Индия, Судан, Южная Африка. Походы Британской армии - Уинстон Спенсер Черчилль

сбор информации. Кажется, что для первой из этих задач они незаменимы. Трудный язык, сложный характер туземцев являются для них предметом изучения на протяжении всей жизни. Знание местных условий, власти и влияния ханов и других правителей, общей истории и традиций страны невозможно без специального образования. Необходимы люди, разбирающиеся во всех сторонах вопроса, во всех деталях конфликта между туземцами и правительством, которые способны в какой-то мере оценить две противоположные точки зрения. Я не уверен, что таковых можно найти в армии.

Что касается второй задачи, трудно поверить, что сбор информации о численности и намерениях противника может быть выполнен кем-то лучше, чем военной разведкой и кавалерией. От гражданских чиновников нельзя требовать понимания того, какая именно военная информация необходима генералу. Это не их дело. Я знаю, что мистер Дэвис получил самые верные данные о ночном нападении на Навагай и предупредил об этом сэра Биндона Блада. Но, с другой стороны, имевшаяся у нас до сражения 16 сентября весьма неполная информация о мамундах стала причиной жестоких потерь, понесенных в тот день. Гражданским чиновникам следует исполнять обязанности дипломатов, а офицерам — вести войны.

После того как утманхельцев вынудили принять наши условия, бригады вновь переправились через Панджкору и, двинувшись небольшими переходами вдоль линии коммуникации, вернулись в Малаканд. Проводники, вернувшись в Мардан, разошлись по квартирам и мгновенно перешли от войны к миру. «Буйволы» остались в малакандском гарнизоне. Значительные силы были оставлены в Джелале, в ожидании исхода операции против афридов, готовые двинуться против бунервалов, если возникнет необходимость в такой экспедиции.

Здесь мы покидаем Малакандскую действующую армию. Возможно, что в ее историю предстоит добавить новые страницы и что входящим в нее доблестным полкам и их командиру еще представится случай принять участие в великой военной игре.

Иллюстрации

Сэр Биндон Блад и его штаб в действующей армии Малаканда

Кавалерийская колонна, приближающаяся к северо-западной границе

Действующая армия Малаканда на марше

Инцидент в Мамундской долине

Уинстон Черчилль, офицер 4-го Гусарского полка Ее Величества, 1896 г.

Война на реке

Предисловие

Около тридцати пяти лет прошло с тех пор, как эта книга была написана, и я очень рад, что сейчас она снова выходит в свет.

В эти далекие теперь дни мир был спокоен, а наша страна была богата и сильна. Королевский флот по своим размерам был больше, чем флоты двух самых крупных после Великобритании морских держав вместе взятых. Страна была самым крупным в мире производителем товаров, а Лондон был единственным мировым финансовым центром. Имея все эти преимущества, мы придерживались ровного политического курса, не вмешивались в иностранные конфликты и с неохотой приобретали новые владения или брали на себя новые обязательства.

Но, несмотря на пожелания многих государственных деятелей, принадлежавших к обеим политическим партиям, Англия ввела свои войска в Египет. После бомбардировки Александрии в 1881 г., когда французский флот ушел из порта еще до начала операции, мы стали по-настоящему великой державой. Началась работа по созданию нового Египта и обеспечению процветания его жителей. Все это навсегда будет связано с именем лорда Кромера. Небольшая группа высокопоставленных англичан, оставаясь в тени, руководила реформами, имея в своих руках всю полноту власти.

Именно в этот момент восстание Махди сотрясло огромные отдаленные провинции Судана, утопив их в крови и ввергнув в анархию. Правительство Гладстоуна хотело покинуть Египет как можно раньше и с ужасом рассматривало перспективы вмешательства в дела Судана. Неудачи, преследовавшие египетскую армию и администрацию, только укрепляли англичан в стремлении уйти из долины Нила. Не сомневаясь ни секунды, они решили оставить Судан во власти хаоса. Генерал Гордон был направлен в Хартум, чтобы вывести оттуда все еще остававшихся там официальных лиц, солдат, египетских колонистов и купцов.

Легче сказать, чем сделать. Для него делом чести было эвакуировать всех тех, кто был поручен его власти. Но вскоре генерал оказался «окаймлен», — это выражение использовал Гладстоун, который ненавидел слово «окружен», — и началась долгая блокада. Если для генерала Гордона делом чести было спасение египтян в Судане, то для Великобритании делом чести оказалось спасти его самого. Лорд Хартингтон, военный министр, принадлежавший к либеральной партии, действовал крайне медленно. Но когда он понял, что дело касается его собственной репутации, ничто уже не могло заставить его свернуть с намеченного пути. Любой ценой нужно было спасти Гордона. По Нилу и напрямик через пустыню в Судан были направлены экспедиционные корпусы. После ожесточенных столкновений отряды, следовавшие через пустыню, подошли к Метемме, где их ждали канонерские лодки Гордона. Англичане подошли к Хартуму на два дня позже, чем это было необходимо. Город уже находился во власти банд дервишей. Гордон и почти все те, кого он не мог оставить, были убиты. Так закончилась эвакуация Судана.

Это событие запечатлелось в сердцах британцев. Падение кабинета Гладстоуна в 1886 году, связанное с событиями в Ирландии, положило начало двадцати годам правления консерваторов. Постепенно и осторожно британское правительство стало поднимать вопрос о возвращении опустошенных земель Судана. То, чего англичане добились в Египте, легко могло стать поводом для гордости. Египетской армией командовал Китчинер, британский офицер исключительных способностей и безупречной репутации. Больше чем через десять лет после падения Хартума началось первое вторжение в провинцию Донгола, и двумя годами спустя, в 1898 году, в сражении при Омдурмане армия варварской империи дервишей была рассеяна и практически уничтожена. Через тринадцать лет после смерти генерала Гордона его соотечественники снова подчинили себе город, который он защищал до последней капли крови.

Замирение Судана и восстановление в нем порядка — это отдельная история. На юге англичане добились тех же успехов, что и в устье Нила, хотя и в несколько иной форме. Судан связал Великобританию и Египет. Ни одна из этих двух стран не могла отказаться от своих прав и забыть о своих интересах в Судане.

Позднее, когда наступило моральное истощение, последовавшее за победой в великой войне, сменявшие друг друга британские кабинеты не проводили в отношении Египта сколько-нибудь последовательную политику. Раздавались предложения вывести британские гарнизоны из Каира. Но, к счастью, нам удалось избежать этого глупого и безрассудного шага. И поэтому не возникло необходимости обсуждать с египетским правительством документы, определяющие права и обязанности каждой из сторон.

Я всегда выступал за