрий Яковлев, он вспоминает об эпизоде, который произошёл давным-давно, ещё до войны, когда жил он в доме отдыха Плёсово, "где тоже мальчиком жил Юрий Петрович Любимов".

- Я помню, - продолжает Яковлев, - как рано утром с совершенно немыслимой горы, с которой не многие рисковали сойти, он летел, именно летел к реке, планируя между соснами. И он прилетал к реке, и уже потом мы бегали на реку смотреть, как прилетит Любимов... И вот мне кажется, что это мое воспоминание, как Любимов летел к реке, минуя сосны, минуя логику, но действуя интуицией поэта, художника, талантливейшего артиста и замечательно талантливого режиссёра, это и есть ключ к пониманию того, чем стал этот театр.

Ещё Яковлев посетовал, что куда бы за границей вахтанговцы ни приезжали, первый вопрос: а что там делается сейчас в Театре на Таганке, и закончил поздравлениями "от имени своих товарищей-вахтанговцев".

После премьеры "Преступления и наказания" в 1978 г. На переднем плане Н.Дупак, В.Высоцкий, Д.Боровский.

В "Дешевом ресторанчике" на 15-летии театра хозяйничают Две Тани (Жукова и Лукьянова), Маша ( в действительности Марина - Полицеймако) . и Вика (Кирьянова, пардон, конечно же Радунская).

Именитых гостей берут под белы ручки и ведут в "Дешёвый ресторанчик": у окон, ведущих на Радищевскую, стоит длиннющий стол от стены до стены, сделанный из реквизита "Зорь" - бортов грузовика. На нём бочки с капустой и солёными огурцами, россыпь зелёного лука и отварной картошки. Хозяйничают самые красивые актрисы. Гостям - кому за рубль, а кому и так - наливают сто граммов петровской водки. Под надписью "Дешевый ресторан" (это из "Доброго человека") приписка от руки: "Гуляй, рванина, от рубля и выше". В. Высоцкий. Сам Высоцкий не пьёт. Ни грамма. Ни "Петровской", ни "Юбилейной", - предлагал...

Говорит, окая, Федор Абрамов: "Оглушён. Ошарашен всем, что здесь происходит, и мне надо собраться с мыслями... Я просто хочу поздравить Юрия Петровича, Людмилу Васильевну (Целиковскую - B.C.) и всех сотрудников, и сказать, что для меня общение с театром, работа с театром, которая продолжалась довольно долго,- это большая школа и большое счастье..."