Лайза Роугек - Сердце, в котором живет страх. Стивен Кинг: жизнь и творчество

Читатели и рецензенты подвергли суровой критике образ Джека Торренса, отца, охваченного жаждой убийства. Стива спрашивали, что его заставило написать о подобных вещах. Он объяснял, что на создание романа его подвигло желание исследовать тайные порывы, таящиеся в глубине души, и приводил пример типичного заголовка «Нэшнл инкуайер» или «Уикли уорлд ньюс» конца семидесятых вроде: «Младенца прибили к стене». «Стоит вам заявить, что вы никогда не позволяли себе ничего подобного по отношению к собственным детям, хотя пару раз и хотелось, — и вот он, готовый сюжет для ужастика, — как ни в чем не бывало объяснял Стив. — Дело не в том, что кто-то прибил младенца к стене, а в том, что вы можете вспомнить случаи, когда вам хотелось оторвать собственному ребенку голову, потому что гаденыш никак не затыкался».

Несмотря на общеизвестное заявление Кинга, который не переставал твердить бравшим у него интервью журналистам, что сюжеты живут своей жизнью, а он просто их записывает, на самом деле Стив постоянно анализировал свои произведения. В случае «Сияния» он впервые признал, что над главным героем Джеком Торренсом в детстве издевался отец, и чуть не добавил, что видит в Джеке себя самого.

«Люди спрашивают: что это, история о призраках или на самом деле все происходит в воображении главного героя? Естественно, это история о призраках, потому что Джек Торренс сам как дом с привидениями. Его преследует призрак отца — снова, и снова, и снова».

Впрочем, Стив отчего-то забыл упомянуть затронутую в романе тему алкоголизма; казалось, у них с Джеком гораздо больше общего, чем он готов был признать — перед самим собой и перед окружающими.

Безусловно, вскоре в дверь писателя постучался Голливуд — учитывая успех киноверсии «Кэрри», вышедшей на экраны за два месяца до публикации «Сияния».

Несмотря на колоссальный успех и большие деньги, которых хватило бы, чтобы обеспечить Кингам безбедное существование до конца их дней, Стив продолжал писать рассказы для мужских журналов — он еще помнил, как благодаря им смог купить лекарство для заболевшего ребенка; они выручали их с Тэбби в самые трудные дни — всего несколько лет назад, когда Кинги буквально боролись за выживание, столкнувшись с беспросветной нищетой. Отчасти таким способом Стив благодарил журналы и редакторов за поддержку, оказанную ему в начале карьеры, и, кроме того, плодовитый автор чрезвычайно ценил возможность пристроить короткие рассказы, которые по-прежнему щедрым потоком лились из-под его пера.

Со времени первой публикации в журнале «Кавальер» в октябре 1970 года Стив не переставал присылать рассказы редактору Наю Уилдену. Вслед за первой историей («Ночной сменой») на страницах журнала появилось с десяток рассказов Кинга. Как-то раз в голову Уилдену пришла замечательная идея: провести в «Кавальере» конкурс короткого рассказа. Условия были просты: Стив напишет первую часть рассказа в жанре хоррор, а читателям предложат закончить историю. Те авторы, чья концовка понравится Стиву, будут названы победителями и получат призы.

Уилден откопал где-то портретное фото странной, безумного вида кошки крупным планом, решив, что этот образ послужит прекрасным источником вдохновения для Стива, которому идея понравилась. Редактор выслал Кингу фотографию кошки и попросил написать половину рассказа.

Неделю-другую спустя в редакцию журнала пришла рукопись под названием «Кот из ада» с пояснением Кинга: «Я так и не смог написать полрассказа и сочинил его целиком. Обрежьте текст на свое усмотрение. Может, после награждения победителя вы сочтете нужным опубликовать концовку, чтобы читатели увидели мой вариант».

Первые пятьсот слов «Кота из ада» появились в мартовском выпуске «Кавальера» 1977 года, а полная авторская версия вместе с лучшими конкурсными работами — в июньском выпуске.

После успеха «Сияния» «Даблдей» ждало от Кинга новый роман, который планировалось издать в следующем году. Но писатель уже начал работать над «Противостоянием» и знал, что не успеет закончить его в срок. Поэтому вместо очередного романа он предложил издательству сборник рассказов — тех, что успешно продавались «Кавальеру» и другим мужским журналам в течение последних семи лет, — который он назвал «Ночная смена». В сборник в числе прочих вошли «Давилка», «Поле боя», «Грузовики», а также «Дети кукурузы».

Он мог бы предложить «Даблдей» один из романов Ричарда Бахмана, если бы не считал, что книги, выбранные им для публикации под псевдонимом, написаны в особой манере. К тому же он уже пообещал свои ранние романы — «Долгая прогулка», «Ярость» и «Дорожные работы» — издательству НАЛ, которое выпустило романы Кинга в мягкой обложке и взялось опубликовать романы Бахмана.

В «Даблдей» пусть неохотно, но согласились на сборник рассказов — там считали, что спрос на подобный сборник будет относительно невысок, — и в феврале 1978 года издательство выпустило «Ночную смену» тиражом пятнадцать тысяч экземпляров — меньше, чем первый тираж «Жребия».

К всеобщему удивлению, первый тираж сборника был очень быстро распродан — «Даблдей» оказалось не готово к такому успеху. Чтобы обеспечить потребности книжных магазинов и дистрибьюторов, издательству пришлось отозвать стопки книг, которые поставлялись в книжные клубы — включая собственный книжный клуб «Литературная гильдия», — и выбросить на рынок партию, отпечатанную на бумаге более низкого качества.

Хотя Стив любил свою работу и, зайдя в книжный, радовался каждый раз, когда замечал на полке книгу со своим именем на обложке, он понимал, что потихоньку начинает «перегорать», и стал подумывать об отпуске.

«Я продолжаю твердить себе: вот допишу книгу и отдохну, — но не проходит и нескольких дней, как мне на глаза попадает очередная идея из тех, что я припас, пока работал над предыдущей книгой, и я загораюсь. Писать книги приятно, знаете ли. В конце концов, мы сами себя развлекаем».

Впрочем, появился дополнительный стимул сократить объем работы: 21 февраля 1977 года у Стива и Тэбби родился третий ребенок, Оуэн Филлип Кинг.

С самого начала возникли подозрения, что судьба уготовила этому малышу отнюдь не безоблачное будущее. В отличие от старших детей Оуэн родился с непропорционально большой головой — Стив и Тэбби опасались, что у их сына гидроцефалия — врожденный порок, при котором жидкость скапливается в тканях мозга и давит на него, грозя вызвать кровоизлияние, необратимые повреждения и кому.

На протяжении долгих недель они возили новорожденного в больницу для прохождения бесчисленных тестов и сдачи анализов. И хотя анализы не дали определенных результатов, при мысли, что его ребенок может умереть, Стива охватывал ужас.