Имран Касумов - На дальних берегах

- Я не нуждаюсь в ваших советах. Мне нужно знать, что это за шум?

Мазелли не ответил и ушел, оставив Карранти в полном смятении. Карранти было известно о многих темных делах Мазелли. Он, конечно, был пострашнее тех головорезов, с которыми Карранти встречался в марсельском порту и в Ницце, получая от них те или иные сведения. Мазелли был мерзавцем американской выучки. Он продавался всем, кто хорошо платил. Кто же сейчас платит больше, чем Америка?..

Мазелли вышел на площадку и увидел сверху, что двое эсесовцев обшаривают каждый угол вестибюля.

- Все в порядке, господа! - крикнул Мазелли

- Прошу осмотреть еще комнаты первого этажа, а потом подняться на второй, там тоже есть комнаты.

Эсесовцы недоверчиво взглянули на Мазелли и, повозившись еще немного в нижнем этаже, последовали за Мазелли наверх.

Когда, наконец, было установлено, что место дли встречи вполне подходящее, один из немцев отправился с рапортом к своему начальнику.

Буквально через несколько минут к подъезду мягко подкатила машина. В вестибюль, в сопровождении адъютанта, вошел майор фон Шульц. Мазелли молча проводил майора к Карранти.

Карранти стоял посредине комнаты, по-прежнему держа руку в кармане.

Немей вошел в комнату. Следом за ним - Мазелли. Секунду Карранти и майор стояли молча, внимательно изучая друг друга. Карранти - плотнее, шире в плечах. Майор худ, и все в его лице выдавало характер раздражительный и запальчивый. Ему можно было дать лет сорок. Держался он с достоинством, но тем не менее Карранти сразу же почувствовал, что преимущество не на стороне немца. Они стояли, как два ощетинившихся пса, которые приглядываются друг к другу, готовые либо схватиться, либо равнодушно разойтись.

- Знакомьтесь, господа, - предложил Мазелли.

Они молча пожали друг другу руки. Имен своих не назвали.

Карранти многозначительно взглянул на Мазелли. Тот с явной неохотой повернулся и медленно вышел из комнаты.

- Прошу садиться, - пригласил Карранти.

- Что вы собираетесь предложить мне, господин Карранти? - спросил Шульц, первым нарушив молчание.

Шульц был сильно взволнован этой встречей, которую искал уже давно. Однако он старался держаться так, будто эта встреча интересует больше американца, а не его, Шульца. Карранти без труда догадался, что Шульц многого ждет от их свидания и что напыщенность его напускная. Нужно было выждать удобный момент, чтобы заставить нациста капитулировать полностью. Пока же Карранти как бы вел разведку, нащупывая слабые стороны противника.

- Мне известно, какие важные события заставили командование перевести вас в Триест, - заметил Карранти. Это не удивило майора: такой, как Карранти (Шульцу сообщили, что это один из известных агентов Федерального бюро), мог знать о многом...

- Что вы можете мне предложить? - повторил Шульц.

- Кое-какие услуги.

- И что вы потребуете от нас за эти услуги?

- Ничего.

"Идиот, - усмехнулся про себя Мазелли. Он сидел возле камина, внутри которого был установлен диктофон, и все было слышно ему так хорошо, как будто он находился рядом с говорившими. - Даже для себя ничего не потребовал. Даровые услуги - и когда, в какой момент? Когда немцы готовы на любые условия!.." Мазелли так и не удалось еще дознаться, что представляет собой американец. Несмотря на опытность ("старый волк" - звали его приятели), ему трудно было за один день раскусить Карранти. Пока что у него создалось впечатление, что это самонадеянный пустомеля. Янки, который старается обычно выжать деньги даже из хорошей погоды, - и вдруг ничего не требует за свои услуги!

Сам Мазелли вел в Триесте двойную игру: он занимался мелким шпионажем и в одинаковой степени обслуживал и немцев и союзников. Более сложные интриги были ему не по плечу.

Разговор наверху продолжался:

- А не кажется ли вам, что вы стали слишком добры к Германии?

- Да, - подтвердил Карранти. - Нам есть на кого злиться и кроме вас. У нас с вами общий враг. Русские уже рвутся в Европу.

Шульц резко поднялся с места и раздраженно вы крикнул:

- Поздно вы все это поняли, господин. Простите, я не знаю вашего настоящего имени.

- Карранти, - многозначительно произнес тот. - Однако имя мое сейчас ни при чем. И давайте говорить спокойно. Еще не все потеряно.

- Для кого?

- Ну, хотя бы лично для вас.

- Меня интересует судьба Германии!

Карранти пожал плечами и усмехнулся:

- Разве судьба Германии не решена?

- Вы не смеете! - зашипел майор и шагнул к Карранти. Тот поднял на него насмешливый взгляд и с прежним хладнокровием произнес:

- Мы могли бы подружиться с вами, если бы даже Германия и проиграла войну.

- Довольно издеваться! - с холодной яростью сказал Шульц. - Вы забыли, что находитесь в моих руках! Я вас арестую и буду пытать, пока не вышибу из вас всю вашу... всю вашу спесь!

И в это время два человека громко засмеялись: Карранти здесь, в комнате, а Мазелли внизу, около камина.

Лицо Шульца перекосилось от гнева. Его бесила наглость американца. Он молча направился к двери. Нет, им не договориться! Но не успел он взяться за ручку, как сзади него прозвучал властный голос Карранти;

- Стойте!

Это было приказанием. Приказанием сильного. Шульц вспомнил о наступающих на востоке русских, о десятках тысяч деревянных крестов над могилами гитлеровских солдат и офицеров, о взрывах в Триесте... Он остановился.

- Вы не умеете вести себя! - сказал Карранти. - Садитесь!

Шульц помедлил, а потом молча сел за стол.

- Послушайте, Шульц, пора покончить с этой игрой в жмурки. Откройте глаза и взгляните вокруг. Мы свидетели страшного нашествия коммунистов. Они - повсюду, во всех партизанских отрядах! И они могут вскоре прийти к власти... Думали ли вы когда-нибудь о своем будущем?

Шульц в нерешительности взглянул на Карранти:

- Прежде чем приступить к делу, я хотел бы убедиться в вашей искренности.

- Вы молодчина, Шульц, - похвалил его Карранти. - Не верите на слово? Ну что ж! Тогда вам полезно будет узнать, что это я посоветовал вам отменить отправку карательного отряда на квадрат 11. Это по моим данным, переданным вам, вы ликвидировали связные пункты партизан в Плаве и Саге; по моему списку были уничтожены явочные пункты партизан в Триесте и взяты Вилла Скипа, Александр Николич, Марта Кобыль и еще трое из рабочих кварталов. Наконец вам должны быть знакомы буквы, которыми я подписывался: "А-А". Ну, убедились вы, что мы не враги, а союзники?..

- Так... Что ж, тогда - ближе к делу.

- Слушайте же...

И между Карранти и Шульцем завязалась деловая беседа. Псы не схватились и не разошлись равнодушно. Произошло другое. Два сообщника договаривались два пса делили добычу...