Георгий Иванов - Избранные письма разных лет

Переписывались ли когда-нибудь оба поэта — неизвестно. Единственное, что нам удалось разыскать, это письмо и открытку (см. письмо 17) Г. И., не обязательно требующие ответа. Оба текста посланы из Парижа в Париж.

98

Об этих «литературных четвергах» у Ивановых практически ничего не известно.

99

В кафе «Le Murat» (83, rue d'Auteuil, Paris XVI) Ходасевич бывал регулярно с начала 1930-х, часто играл там в бридж. С Г. И. он виделся в «Мюрате» перед этим письмом в воскресенье, 22 дек. 1935 г.

100

Какая-то бытовавшая в среде русских эмигрантов шутка: по-французски «грибы» («champignon») звучат сходно с «шампанским» («champagne»). Г. И., очевидно, хочет сказать, что много выпил («сухого шампанского»).

101

На следующем «литературном четверге» — 2 января 1936 г. — Ходасевич у Г. И. был вместе с Фельзеном и несколькими другими литераторами. Ольга Борисовна Марголина (1890—1941), последняя жена Ходасевича, на вечере не появилась. На ивановских, не носивших регулярного характера «четвергах» присутствие Ходасевича зафиксировано в его «Камер-фурьерском журнале» еще только однажды — 16 апреля 1936 г. Много чаще они встречались в «Мюрате» и на литературных собраниях. Приходил и Г. И. к Ходасевичу. Но не домой, а на его выступления, например 14 ноября 1936 г. — послушать его воспоминания о скончавшемся М. Горьком.

102

Опубликовано: вместе с письмом 16. Автограф: BL. После составивших Г. И. в эмиграции славу «Роз» у него нако­нец выходит новая книга стихов «Отплытие на остров Цитеру»,

которую он дарит Ходасевичу со следующей надписью: «Дорогому Владиславу Фелициановичу Ходасевичу от искренне преданного Г. И.» (собрание Дэвида Бетеа). Ходасевич тут же, 28 мая 1937 г., откликается на нее в газете «Возрождение».

Рецензию к числу панегирических не отнесешь, и говорится в ней ровным счетом то, что сам Г. И. писал о Ходасевиче в ядовитой статье «К юбилею В. Ф. Ходасевича» в «Числах». Вот, например, суждение Г. И. J930 г. об изначальных «чертах дарования» юбиляра: «Черты эти прежде всего выражаются в умении перенять структуру, тон, интонацию чужой, более мощной поэзии, но перенять с таким тонким искусством, что заимствование почти приобретает вес первоисточника и почти заставляет нас забывать о том, что оно светится не своим, а отраженным светом. Этот редкий, особенно в русской поэзии, дар свойственен В. Ходасевичу в высшей мере, и, как справедливо отметил Андрей Белый в статье, положившей начало нынешней известности Ходасевича, его творчество напоминает „тетрадку еще не напечатанных стихов Баратынского или Тютчева"».

Посмотрим теперь, какие слова находит Ходасевич для характери­стики особенностей творческого метода автора «Отплытия…»: «Характерны для Георгия Иванова заимствования у других авторов, а в особенности — самый метод заимствований. <…> В общем же у читателя создается впечатление, что он все время из одной знакомой атмосферы попадает в другую, в третью, чтобы затем вернуться в первую и т. д.» (см. наст, издание, с. 243—244). По Ходасевичу, книга Г. И., прямо скажем, та же самая «тетрадка еще не напечатанных стихов». Чужих. Казалось бы, новой литературной войны не миновать. «Неподдельное удовольствие» Ходасевич Георгию Иванову, видимо, все-таки доставил — сам став на путь заимствования. Тем самым он подтвердил достоинство литературного метода своего оппонента, удостоверив, что ядовитые стрелы тот рассылал не напрасно. Давнюю полемику Ходасевич превратил в игру. Но лишь отчасти: склонностью в любых ситуациях мыслить о вещах нелицеприятно он не поступился и здесь.

103

Опубликовано: «Письмо из Риги». Публ., вступит, замена и примеч. А. Ю. Арьева // «Славянские чтения III». Даугавпилс; Резекне, 2003, с. 222—227. Автограф: ИРЛИ. Архив П. М. Бицилли.

Письмо написано в Риге, куда Г. И. с Одоевцевой уехали из Парижа вскоре после выхода «Оплытия на остров Цитеру», предварительно распорядившись послать сборник из Берлина живущему в Софии ученому-медиевисту, человеку разносторонних знаний и интересов, много и с удовольствием сотрудничавшему в «Звене», где начиналась парижская литературная деятельность Г. И., в «Числах», в «Современных записках». В последнем журнале Петр Михайлович Бицилли (1879—1953) был едва ли не основным рецензентом.

Публикуемое письмо — единственное на сегодняшний день свидетельство их знакомства. Встречались ли они в дальнейшем, переписывались ли — неясно. Других писем поэта или писем к нему Бицилли пока не обнаружено.

104

«Лестные обмолвки» о Г. И. содержатся в посвященной исследованию русского хорея статье Бицилли «Пляска смерти», напечатанной в редактируемом Адамовичем и М. Л. Кантором парижском журнале «Встречи» (1934, № 4). См. наст, издание, с. 124, 126.

105

«Современные записки».

106

Вадим Викторович Руднёв (1879—1940) — член ЦК партии эсеров, с 1919 г. в эмиграции, один из основателей, соредактор, а с 1936 г. секретарь редакции «Современных записок».

107

Константин Васильевич Мочульский (1892—1948) — литературовед и критик, с 1920 г. в эмиграции, преподаватель Сорбонны, постоянный автор «Современных записок», в которых не то чтобы «очень лестно», скорее корректно писал о Г. И. в статье «Классицизм в современной русской поэзии» (1922, № 11) и в рецензии на «Розы» (1931, № 46). Почти наверняка последняя рецензия и послужила поводом для грубой аттестации Г. И. Рассуждая о свойствах настоящей поэзии, Мочульский пишет: «…каждое новое стихотворение рождается чудом из ничего». И тут же приводит пример: «В глубине, на самом дне сознанья…» (с. 501—502). То есть привлекает внимание к стихотворению, полностью и скандально возникшему из чужого текста . Ну как тут было автору не взорваться!

108

Михаил Осипович Цетлин (1882—1945) — поэт (псевд. Амари), прозаик, издатель, журналист, Россию покинул в 1910 г., в 1917—1919 гг. возвратился, чтобы затем окончательно эмигрировать. Редактор отдела поэзии «Современных записок», в которых стихи Г. И. печатались регулярно.

109

Бицилли опубликовал в «Современных записках» на «Отплытие на остров Цитеру» только рецензию (1937, № 64), но ничуть не менее содержательную, чем отклики Адамовича и Ходасевича (см. наст, издание, с. 245).

110

В мае 1937 г. в Париже открылась Международная выставка искусств, ремесел и наук, включавшая в себя 240 павильонов 42 стран и широко освещавшаяся в прессе.