Ричард Томлинсон - Большой провал. Раскрытые секреты британской разведки МИ-6

Решение оказалось очень простым. Мое рождение не зарегистрировано в Доме святой Екатерины, так как я, хоть и являюсь гражданином Соединенного Королевства, родился в Новой Зеландии. Сведения о рождении в Новой Зеландии доступны, как и во многих странах, но вряд ли дело обстоит так повсюду. Резидентура в Буэнос-Айресе навела справки, и оказалось, что в Аргентине нет поддающейся проверке регистрации рождений, поэтому ФСБ было бы трудно проверить правильность утверждения, что я родился в Аргентине у родителей-британцев.

Я попросил G/REP сфабриковать аргентинское свидетельство о рождении на основании подлинного, хранившегося у них в личном деле. Потом через паспортный отдел CF раздобыл британский паспорт на имя Алекса Хантли, родившегося в Буэнос-Айресе 13 января 1963 года. Меня снабдили водительскими правами и обеспечили надежный адрес прикрытия (АСА). Хранители АСА — агенты-"домовладельцы", обеспечивают откомандированному разведчику проверяемый домашний адрес. Помимо адреса, CF организовал банковский счет и кредитную карточку в Нэтвестском банке.

Все досье департамента социального страхования (DSS) на пятьдесят четыре миллиона жителей Британии компьютеризированы. CF иногда использует эти записи для наведения справок о людях, которые его интересуют. Что, если ФСБ сможет подключиться к компьютеру DSS? Это нетрудно, так как он связан с каждым крупным отделением департамента, а процесс вхождения в компьютер несложен. Чтобы мой псевдоним мог выдержать проверку, нужно было ввести все его данные в центральный компьютер DSS. Раньше этого не делалось, но после нескольких недель переговоров с DSS у Алекса Хантли появилось полное досье с номером национального страхования и регистрационной карточкой.

Следующей задачей было составление биографии моего псевдонима. Каждая ее деталь должна была быть правдоподобной, но не поддающейся проверке. Изучение справочника по частным школам показало, что Скортонская классическая школа в Ричмонде, Северный Йоркшир, ликвидирована в конце восьмидесятых годов и общедоступных сведений о ее выпускниках не сохранилось, так что я мог спокойно утверждать, что учился там. Архивы университета в Буэнос-Айресе были безнадежно запутанными, поэтому англо-аргентинец Алекс Хантли получил там диплом экономиста, что подтверждалось сфабрикованным G/REP документом. По учебе в Массачусетском технологическом институте я знал о маленьком университете в Бостоне — Массачусетском коммьюнити-колледже, который прекратил свое существование, так что я удостоил Хантли диплома оттуда. Затем, просматривая данные Компани-хаус, отобрал для биографии несколько маленьких компаний и консультаций, которые обанкротились вскоре после того, как Хантли якобы ушел оттуда. Затем внес в компьютер DSS налоговые сведения в соответствии с его трудовым стажем. Хантли требовалось достоверное теперешнее занятие. Обычно фиктивный адрес места работы (ВСА) обеспечивается крупными службами секретарей-телефонисток, где небольшой взнос гарантирует почтовый адрес и отвечающую на звонки секретаршу. Правда, это очень легко проверяется ФСБ. Мне требовалось более надежное прикрытие.

В CF существовал список мелких компаний, где управляющие готовы были подтверждать, что разведчик МИ-6 является их служащим, и там мне предложили маленькую инвестиционную компанию в Суссексе, "Ист-Юропиен инвестмент", которая работала в Чехословакии, Польше и Венгрии, но не в России. Это давало превосходное прикрытие. Хотя фирма не вела дел с Россией, было бы вполне достоверно, если бы Алекс Хантли начал исследовать там деловые возможности. Я отправился к управляющему, и он оформил меня консультантом.

Костяк моей фиктивной жизни был создан, но ему требовалось обрасти плотью. Постоянное пользование кредитной карточкой Хантли составляло правдивую картину платежей по счетам, а перевод зарплаты консультанта из "Ист-Юропиен инвестмент" на мой банковский счет гарантировал, что при проверке он покажется правдоподобным. Документы моего псевдонима были перемешаны со всевозможным "хламом бумажника", сфабрикованным G/REP по моему заказу. Я выбрал себе членские карточки ночных клубов «Бродяги» и «Аннабел», и мы с Сарой провели там несколько веселых вечеров, чтобы Алекс Хантли был знаком швейцарам.

Мое досье на Хантли пополнялось правдоподобными сведениями, но какой-нибудь подлинный документ был бы очень кстати. МИ-6 нередко добывает и подлинные документы через дружественные спецслужбы, например, австрийскую и датскую, для "операций под прикрытием". Резидентура в Буэнос-Айресе только что вошла в тесное сотрудничество с Аргентинской службой безопасности, и я отбил туда телеграфный запрос, не может ли SIDE (Секретариат государственной разведки Аргентины) снабдить Хантли документами. Я ожидал незамедлительного насмешливого ответа и был приятно удивлен: SIDE согласилась выполнить нашу просьбу при том условии, что эти документы не будут использоваться для операций в Южной Америке. Через две недели на мой стол легли подлинные аргентинский паспорт, водительские права и удостоверение личности. Я тут же предоставил их в распоряжение G/REP, чтобы сотрудники могли изучить и сфотографировать их на тот случай, если в будущем потребуется сфабриковать подобные документы.

Потребовалось чуть больше двух месяцев, чтобы создать Хантли «легенду», которой Рассел и Бидд остались бы довольны, и я отдал досье в СЕЕ для ознакомления. Резолюция была следующей: "Блестящая работа. Она явится надежным основанием для будущих операций VCO в России". Это высокая похвала, и я был доволен собственным вкладом в общее дело.

Тем временем Спенсер вернулся со своего секретного задания в Эстонии.

— MASTEWORK сущий псих! — объявил он, ставя на стол портфель. — Совершенно спятивший! Чего ж Болл учил нас на курсах, что вербуют только психически здоровых агентов?

Спенсер рассказал, что MASTERWORK явился на встречу в шляпе Микки-Мауса и принес рукопись идиотской книги, которую сейчас пишет.

— Этот тип нуждается в психиатрической помощи, использовать его как агента нельзя, — заключил Спенсер.

Но Р5 не согласился с его суждением, так как MASTERWORK помогал сотрудникам управления встречаться с нужными людьми, и Спенсеру было приказано видеться с ним в Таллинне раз в два месяца. Потом связь с этим человеком перешла к московской резидентуре. Работа с ним кончилась после того, как в апреле 1996 года тайная встреча с ним в московском ресторане была грубо прервана ФСБ. MASTERWORK арестовали, обвинили в "разглашении секретных сведений политического и оборонного характера иностранной разведслужбе". Встречавшаяся с ним женщина и еще трое разведчиков московской резидентуры были выдворены из России. В июле 2000 года, после четырех лет, проведенных в психиатрической больнице, MASTERWORK приговорили к одиннадцати годам тюремного заключения. Русские обратили на него внимание из-за громкого хвастовства, что он шпион, но основная вина лежит на МИ-6 — ей не следовало работать с явно психически ненормальным агентом.