Рэнди Тараборелли - Мадонна. В постели с богиней

Через несколько дней Квин решился задать вопрос, который давно вертелся у него на языке, но он никак не мог выбрать подходящий момент. «Почему ты так ненавидишь своего старика? — спросил он. — Каждый раз, когда ты заговариваешь о своем отце, ты рассказываешь о нем какие-то ужасные вещи. Думаю, твоя проблема именно в этом».

«О чем ты говоришь? — заплакала Мадонна. — Как ты смеешь мне такое говорить?»

Она выскочила из постели, умчалась в ванную и захлопнула за собой дверь.

На следующее утро Мадонна натянула свои черные колготки в сеточку и мини-юбку, собираясь уходить. Ее глаза покраснели и опухли. Она надела облегающий пиджак без блузки, туфли на шпильке. Уходя, она взглянула на Томми Квина и сказала: «Знаешь, то, что я вчера плакала, ничего не значит. Не думай, что ты раскусил меня и что я думаю о тебе». Мадонна и словом не обмолвилась о том, что Квин сказал о ее отце.

Пока он пытался найти ответ, она уже вышла из комнаты, не попрощавшись.

Через неделю Квин нашел ее в своей комнате. На Мадонне была только его футболка. Она стояла у окна и смотрела вдаль. «Пенни за твои мысли», — пошутил Томми, протягивая Мадонне бокал охлажденного белого вина.

«Мои мысли стоят дороже, — слабо улыбнулась Мадонна и отпила глоток вина. — Все это глупости, ты же знаешь, Томми? Я просто персонаж романа. Все это выдумки. Все».

«И как же называется твой роман?» — спросил Квин.

«Он называется «Мадонна», — ответила она, а потом, подумав, добавила: — «Одинокая жизнь».

Мадонна такая же, как и все остальные люди. Она хочет быть любимой, но в то же время боится любви. Как замечает ее сестра Паула: «Она была обыкновенной женщиной. Ей нужен был кто-то, на кого она могла положиться. Но это пугало ее».

У Шона Пенна были свои заморочки. Его страсть к уединению превратилась в настоящую манию. Те, кто хорошо его знал, считают, что это объясняется его постоянной неудовлетворенностью своей внешностью. Пенна раздражает состояние его кожи, он не хочет, чтобы его кто-нибудь видел, не говоря уже о том, чтобы его видели все. Его раздражительность и вспыльчивость — всего лишь камуфляж, под которым скрываются эмоциональные проблемы, с которыми знакомы лишь его биографы. Но когда они с Мадонной стали встречаться, они почувствовали друг в друге родственные души. Мадонна говорила, что она ощутила «чувство личной полноты». И конечно, сексуально они притягивали друг друга со страшной силой. На первом же свидании Пенн швырнул Мадонну на пол, стащил с нее одежду, разделся сам настолько быстро, что даже забыл снять ботинки. И потом они занялись любовью. Мадонна вспоминала: «Мы достигли оргазма одновременно, и это было удивительно. Время словно замерло!»

«Кто знает, чем руководствуется наше сердце… Все происходит так, как происходит, — замечает Мэг Лоури, актриса, подруга Шона, занимавшаяся вместе с ним в актерской школе. — Шон говорил мне, что она сводит его с ума. Но это его беспокоило. «Она сумасшедшая, — говорил он мне. — И я сумасшедший. Представь себе нас вместе. Да, не слабо…» К тому же он чувствовал, что Мадонна не будет ему верна. «Она неукротима, — говорил он. — Не думаю, что какой-нибудь мужчина сможет обуздать ее. Полагаю, что она меньше всего хочет быть укрощенной».

Шон Пенн был талантливым актером и умным человеком. Когда Мадонна обнаружила, что он любит читать и пишет стихи, она полюбила его еще сильнее. Очень скоро она объявляла всем вокруг — друзьям, врагам, репортерам, — что Шон Пенн — это ее герой, ее лучшей друг и «самый клевый парень во вселенной». Она могла рассказать ему о своих проблемах. Порой он инстинктивно понимал ее шестым чувством человека, который много страдал и знает об утратах и горе не понаслышке, хотя его родители были оба живы. Мадонна могла разговаривать с ним так, как ни с кем другим.

Очень скоро пара объявила о помолвке. Слухи об этом великом событии распространились со скоростью света. Популярность Мадонны возросла еще больше. Некоторые ее поклонники были удивлены, но те, кто знал ее лучше, восприняли новость совершенно спокойно. И в этот самый момент журнал для мужчин «Пентхауз» объявил о том, что будут опубликованы фотографии обнаженной Мадонны, сделанные несколько лет назад. «Плейбой» решил не отставать и также объявил о публикации скандальных фотографий. Слухи росли и множились, ситуация складывалась точно так же, как тридцать пять лет назад, когда стало известно, что Мэрилин Монро позировала обнаженной.

Некоторые наблюдатели считали, что эти фотографии повредят карьере Мадонны. Репортеры вспоминали о Ванессе Уильямс, которой за год до этого пришлось расстаться с короной мисс Америки. Обнаружилось, что она позировала обнаженной за несколько лет до того, как получила этот титул. (Разумеется, Ванесса Уильямс сумела обернуть этот скандал в свою пользу. Сегодня она является единственной мисс Америки, имя которой помнят все.) Существование фотографий в обнаженном виде, свара между двумя журналами за право их опубликовать и смелое заявление Мадонны о том, что она ничего не стыдится, только разожгли любопытство публики.

Томми Квин больше года не видел Мадонну, как вдруг в его квартире раздался звонок. Это была она, она хотела встретиться. Томми пригласил ее к себе, но она отказалась. «Теперь я загнанный зверь, — сказала она. — Если я приду к тебе, все узнают, где ты живешь, все поймут, что я знаю тебя, и тебя никогда не оставят в покое». Квин вспоминает: «Чтобы защитить меня, она предложила встретиться в маленьком итальянском ресторанчике на Второй авеню».

Придя туда, он увидел Мадонну в больших темных очках, широкополой шляпе и старом, немодном платье с цветочным рисунком. «Она выглядела, словно бродяжка, — вспоминает Квин. — Я был поражен».

«Что, черт побери, с тобой случилось?» — спросил он, усаживаясь рядом с ней.

«Это все моя жизнь. Вот что со мной случилось, — ответила Мадонна, целуя Квина в щеку. — Как тебе нравится мой вид? Я миллионерша, но на публике мне приходится одеваться только так, чтобы меня хоть ненадолго оставили в покое».

Они заказали спагетти, и Мадонна рассказала, зачем ей понадобился старый приятель. «Мне нужен твой совет, — сказала она. — Ты слышал об этих фотографиях?»

«А кто не слышал?» — ответил вопросом на вопрос Квин.

Мадонна сняла темные очки. Было похоже, что она вот-вот заплачет. «Я просто не знаю, что делать, — сказала она. — Не представляю, как мне поступить».

Много лет спустя Квин вспоминал: «Я был поражен. Когда я впервые услышал об этих фотографиях, то подумал, что ее это не беспокоит, что она выше этого. Но, сидя рядом с ней и глядя в ее встревоженное лицо, я понял, что существование этих фотографий ее серьезно беспокоит».