Эдгар Кейси - Моя жизнь провидца. Потерянные мемуары

Ну, конечно, хорошего настроения это мне не прибавило. Я отругал доктора, который обещал моей жене, что надо мной не будут проводиться опыты, которые могли бы мне навредить, и сказал им всем, что они больше не будут присутствовать на подобных экспериментах, поскольку их не удовлетворяют мои слова.

Я добавил, что буду предпринимать чтения только в том случае, если будет необходима моя помощь и о ней искренне попросят, и что мне не важно, присутствует ли при этом доктор или нет. Я подвергался их экспериментам в течение двух лет, и вот как они ко мне относятся. Мистер Хадсон сказал: "Да, вы совершенно правы. Это никогда не должно использоваться кроме как с целью получения информации, полезной для больного".

Тем вечером несколько из присутствовавших психологов сказали мне: "Вы сможете определить, есть ли что-то стоящее в ваших чтениях или нет, только после того как вы будете проводить их в течение нескольких лет и кто-то решит приехать к вам снова, скажем, лет через пять". Среди тех, кто получил чтения в феврале 1903 года, был человек, который снова приехал за чтением в феврале 1940 года, так что, наверно, в этих сеансах было все же что-то ценное.

У одной молодой девушки из Миссисипи в Колледже Поттера мать очень сильно болела, местные доктора не могли вылечить ее. Она попросила мою жену выполнить чтение для матери и привезла ее на кровати в Боулинг Грин из Миссисипи. Согласно диагнозу было назначено лечение, которое осуществлял доктор Соуз. Почти сразу же состояние больной начало улучшаться, и через несколько месяцев она практически пришла в норму. Затем доктор Соуз провел эксперименты со множеством пациентов и объявил, что полученная информация была очень полезна и нередко помогала ему в определении проблемы там, где он и не предполагал ее найти.

В одном из чтений, выполненном для самого себя во время экспериментов доктора Блэкберна, было высказано предположение, что мои сильные головные боли возникают вследствие проблем в области аппендикса, и будет правильно провести операцию по его удалению. Несколько врачей пытались проверить это, но все они пришли к выводу, что причина головных болей кроется совсем в другом.

Однажды мне позвонил доктор Хауз, муж тети моей жены, Кэрри, который жил в Хопкинсвилле. Он сказал, что его жена очень больна и очень просит меня выполнить для нее чтение. Приехав, я узнал, что она не встает с кровати уже несколько недель, и ее, помимо мужа, лечат два других врача. Еще один приезжий специалист решил, что у нее опухоль и необходима немедленная операция. Она не могла сидеть, но настаивала на том, что хочет слышать, что будет сказано, поэтому я лег около нее, и доктор Хауз в первый раз провел чтение. Согласно полученной информации, у нее не было опухоли, это было скорее сдавление. Было назначено лечение с целью удаления этой проблемы. В течение нескольких дней выполнялось ежедневное чтение, чтобы уточнить предыдущие сообщения и последующие действия. Сдавление было устранено, и женщине не пришлось делать операцию. Все это происходило приблизительно 30 лет назад, и она живет без операции до сих пор.

Несколько месяцев спустя доктор Хауз снова позвонил мне. Их сын, родившийся недоношенным, был очень болен. Ребенка лечили уже два местных врача. Один сказал: "Ну что ж, если вы намерены прислушиваться к этому обманщику, я умываю руки и ухожу". Другой остался, чтобы выслушать чтение. Было предложено дать ребенку очень большую дозу белладонны, а затем применить некоторые другие препараты, чтобы добиться необходимого результата. Оставшийся врач настоятельно не рекомендовал применять названное лечение. Кэрри напомнила ему, что он был в отчаянии несколько месяцев тому назад и не мог ничем помочь ей, тогда как во время чтения было предложено лечение, предотвратившее операцию, которую тот считал необходимой. Я увидел, как отец точно отмерил дозу препарата, как мать дала его ребенку, как при этом врач сказал им, что ребенок не доживет до утра. Сейчас этот мальчик — взрослый молодой человек, и его здоровью позавидует любой.

Затем произошел очень необычный случай. Это не был специально назначенный тест, а всего лишь случайность. Я поехал в Хопкинсвилль на Рождество и возвратился последним поездом, поскольку в первый же день января 1907 года мне необходимо было сделать фотографии на мебельной фабрике. Большую часть следующего дня я работал на неотапливаемой фабрике, делая снимки. Там было очень холодно, на полу даже намело немного снега. В конце дня я возвратился в студию и пошел в темную комнату, чтобы проявить пластинки. Когда я вышел, два мальчика сидели вокруг печки. Я внес заметки относительно того, что мне удалось заработать за сегодняшний день, и вдруг потерял сознание и упал на пол. О том, что произошло потом, мне рассказали Том Барнс и Фрэнк Поттер: они подняли меня с пола и отнесли в соседнюю комнату, где положили на кровать, после чего вызвали доктора МакКрекена. Он приехал. Перед тем как позвать доктора МакКракена, они обратились к нескольким другим врачам, в частности к доктору Блэкберну, который уехал на фермы. МакКрекен сказал, что я замерз, он дал мне какой-то препарат и приказал одному из мальчиков принести немного виски и сделать для меня напиток покрепче. Виски они принесли довольно быстро, но когда они попытались влить мне его в рот, то оказалось, что мои челюсти крепко сжаты. Тем временем пришел другой доктор. Он попробывал разжать мне челюсти, чтобы все же влить в горло виски, но только сломал несколько верхних и нижних зубов. Мышцы у меня были сильно напряжены, но при этом я трясся, как осенний лист на ветру. Один из врачей ввел мне подкожно морфий. Пришли другие врачи, и в течение следующих двух часов мне было сделано еще два или три подкожных укола — ввели стрихнин и нитроглицерин. Поскольку конвульсии не стихали и я весь заледенел, они начали прикладывать мне к ногам бутылки с горячей водой, горячие заслонки от печи и нагретые кирпичи, обертывать меня нагретыми простынями. В конце концов меня объявили мертвым.

Через несколько минут вошел доктор Блэкберн, и доктор МакКрекен сказал ему: "Вы с Кейси уже довольно долго выполняли разные трюки. Сегодня вечером вам придется стать Иисусом, потому что Кейси умер". Блэкберн спросил, что они сделали. Когда те рассказали ему, он ответил: "Вам не нужно было ничего делать. Мне кажется, что он вошел в состояние транса для защиты физического тела от перегрузки работой".

Блэкберн поработал со мной, делая различные предположения, и приблизительно через 30 минут я продемонстрировал некоторые признаки возвращения к жизни. Я пришел в сознание и понял, что комната полна людей и все они — врачи. Я услышал, как МакКрекен сказал: "Джон, что теперь, черт возьми, вы намерены делать? То, что мы вкололи Кейси, должно убить его. Как вы выведете это?"