Александр Шитков - Благородство в генеральском мундире

То по всем сим обстоятельствам покорнейше прошу, Ваше Высокопреосвященство, разрешить в означенной домовой церкви отправлять по-прежнему Священнослужения и оную Церковь по мою смерть оставить по-прежнему в существовании»[173].

По распоряжению Тверской консистории благочинный ста-рицкой городской Богородицерождественской церкви священник Василий Космин составил «Описание затруднений в сообщении Старицкого уезда Помещицы Полковницы Аничковой сельца Новое с селом Холохольнею», в котором читаем: «Чтобы проехать из показанного сельца Нового в село Холохольню надобно:

1 Спускаться с высокой и довольно крутой горы, частию по каменистой дороге и косогору;

2 При селе Холохольне переезжать реку Холохоленку, на которой моста нет, но которая в весеннее и иногда осеннее, временами между прочим и от прилива воды с Волги, разливается до означенной высоты. По такому обстоятельству и так при том здесь не всегда можно найти лодку в готовности, переправа чрез реку в показанное время бывает или замедлительная со своими затруднениями, или вовсе невозможная. Находится сельцо Новое от села Холохольни в расстоянии около полуторных верст»[174].

Видимо, этих доказательств было достаточно, и Священный правительствующий Синод решил 28 ноября 1838 года возобновить домовую церковь в сельце Новое [175].

Домовая церковь во имя Пресвятой Богоматери Всех Скорбящих просуществовала до 1867 года. Именно в это время архиепископу Тверскому и Кашинскому поступил покорнейший рапорт от благочинного Старицкого уезда села Холохольня священника Алексея Иоанновича Волкова, в котором говорилось, что помещица Анна Петровна Аничкова «в марте месяце сего 1867 хода померла в Санкт-Петербурге, где и погребена; в настоящее время за отсутствием наследников, проживающих в разных местах, имение г. Аничковой состоит под опекою и по моему усмотрению упомянутая домовая церковь, не быв поддерживаема починками, приходит в ветхость... По сему нахожу нужным предложить Вашему Высокопреосвященству Милостивому Отцу и Архипастырю, не благоволено ли будет оную домовую Церковь упразднить, а имущество ея обратить в мою приходскую Церковь.. .»[176].

В октябре 1867 года в журнале Тверской консистории появилась следующая запись: «...домовую церковь в сельце Новом прихода села Холохольни упразднить с тем, что бы а) Св. Антиминс представлен был в ризницу Кафедрального Собора и овлении дописано было Консистории б) Св. престол представлен был бы сожжению, и пепел пущен был в реку; в) прочие переданные вещи, равно как и иконы перенесены были в Холохоленскую церковь и поставлены в приличных палатах, а комната, где существовала церковь не была обращаема для Богомолия, пол в Св. алтаре сделан был новый а если по местным обстоятельствам окажется возможным обобрать здание существующей домовой церкви без вреда самого дома, то оное здание было бы разобрано, о чем для исполнения к благочинному села Холохольни Священнику Алексею Волкову послать указ»[177].

На этом и закончилась небольшая история домовой церкви во имя Пресвятой Богоматери Всех Скорбящих, прослужившей в сельце Новое 65 лет. Вскоре и само имение было выставлено на торги. Пройдет еще некоторое время и само сельцо Новое навсегда исчезнет со старицкой земли[178].

ГЕНЕРАЛЫ ТУТОЛМИНЫ И АРХИТЕКТОР ЧЕРНЯТИН

Изучение одной из старинных фамилий города Старицы Чернятиных, внесших особый вклад в историю маленького провинциального городка Тверской губернии, может дать важный материал не только для краеведения, но и для изучения мещанско-купеческих фамилий России и их трансформации в меняющихся исторических условиях.

Самой интересной и крупной была династия Алексея Федоровича Чернятина, сын которого, Матвей Алексеевич Чернятин, будучи городским архитектором, много сделал для благоустройства города. За спиной старицкого зодчего была большая жизнь и много творческих свершений: кузнечный ряд, Тутолминская больница, Дворянское здание в Твери, Божий храмы, гражданские постройки. И собственный дом — пусть скромный, но все же «чернятинский», где Матвей Алексеевич жил и работал почти 75 лет. Чернятин - один из многих архитекторов, формировавших облик русской провинции, ее специфику и своеобразие. Изучение творчества таких зодчих расширяет наши знания истории нестоличной архитектуры. Скромный труженик-архитектор, наделенный какой-то удивительной радостью творчества, безвестный выходец из мещанского сословия, всегда стушевывался рядом с Львовым. Чернятин творчески перенял у него многие архитектурные приемы и упорно нес вглубь годов свой чистый, ясный кристаллический ампирный стиль.

В начале XIX века Матвей Алексеевич Чернятин берет на  еще одну новую должность - управляющего господина генерал-аншефа Тимофея Ивановича Тутолмина в имении сельца Новое Старицкого уезда. Сельцо Новое было куплено супругой Т. И. Тутолмина Варварой Алексеевной 20 апреля 1787 года, в котором проживало 13 дворовых человек (3 мужчин и 10 женщин), «доставшееся Ей покупчей от Господина Гвардии капитана Ивана Клеопина, жены Ево Прасковьи Петровой»[179]. Именно здесь бывший московский градоначальник хотел,, навсегда отойти от бурной общественной работы, найти спокойствие и уют в последние годы своей жизни.

Когда и каким образом пересеклись пути-дороги М. А. Чернятина и генералов Тутолминых, неизвестно. Но ясно одно: Чернятина связывали с Тутолмиными достаточно доверительные отношения. Приглашение быть управляющим стариц-кому зодчему Матвею Алексеевичу выглядит отнюдь не случайным, так как молодой архитектор много работает в это время над составлением различных архитектурных проектов. Как покажут дальнейшие события, именно такой управляющий, знающий толк в составлении строительных планов и нужен бьл генералам-отставникам.

В это время старицкий зодчий берется за самые различные дела: занимается торговлей, заключает строительные подряды под собственный архитекторский надзор, выполняет многочисленные заказы по окрестным селам и усадьбам, на строительство церквей, общественных и частных домов.

Например, к 1808 году возникла проблема вмещения прихожан из окрестных деревень в Успенский собор села Иваниши, хотя к нему совсем недавно был пристроен теплый придел Иоанна Богослова. Причина роста числа прихожан - это выполнение указа Тверской епархии о «разбирании обветшавших деревянных церквей». Поэтому церковный притч принимает решение: пристроить к храму обширный теплый притвор на месте открытой паперти,.причинявшей массу неудобств, особенно во время дождей и в холодное время.