Сьюзен Хансен - Моя скандальная няня

Примечание для себя: ты живешь в мировой столице развлечений, а самая главная новость твоей недели — услышать о том, что у отца твоей подруги появился новый гриль. Пора подумать о личной жизни. На самом деле мне необходима хоть какая-то жизнь.

Через пару дней позвонила Мэнди и сообщила, что хочет работать в Лос-Анджелесе. Выяснилось, что большинство жителей ее родного штата Монтана не нуждаются в подобного рода услугах. Я пришла в сильное волнение. Наконец-то выход из одиночества! Я рассказала о ней Джуди, дав блестящую характеристику ее способностям и человеческим качествам, и попросила ее подумать насчет того, чтобы порекомендовать Мэнди кому-нибудь из знакомых, кто нуждается в няне. Естественно, я не стала упоминать правило поведения «досчитай до десяти, прежде чем что-то сказать», которое рекомендовал ей отец.

Джуди сказала, что их добрые друзья, супруги Голдберг, как раз ищут няню. Лео Голдберг был главой кинокомпании, очень влиятельной персоной. Я сообщила Мэнди насчет этой работы, и не прошло и двух недель, как она приехала в Лос-Анджелес вместе со своей мамой (как когда-то это сделала я), чтобы пройти собеседование у них, а также в некоторых других семьях, которые подыскало для нее здесь агентство по трудоустройству.

После того как закончились все собеседования, Мэнди позвонила мне, чтобы посоветоваться. Она только что вернулась из Сан-Фернандо-Вэлли, где познакомилась с очень симпатичной женщиной и двумя ее прелестными детьми. Дама сообщила ей, что ее муж — актер. Однако к тому времени я уже знала секреты Голливуда. Я раскрыла Мэнди главный: множество людей здесь утверждают, что они актеры, хотя в действительности лишь пытаются чего-то добиться на этом поприще. Я предположила, что женщина, вероятно, преувеличила достижения своего супруга. Насколько мне известно, он поставщик провизии для определенного круга людей. Это было похоже на истину. Мэнди подтвердила, что семья в настоящее время занимается реконструкцией дома и в данный момент у них всего одна ванная комната.

Именно это я и имела в виду! Кто из крупных голливудских звезд смог бы обходиться только одной ванной комнатой? Или делить ее с няней? А кроме того, я была уверена, что никто из по-настоящему важных персон не станет жить в Вэлли.

Мэнди продолжала настаивать, что она поладила и с мамой, и с детьми и действительно хочет получить это место, но благодаря своей бесконечной мудрости мне удалось убедить ее согласиться на работу у Голдбергов, тогда мы могли бы жить по соседству.

— Просто позвони в агентство по трудоустройству и скажи, что ты отказываешься от предложения этого Костнера, кем бы он ни был.

(Да, Мэнди и я по-прежнему друзья. Спустя годы мы все еще смеемся над этим случаем, но она давно перестала спрашивать моих советов по поводу своей карьеры.)

Голдберги жили в Бель-Эйр, недалеко от Брентвуда. Я уже предвкушала, как часто мы сможем видеться. Самое лучшее во всем этом было то, что Элли, малышка, о которой должна была заботиться Мэнди, была всего на пару месяцев старше Брэндона. Их мамочки заявили, что будет здорово, если мы будем встречаться, чтобы дети играли вместе. Ура! Серьезная беседа! С подругой, которая разбирается в тонкостях нашей профессии!

С самого первого дня появления Мэнди в Лос-Анджелесе мы начали по телефону делиться историями. Позвонив в первый раз, она призналась, что находится в ужасном затруднении. У Голдбергов она работала пока только три дня.

— Сьюзи, могу я спросить тебя кое о чем?

— Конечно. Что случилось?

— Как ты питаешься?

— Что?

— То есть я хотела спросить, где ты это делаешь? Можешь ли ты поесть, если проголодаешься? Можешь ли ты взять то, что хочешь?

«Неужели это еще одна семья, которая вешает замок на холодильник?»

— Они не разрешают тебе есть? У тебя голос, как у умирающего от голода беженца. Когда ты ела в последний раз?

— Практически это действительно было три дня назад, — смутилась Мэнди. — Об этом как-то не зашло речи. У них есть служанка, которая также готовит, но мне не удалось толком поговорить с ней. Пока что они питались все это время вне дома. Здесь не так, как у вас, где есть Кармен и Делма, с которыми ты можешь вместе есть и общаться. Здесь все более официозно. Первый ее совет мне был — не называть ее Маргарет; для меня она миссис Голдберг. Не уверена, что ей понравится, если я начну хозяйничать на ее кухне.

Я перебила ее убедительной пламенной речью, эмоциональный заряд которой затем станет лейтмотивом наших последующих телефонных разговоров.

— Замолчи сейчас же! Ты не ела три дня? Немедленно отправляйся на кухню, открой холодильник и приготовь себе огромный толстый сандвич!

— Никто не показал мне кухню. Я буду чувствовать себя очень неловко, если пойду туда. А вдруг я съем что-то, предназначенное для особого случая?

— Правильно, лучше сиди в уголочке. Может быть, кто-то сжалится и подаст тебе сухарик.

После того как я положила трубку, колесики в моем мозгу начали быстро вращаться. Я должна записать эту девушку на занятия по программе «Возьми на себя ответственность за свою собственную жизнь»! К тому же мне всегда было легче советовать людям, как им поступить, чем заботиться о своей собственной жизни. Сама же я продолжала отсиживаться в своей комнате по сорок восемь часов каждые выходные.

Помимо малютки Элли, Мэнди должна была заботиться также о восьмилетней дочери Голдбергов. Как вскоре мы выяснили, у нее была та же манера выражаться, что и у Джошуа: «Я тебя ненавижу; ты дура». Мэнди посчастливилось услышать версию: «Ты жирная и отвратительная».

Что нам было делать? Мы с Мэнди смеялись над тем, что наши проблемы со стороны показались бы, наверное, несколько странными — кому-то, кто не заглядывал за эти высокие заборы.

— Ладно, у меня тоже есть для тебя история, — сказала я на следующий вечер. — Джуди вошла в кухню и увидела, как я складываю остатки еды с детских тарелок в зеленый пластиковый мешок для мусора, и ужаснулась. Говорю тебе, она точно на минуту лишилась дара речи! Я подумала, случилось что-то ужасное. Я спросила, все ли с ней в порядке, а она ответила: «Сьюзи, никогда не используй эти пакеты для мусорного ведра. Это прочные мешки для тяжелых грузов, и их используют только для загрузки в мусоровоз. Они слишком дорогие, чтобы бросать их в бак для мусора». Она пошла в кладовую и принесла оттуда упаковку мешков потоньше, которые и вручила мне.

Я рассмеялась, следом за мной и Мэнди.

— Это ерунда. А я вечером готовила себе обед вместе с экономкой, мы заболтались, и я не заметила, как сожгла сковородку. Как она воняла!