Эндель Пусэп - На дальних воздушных дорогах

Теперь началась настоящая гонка. Наш провожатый старался отыграть потерянное время, пользуясь тем, что шоссе было ровным и пустым. Он заставлял шофера выжимать из машины максимум. Мы мчались вперед так, что телеграфные столбы мелькали, словно колья в изгороди. Стрелка спидометра подскочила на 120 миль и оставалась там все время. Немного меньше скорости иного самолета!

В результате такой сумасшедшей гонки мы вскоре добрались до знакомых улиц Лондона. Вот уже й Миллионер-стрит, и здание советского посольства.

Близился вечер. И все же в столовой посольства нас угостили настоящим русским обедом. Теперь можно было спокойно идти отдыхать в гостиницу.

Особенно усталым я себя не чувствовал, поэтому решил осмотреть свои апартаменты. Простора и уюта хоть отбавляй! Прихожая, гостиная, столовая, кабинет, спальня, еще кабинет, затем две ванные комнаты… Белый мрамор, позолоченная мебель, пушистые ковры — по полу, как по мху, идешь. На стенах картины: охота, еще раз охота и опять охота. Черт побери! Как будто в средневековом замке! Как и везде в Англии, тут почти в каждой комнате был камин, возле которого стояло ведро углей и корзина дров. Самое обыкновенное человеческое любопытство побудило меня узнать общую площадь помещений. Измерив комнаты шагами, я узнал, что в них приблизительно четыреста квадратных метров… Ванная очень напоминала одну из комнат Екатерины II: куда ни глянь, всюду зеркала.

Утром я проснулся рано, оказалось, даже слишком рано — на улице стояла кромешная тьма. Я щелкнул выключателем, чтобы посмотреть время. Уже без пятнадцати восемь!

Ну да, окна были закрыты плотными светомаскировочными шторами. Развалины в разных концах Лондона предостерегали от неосторожного обращения с электрическим светом…

Одеваясь, я заметил, что кто-то до зеркального блеска начистил мои сапоги. Рядом с кроватью стоял удобный столик, которого вечером там не было. На столе блестело серебряное ведерко с кусочками льда. В ведерке стояла бутылка. Вытянув ее, покрытую туманным инеем, я прочитал на этикетке «Белая русская столовая водка». Тут, по-видимому, были убеждены, что офицеры Красной Армии похожи на исчезнувших в сумраке истории горьких пьяниц из числа офицеров царской или белой армий, которые начинали пьянствовать, не успев проспаться…

Одевшись, я немедленно позвонил Штепенко. Мы вместе поехали в английское министерство авиации. Там нас встретил уже знакомый нам подполковник Балструд. Благодаря его помощи мы смогли разрешить все интересующие нас вопросы еще до полудня. В министерстве мы получили нужную информацию и объемистый рулон различных карт Атлантического океана.

Когда дела были закончены, нас пригласили выпить кофе. Как бы сам собой возник разговор о самой животрепещущей проблеме — об открытии второго фронта.

— Почему англичане даже не пытаются открыть второй фронт в Европе? — напрямик спросил я.

— Простите, что значит «даже не пытаются»? — удивился мой сосед по. столу. — Ведь наши летчики почти каждый день бомбят промышленные центры Германии!

— Это, конечно, хорошо, но налеты на Кельн или Гамбург до сих пор не заставили еще вермахт оттянуть с Восточного фронта хотя бы одну дивизию. А Красная Армия вот уже почти целый год сражается один на один с главными силами противника.

— Однако, — обиделся собеседник, — кроме бомбежек мы помогаем вам и поставками оружия. Совсем недавно были проведены две недели помощи Советскому Союзу.

Об этой «помощи» я вскоре узнал подробнее.

Некоторые предприимчивые промышленники поспешили воспользоваться ситуацией в целях увеличения своих прибылей. Английские рабочие, которым объявили, что продукцию, выпускаемую в течение этих двух недель, пошлют в Советский Союз, работали с большим подъемом. Производительность труда, как говорили, повысилась почти в полтора раза. И что же? Нашей Родине шла только та часть продукции, которую рабочие произвели сверх плана, а основную ее часть по спекулятивным ценам продавали тем, кто больше платил…

Когда мы уже выпили кофе и собирались прощаться, в комнату вошла женщина-офицер и передала подполковнику какую-то толстую книгу.

— В этой книге маршруты всех предстоящих вам полетов с описаниями и схемами аэродромов, расположенных поблизости от них, — объяснил мне переводчик. — Если господин майор изволит дать расписку, что позже он вернет эту книгу, то он может взять ее с собой.

Я охотно согласился и, расписавшись в соответствующем журнале, стал временным обладателем книги. Перелистывая ее, я сразу же понял, что в книге приведены все данные, которые могут оказаться нам крайне необходимыми в пути: расположение аэродромов, длина и направление взлетно-посадочных полос, превалирующие направления ветров и еще многое другое, необходимое летчику на незнакомой летной трассе. Я поблагодарил за радушный прием и помощь.

Мы сразу же поехали в наше посольство. Там нас ждал военно-воздушный атташе при посольстве СССР в Англии полковник Стукалов. Расположившись в его кабинете, мы с большим волнением выслушали рассказ полковника об авиационной катастрофе, в которой погибли майор Асямов и другие… После того как мы покинули Англию, была создана советско-английская смешанная комиссия под председательством адмирала Н. М. Харламова для выяснения причин катастрофы. Комиссия установила, что причиной катастрофы явилась неисправность правого мотора самолета: оборвавшийся шатун проломил картер, в котором перегретое масло вспыхнуло моментально, как только туда попал воздух. Осколки шатуна и картера пробили бензобак. В крыле самолета образовалась смесь паров бензина и воздуха, которая, вспыхнув, разорвала крыло на куски. Самолет развалился в воздухе. Увы, ни экипаж, ни пассажиры не надели парашютов, и поэтому была исключена даже малейшая возможность спасения, погибли все до последнего… Но чем была вызвана авария мотора, так и осталось невыясненным.

Мы долго сидели в скорбном молчании. Больно было снова переживать трагическую смерть товарища. Горечь тяжелой потери снова ожила в душе. Долгие годы, еще до войны, летали мы с Асямовым над суровыми ледяными пустынями и морями Арктики…

Полковник вздохнул и продолжал:

— В Прествике, куда вам завтра придется лететь, находится командующий американской авиацией в Англии полковник Джон Хиллс. Согласно указаниям, полученным из Вашингтона, он обязан обеспечить вас всей необходимой информацией, а также летными картами и всем остальным, в чем вы будете нуждаться, — подчеркнул полковник Стукалов. — Когда прилетите в Прествик, свяжитесь с ним, это вам будет полезно.