Святослав Рыбас - Красавица и генералы

Персия. - Бесчинства возбужденных немцами турок в Шерманшахском округе; убито 600 беззащитных персов.

На море. - Потоплены два английских парохода, экипажи спасены.

Приказ по железным дорогам о золоте. В Риге (от нашего корреспондента). - Окончание эвакуации казенных учреждений. - Спекуляция с бумажными деньгами. - Приказ генерала Курлова. Убит в бою сын П. Н. Милюкова.

Из этой мозаики безусловно следовало, что русские на западе отступают.

Спустя неделю "Русское слово" сообщало: На Австро-Германском фронте. У Ковны продолжается неприятельская бомбардировка и упорные атаки германцами укреплений Западного фронта. В Варшаве оставлен хирургический госпиталь с тяжелыми ранеными в помещении Елизаветинской общины "Красного Креста".

На Русско-Турецком фронте. На Евфратском направлении наши войска заняли Коп, а затем, после пятичасового боя, наша колонна принудила значительные силы турок отступить к Таролу. В этом же районе наши разъезды хорунжего Белого и подхорунжих Сычева и Иващенко атаковали в конном строк) отбившиеся турецкие роты, причем многих порубили и захватили пленных с винтовками.

Дарданеллы. Продолжается высадка английских войск на Галлипольском полуострове.

Одесса. Сюда сообщают из Константинополя, что потопление броненосца "Барбаросса" произошло не в Мраморном море, а в константинопольском рейде, между Новым и Старым мостами. Броненосец медленно выходил из Золотого Рога в Мраморное море. По точным сведениям он имел полные запасы снарядов и угля. Весь командный состав состоял из немцев. Когда броненосец приближался к Галатскому мосту, он был атакован двумя английскими подводными лодками, подошедшими к нему на очень близкое расстояние.

Гонения на армян.

Государственная дума. Заседание 3 августа. Борьба с немецким засильем.

* * *

- Ты послушай, Сержик! - воскликнул Виктор. - Что я тут вычитал! "Если вы не окажетесь на высоте положения, не возьмете быка за рога, на вас упадет суровый приговор истории. Вы не спасете Россию, и страна встанет и попробует сама спасти себя, но это будет для вас страшно".

- Это что? - спросил сосед. - Кого пугают?

- Речь Мансырева. Сами себя пугают, - ответил Виктор и стал читать дальше, уже вслух: - "В честь храброй нации выпущены папиросы "Бельгийские"... Кинема-театр Ханжонкова: "Огнем, кровью и мечом". Величайший в Москве электротеатр "Вулкан" на Таганской площади: "Последние события с Западного фронта войны", "Мы жаждем любви".

Современный электротеатр: "Потоп" по Сенкевичу, с Мозжухиным..." Сержик, хочешь рванем в кинему?

Сосед Виктора, сын окружного инженера, Сергей Троян улыбался и набрасывал карандашом головы турок в фесках, минареты, парусники.

- А из "зала суда"? - спросил он.

- Дело о беспорядках в селе Козловке.

- И что там? Читай.

Зная нетерпеливость Сержика, Виктор начал с середины, пропустив объяснения, почему солдатки учинили погром:

- "Стражники бросились к толпе карьером, с целью развеять ее. Но в это время из своего дома выбежала крестьянка Василиса Еремина с большим колом в руках и закричала: "Не расходись! Взять их в атаку!" Ну тут стражников помяли, - объяснил Виктор. - Бессмысленно и жестоко. Разгромили двадцать пять усадеб богатых мужиков. Смотри, даже печи выламывали!

- Больше ничего интересного? - спросил Сержик. - Понимаешь, как вспомню, что до лета надо целый год учиться, - тоска берет! На фронт взяли бы вольноперами, а?

- Хочешь переменить фамилию? Тут государь император соизволил разрешить переименоваться Братману в Яковлева.

- А! - сказал Сержик. - Буду не Троян, а Тройман? Все это глупости, Витя. Если ты немец, то и будь немцем. Вот у нас все иностранцы живут как цари при диких российских подданных.

"Русское слово", через два дня, седьмого августа, сообщало: От штаба Верховного Главнокомандующего. 5 августа наши суда, защищавшие вход в Рижский залив, вследствие большого превосходства неприятельского флота, после боя, пошли на следующие позиции. В Ковне противник продолжает энергично развивать достигнутый им успех, причем ему удалось занять город и выдвинуться далее.

У Осовца в ночь на 5 августа и в течение последующего дня атаки германцев на наши позиции отражались огнем. На фронте от Осовца до Бреста и далее к югу бои продолжаются, причем на некоторых участках они имели крайне упорный характер. Особенно настойчиво противник атаковывал 4 и 5 августа наши войска на Нижнем Бобре, на направлении к Бельску, вдоль железной дороги на Черемху и у Влодавы. На фронте наших войск в Галиции без изменений. У Новогеоргиевска противник с нарастающей энергией ведет атаки на укрепления правого берега Вислы и Нарева. Бои имеют чрезвычайно упорный характер. Груды германских трупов покрывают наши заграждения. Тем не менее неприятельская артиллерия, развив свой огонь до крайнего предела, успела подавить огонь наших орудий и разрушить укрепления на участке между Вкрой и Наревом, после чего наши защитники, несмотря на все усилия, вынуждены были отойти на правый берег реки Вкры...

Обнадеживающего в сообщении было мало. Совершенно ясно: отступаем. Все остальные извещения, от русско-турецкого фронта и Дарданелл до ограбления немецкой подводной лодкой норвежского парохода и налета эскадры "цеппелинов" на Англию, не могли скрасить унизительного чувства.

Но кто виноват, черт побери?!

Директор гимназии Константин Борисович вывешивал в коридоре вырезанные из журнала "Огонек" фотографические карточки героев и жертв войны, а также просто списки убитых и раненых, которые брал из газет.

На гимназистов смотрели поразительно молодые, хорошие лица; и очень странно было видеть несоответствие между простодушно-твердым выражением лица широколобого прапорщика М. С. Манакова, которое как будто говарило о прочности этого человека, и подписью "убит" или между мученически-возвышенным лицом кандидата на классную должность Л. И. Зеленова-Несчастнова, о котором сразу думалось: "Этот отмечен", и подписью, спасающей его от гибели: "Контужен, награжден Георгиевским крестом 4 ст". К вывескам гимназистов тянуло сильным, бессознательным любопытством, словно в них можно было угадать закономерность рока.

Прикрепив листок из журнала, Константин Борисович стал у окна и зачитался объявлениями в газете. Виктор и Сергей подошли к нему.

- Вот, мальчики, - сказал он. - Неважные дела... - И ткнул пальцем в газету. - Дешево продается игрушечный магазин с обстановкой и большим запасом заграничного товара... Уж коли перестают игрушки покупать...

- Ну и что? - спросил Сергей. - Дайте поглядеть!

Он перегнулся, наклонив голову и наваливаясь боком на директора, и воскликнул: