Омар Брэдли - Записки солдата

В пасхальное воскресенье я отправился в долину Седженан для совещания с Эдди. Его командный пункт помещался в палатке, укрытой в глубокой траншее, неподалеку от артиллерийских позиций "Длинного Тома"{6}. Каждый раз, когда батарея открывала огонь, верх тента трясся от пролетавших над нашими головами снарядов.

Несмотря на мои многочисленные заверения, Мэнтон все еще беспокоился о своем открытом правом фланге. Позднее я выяснил, что требовался время от времени визит кого-либо из офицеров штаба корпуса, чтобы успокоить его. На некоторое время он соглашался с моими доводами о малой вероятности атаки противника, но через несколько дней сомнения опять возникали и Эдди просил прислать кого-либо из штаба корпуса.

Это беспокойство, однако, не замедляло наступления Эдди и не мешало его удивительным успехам. Оставив полк для блокирования позиций противника у Джефны, Эдди обошел эти позиции слева и закрепился севернее их с тылу. Ко 2 мая его артиллерия обеспечила контроль над единственным путем отхода противника с этих позиций. Перед немцами не было другого выбора, как либо продолжать сражаться на этом рубеже и умереть с голоду, либо отойти с него без дальнейшего сопротивления. Противник избрал последнее и отошел, прежде чем пехота Эдди смогла преградить ему путь для отступления.

Силы Эдди на севере состояли не только из 9-й дивизии, но и так называемого французского африканского корпуса - отряда, сформированного из французских политических эмигрантов и берберских племен. Вдоль гряды высот на побережье Средиземного моря, где густые леса пробкового дерева вперемежку с кустарником образовали почти непроходимые джунгли, французский корпус прорубал с помощью специальных тесаков (мачете) дорогу в направлении на Бизерту.

Французским корпусом командовал полковник Маньян, который помогал Паттону при высадке в Марокко. Генерал Ноге посадил его в тюрьму за оказание помощи союзникам, однако он был освобожден после перехода Дарлана на сторону Эйзенхауэра. В состав его отряда входили три плохо вооруженных батальона пехоты, батальон морской пехоты и батальон алжирских стрелков. Среди его солдат были испанские республиканцы, которые нашли убежище во Франции, и французы, бежавшие из вишистской Франции. Мне рассказывали, что одной ротой командовал испанский адмирал, а другой - еврей-доктор.

На других участках союзного фронта большое тунисское наступление Александера замедлилось, и теперь войска продвигались черепашьим шагом. 8-я армия Монтгомери застряла в горах у Анфидавиля, а на фронте Андерсона войска были остановлены перед сильными укреплениями противника. Оказавшись в затруднительном положении, Андерсон прочесал фронт в поисках подкреплений, чтобы усилить свою 1-ю армию и прорвать фронт противника.

Прежде всего он позвонил мне во 2-й корпус. Он просил выделить из какой-либо дивизии усиленный полк и придать его 1-й армии. В это время 2-й корпус вел тяжелые бои как у высоты 609, так и у Джефны. Я не мог снять с фронта полк, не подвергнув серьезному риску успех нашего наступления. Любое отвлечение сил могло сорвать последующий прорыв Гармона к Матеру.

Помимо указанных тактических соображений, я считал, что запрос Андерсона противоречил достигнутому между нами соглашению о том, что американские войска будут сражаться под американским командованием. Своей просьбой он, по существу, аннулировал это соглашение и предлагал вернуться к старой практике использования американских войск по частям под британским командованием. Я решил не выделять полка, даже если бы потребовалось вмешательство Айка. Ибо, если бы мы хоть раз вернулись к этой практике, никто не мог сказать, чем это кончится.

Андерсон, несомненно, подозревал о причинах моего нежелания удовлетворить его просьбу, ибо обосновывал ее ссылкой на сложившуюся обстановку на его участке фронта.

- Хорошо, дайте мне обсудить этот вопрос с моим штабом, - увиливал я от прямого ответа, надеясь выиграть время. - Я позвоню вам позднее.

Штаб корпуса подтвердил мои опасения, и я вновь позвонил Андерсону.

- Мы бы хотели помочь вам, - сказал я ему, - но вы просите меня пойти на такой шаг, который я не могу сделать без приказа самого Айка.

К счастью, Эйзенхауэр должен был прибыть в этот день на наш командный пункт. Я рассказал ему о просьбе Андерсона и о мотивах моего отказа.

- Не сдавайте позиций, Брэд, - сказал Айк. - Я сегодня побываю у Андерсона и поддержу вас.

Вопрос о выделении полка Андерсону больше не поднимался, так как 30 апреля Александер пришел к выводу, что Монтгомери бесцельно растрачивал свои силы на сильно заминированных высотах к северу от Анфидавиля, где 8-й армии не удалось прорвать оборону противника.

В это время в штабе 2-го корпуса и его дивизиях еще находилось несколько британских офицеров, прикомандированных ранее в качестве "советников". Когда мы узнали о прекращении наступления Монтгомери в секторе Анфидавиля, я в разговоре с Кином сказал в шутку:

- Давай пошлем радиограмму Монти и спросим его, не хочет ли он получить от нас несколько американских офицеров в качестве советников, которые поучили бы его воинов пустыни, как нужно пробиваться через эти высоты.

Пока Андерсон перегруппировывал свои войска для возобновления наступления на Тунис, 2-й корпус был занят планированием заключительного этапа боевых действий. С потерей высоты 609 и позиций у Джефны противник, находившийся к югу от них, неожиданно для себя оказался в опасном положении. Ему ничего не оставалось делать, как отступать на восток к следующей гряде высот, тянувшейся на север от Чуиги к горному массиву восточнее Матера.

Эта позиция являлась частью горного пояса, прикрывавшего Тунис с запада. Если бы 2-му корпусу удалось прорваться между высотами у Чуиги или Матера, он мог бы смять фланг армии противника, сосредоточенной на рубеже между фронтом 1-й армии Андерсона и Тунисом.

Теперь, после установления контроля над "Долиной-мышеловкой", пришло время бросить в прорыв танки Гармона. Он должен был наступать вдоль реки Эль-Тин и выйти к Матеру, где целая сеть шоссейных дорог вела в тыл противника (схема 11). Как только Гармон преодолеет "Долину-мышеловку", 1-я и 34-я дивизии должны были повернуть на восток, пройти в тылу танков Гармона и наступать в направлении хребта Чуиги. Для захвата прохода Чуиги, через который идет дорога прямо на Тебурбу, всего лишь в 25 километрах от Туниса, я наметил 34-ю дивизию, хотя при этом маршрут ее движения пересекался с маршрутом 1-й дивизии, так как Райдер находился на левом фланге Терри Аллена. 1-я дивизия, однако, была не только истощена в ходе боев за высоты, но к тому времени она понесла сравнительно большие потери, чем другие дивизии. Чтобы упростить ее задачу на завершающем этапе кампании, я отвел 1-й дивизии сектор к северу от прохода Чуиги на левом фланге 34-й дивизии. Она должна была сковывать противника на участке между этим важным проходом и Матером.