Зинаида Чалая - Анатолий Серов

Андрей недоверчиво смеется.

- Одно дело ночная бомбежка. Положил свои бомбы и - домой. А уж драться... Это только при дневном свете.

Серов заспорил.

- Днем учитывается положение противника по отношению к солнцу? И когда он летит лицом к солнышку, он теряет меня, я же иду на него от солнца, вижу врага и поражаю его. Ночью же его надо ловить на фоне луны, самому же идти вдоль тучки.

Серов меняет тему разговора, начинает шутить и дурачиться, вовлекая в игру остальных, и они затевают шумную возню, как мальчишки после уроков.

Всю зиму 1933-1934 гг. и следующую эскадрилья занималась усиленной тренировкой по ночным полетам строем и ночным маршрутным полетам. Летали и днем с закрытой кабиной - так называемые слепые полеты, - руководствуясь только авиаприборами. По ночным и слепым полетам серовское звено стало искуснейшим в авиабригаде. Забегая вперед, скажем, что в 1937 году Серов стал первым в мире организатором ночных воздушных боев. Но об этом дальше.

В ДКА были вывешены результаты учебно-боевой подготовки. Звено Серова получило отличную оценку по бомбометанию, стрельбе, технике пилотирования, знанию материальной части, а также по групповой слетанности в ночных условиях.

Сидоров и Власов подали заявления в партию. На партийном собрании Серов с гордостью слушал высокие оценки, какие давали его ведомым командиры, товарищи, да и он сам со светлым, счастливым лицом объявил, что считает каждого из них настоящим коммунистом. Потом были приняты в партию и другие члены маленького, но прославившего себя среди дальневосточной военной авиации звена истребителей - техники, мотористы... Звено стало коммунистическим. Это обязывало. За год они получили сорок поощрений, несколько наград от Реввоенсовета ОКДВА. К XVII годовщине Октября имена Серова, Сидорова и Власова были торжественно занесены в Книгу революционного почета или, как ее называли, Книгу золотых кадров воздушной армии.

* * *

Анатолий Серов не только был замечательным летчиком и воздушным бойцом. Он был живым, темпераментным молодым человеком. Выше среднего роста, сильного и хорошего сложения, с открытым, приветливым лицом и такими яркими синими глазами, что казалось, они лучились, делая все лицо необычайно привлекательным. Притом танцевал он хорошо и любил танцы. Девушкам он нравился.

...В отпуске Серов сначала побывал в родном Надеждинске.

Еще до отъезда на Урал ему удалось встретиться с младшим братом Евгением. Женя окончил металлургический техникум, работал на заводе, когда наступил год призыва, был послан на Дальний Восток. Между братьями завязалась переписка, потом Евгений приехал к старшему брату и провел у него несколько дней. Анатолий стал заботиться о Жене, посылал ему деньги и гостинцы, уговаривал перейти в авиацию. Но младший брат твердо решил после армии вернуться на свой завод и посвятить жизнь металлургии.

По пути домой Анатолий заехал проведать старого друга Виктора Недосекина. В Свердловске сразу отправился на Уралмашзавод. Ведь этот завод и строил его дружок-доменщик! Из проходной позвонил в механический цех. Через несколько минут к нему вышел высокий худощавый человек. Только по белозубой улыбке смуглого лица и озорным карим глазам Анатолий узнал Виктора - так тот возмужал за эти годы.

Анатолий провел на заводе весь день. Виктор показал ему новое оборудование. Он старший мастер механического цеха. К Анатолию сбегаются друзья по ФЗУ - надеждинцы. Теперь это квалифицированные металлурги, электрики. Вечером сошлись в комнате Виктора. Недосекин рассказывал, как строили Уралмаш.

- Помнишь, Толя, в Надеждинске столько говорили об Уралмашзаводе - это, мол, будет завод заводов! А когда мы приехали, тут еще кругом был лес, медведи ходили, ей-богу. Стройка только начиналась. Приходим в цех: давайте ребят помоложе, обучим работать. Не дают. И комсомол не дает: сначала, мол, посмотрим, на что сами-то вы способны, а потом, может быть, дадим комсомольцев. Мы пошли туда, где принимают на работу. И давай спрашивать хлопцев: "Кем хочешь быть? Сколько хочешь заработать?" - "Сто двадцать заработаю, и ладно". - "Хорошо, иди в бригаду". Подобрали людей, стали с ними заниматься. Народ все неквалифицированный. Показываешь им чертеж: знаешь это? Не знает. А хлопцы в общем славные, хотят учиться. Днем мы с ними работаем, вечером занимаемся чертежами. Ребята пальцами водят, а отошли - и через три минуты все забыли. Потом стали все-таки различать ключ дюймовый, полудюймовый, пятиосьминный...

- Ух ты-ы! - хохотал Анатолий. - Темнота! Да ведь главное - хотеть и добиваться! И ты смог? А как же! Ты же был у нас лидером, помнишь? И что же твои хлопчики?

- Ничего, стали разбираться в сложных измерительных инструментах. Через две недели собрали мы новую партию и к каждому приставили по одному из тех, кто уже был подготовлен, понемногу дело пошло. Поручили нам конструкцию подбирать большие балки - в 60 тонн весом. Это поначалу. Потом все более сложные задания.

- А как смотрел на это комсомол? Признал вас?

- Как же! Стал более дружески посматривать в нашу сторону, помогать. Да ребята ведь понимали, какое значение имеет стройка, их работа, зачем строится завод. Все больше поднимали темпы. В конце зимы стало не хватать электричества. Нам поручили собрать мачты для тока высокого напряжения. Шли по льду вдоль озера, знаешь? 28 апреля поставили мачты - раньше срока.

- Это по-уральски! - с уважением произнес Анатолий, - Ну, а дальше учиться? Не собираетесь, ребята?

- Почему? Все занимаются на разных курсах. Я побывал на передовых заводах страны, изучал технологию машиностроения.

- А дальше?

- Готовлюсь к приему в академию.

- Неужели в воздушную? - невольно сорвалось у Серова с языка.

- Что ты! В промышленную. А ты, наверно, тоже готовишься и именно в воздушную академию? Ты ведь об этом всегда мечтал...

- Не знаю. У нас учебы по горло. Все время учимся. Вот побываю в Москве, посмотрю там...

В Надеждинске Анатолию на другой день приезда показали заводскую многотиражку "Сталь". Там была помещена статья с длинным заголовком:

"Вы помните мартеновца Серова? Он сейчас командир авиазвена в Дальневосточной".

- Завод получил письмо от твоего командира, - объяснил отец появление этой статьи. - Завод очень тобой гордится, хотя никаких подробностей командир не написал. Но по всему видно - ты молодчина, сынок. Тебя ждут не дождутся и молодежь в аэроклубе, и в мартеновском цехе, да и старики хотят посмотреть на своего питомца.

Анатолий побывал прежде всего у Ивана Алексеевича, пил чай с брусничным вареньем, уничтожил порядочно пельменей и пирогов. Иван Алексеевич откровенно любовался своим бывшим учеником, расспрашивал его о летной учебе, как Анатолий научился прыгать с парашютом. Серов охотно рассказал о своем первом прыжке.