Рэймонд Толивер - Эрих Хартманн — белокурый рыцарь рейха

29 мая Эрих провел удачный вылет и возвращался на свою базу в Романе в сопровождении ведомого лейтенанта Ори Блессина. Эрих немного устал и позволил себе мысленно отвлечься, размышляя о пирушке, которую они запланировали на ночь вместе с лейтенантом Батцем, новым командиром группы. Вилли за 3 вылета сбил 14 самолетов. Хороший товарищ, Вилли несколько лет не мог найти себя, как пилота, однако сейчас дела у него пошли.

Находясь над своей территорией, Эрих лениво размышлял о вечеринке и отдыхе. Будет шнапс, песни и румынские девочки. Вечеринка будет отдыхом от изматывающего напряжения боев. Хотя наступившие дни, как считал Эрих, давали все меньше и меньше оснований для праздников.

Только всегдашняя интуиция отвлекала Эриха от приятных размышлений подобно удару электричества. Эрих обернулся, чтобы убедиться, что ведомый следует за ним. Блессин находился на месте, где ему и положено. Однако позади него виднелся непрошеный третий — истребитель красных, который готовился сбить ведомого Эриха.

«Вправо! Вправо и крутое пике!» — закричал Эрих в микрофон.

Лейтенант Блессин был сообразительным молодым пилотом. Он немедленно выполнил маневр уклонения, и трассирующие пули русского пронизали воздух там, где секунду назад находился истребитель Блессина. Русский пошел вниз за пикирующим немецким истребителем. Эрих заложил правый вираж и погнался за русским. Все 3 самолета на полном газу, мчались к земле. Пока Эрих сближался с русским, этот пилот не оглядывался и не выполнял никаких маневров. Он сосредоточил все свое внимание на цели. Русский так сильно хотел сбить Блессина, что совершенно забыл о своем хвосте.

Эрих понимал, что может сбить русского, если правильно сманеврирует. Блессин должен был следовать его приказам.

«Карая-2. Ручку на себя. Широкий разворот вправо, чтобы я мог сблизиться с врагом».

Блессин повиновался. Эрих довернул, чтобы перехватить выполняющий вираж русский самолет и скоро приблизился к нему вплотную справа сзади.

«Посмотри назад, Карая-2. Ты увидишь, что происходит, когда не следишь за хвостом».

Эрих нажал гашетки, и пушка и пулеметы выплюнули струю огня. Снаряды и пули обрушились на русский истребитель. Взрыв заставил машину русского подпрыгнуть, и она закувыркалась вниз, разбрасывая горящие обломки и сильно дымя. Видя последний взрыв на земле, Эрих покачал головой. Как легко все могло обернуться иначе. Он сам и Карая-2 вполне могли сейчас быть этим самым костром. Русский мог сбить и его, и Блессина точно таким же образом. Однако интуиция предупредила его, заставив вовремя оглянуться. А ведь дым сейчас мог подниматься от погребального костра Эриха Хартманна. Они вернулись в Роман более ошарашенные, чем обрадованные.

К концу июня 1944 Эрих имел 247 побед, которые он одержал в течение 12 месяцев участия в боях. Он был более известен русским, чем большинству товарищей по Люфтваффе. Эриху предстояло сбить 250 самолетов, чтобы вступить в группу «бессмертных». 1 июля 1944 Эрих Хартманн добился этого, а вместе с 250-й победой пришла и настоящая слава. И еще раз в биографии Белокурого Рыцаря появился прочный штурмовик.

Летя над слоем рваных облаков, Эрих заметил 3 штурмовика Ил-2, которые обрабатывали позиции германской артиллерии. Русские намеревались спокойно уничтожить свою цель. Они кружили на малой высоте, обстреливая батарею. И они полностью забыли о своих хвостах.

Толкнув ручку вперед, Эрих пошел в пологое пике, оказавшись сзади и ниже штурмовиков. Он не стрелял, пока расстояние не сократилось до 50 ярдов. Первый русский взорвался сразу, и Эрих отвернул, чтобы атаковать второй Ил-2. Он дал очередь в упор, и русский, загоревшись, пошел вниз. Новый заход на третий штурмовик, очередь, и еще один взрыв. Уходя с места боя, Эрих с удовлетворением оглянулся на 3 столба дыма, отметившие места падения штурмовиков.

Белокурый рыцарь стал вторым пилотом JG-52, добившимся 250 побед. Первым был Гюнтер Ралль. Лишь небольшая горстка асов добилась такого же результата. Майор Вальтер Новотны, который вскоре погиб на реактивном Ме-262 в бою с американскими тяжелыми бомбардировщиками, был первым. Следующим был Ралль, за ним шли Герд Бакгорн и Отто Киттель из JG-54. Всего лишь пять пилотов. Эрих стал последним. Больше в этот клуб не вступил никто.

Биммель Мертенс и остальные техники похлопали своего молодого командира по спине и занялись самолетом. Остальные пилоты эскадрильи потащили счастливого Белокурого Рыцаря в столовую. Пирушка шла полным ходом, когда ворвался Биммель. Выражение его лица моментально погасило ликование собравшихся.

«Что случилось, Биммель?» — спросил Эрих.

«Оружейник, герр лейтенант».

«Что-то не так?»

«Нет, все в порядке. Просто вы сделали всего 120 выстрелов на 3 сбитых самолета. Мне кажется, вам нужно это знать».

Шепот восхищения пробежал среди пилотов, и шнапс снова полился рекой. Вилли Батц, хотя и был командиром группы, праздновал вместе с ними. Когда пирушка начала тускнеть, принесли сообщение из ставки Гитлера, что обер-лейтенант Эрих Хартманн награжден Мечами к своему Рыцарскому Кресту. Это была следующая за Дубовыми Листьями степень Железного Креста.

До сих пор только один обер-лейтенант был награжден Мечами. 18 мая 1942 Мечи получил командир эскадрильи в JG-52 обер-лейтенант Герман Граф. Это случилось 2 года назад. Пилоты-истребители Люфтваффе, награжденные Мечами, были живыми легендами — классические герои Галланд, Мёльдерс, Лютцов, отважные дьяволы Генц Бэр и Оэсау, умелые лидеры Ралль, Илефельд, Бакгорн, известные на весь мир Марсель и Новотны.

Награждение Мечами ставило Эриха в ряды самых известных солдат Германии. Эта потрясающая новость дала новый толчок пирушке. Пилоты подняли Эриха на плечи и потащили его вокруг зала. «Карая-1! Карая-1! Schwerten (Мечи) для Карая-1!..» Смех и песни больно били Эриха по голове. Временами он словно уплывал из зала, где люди чествовали его. Все происходящее казалось ему почти нереальным. Его мысли обратились к преданному Биммелю, который сейчас торчал на аэродроме, обихаживая Караю-1, верный самолет, который еще ни разу не подвел Эриха. Затем его мысли полетели в Штуттгарт, где его сердце могло найти отдых от всех жизненных треволнений.

Получить Мечи было здорово. Это означало еще один короткий отпуск, который он мог провести рядом с Уш. Эта война была настоящим безумием. Ему приходилось день за днем играть в кошки-мышки со смертью. Успех означал побрякушки, лесть и попойки. Он гонялся за русским парнями и убивал их, а они мечтали убить его. Это было безумие. Единственное, чего он желал — находиться рядом с Уш.

Все, кто в ту ночь праздновал в баре, видели Эриха Хартманна каким-то рассеянным и отсутствующим. Изредка появлявшаяся на его лице улыбка была достаточно счастливой, но глаза оставались печальными. Когда молодые пилоты праздновали награждение Эриха второй по значению наградой рейха, он был рядом с ними, но не вместе с ними. Мечи получали генералы и фельдмаршалы, а также горстка отважных фронтовых бойцов. Это была огромная честь, но Эрих давно перестал быть восторженным юнцом, который получал Рыцарский Крест и Дубовые Листья. И его визит в ставку Гитлера в Растенбурге, Восточная Пруссия, тоже принес ему мало радости.