Наталья Командорова - Русский Лондон

О писательнице Марко Вовчок Герцен и Огарев узнали от Ивана Сергееевича Тургенева, с которым часто переписывались в эмиграции. Тургенев прислал Александру Ивановичу несколько повестей Марко Вовчок, которые привели Герцена в неописуемый восторг. Иван Сергеевич отмечал, что автор этих книг — «очень милая, простая, некрасивая особа, и что она намерена скоро быть в Лондоне». Тучкова-Огарева писала: «Действительно, г-жа Маркович не замедлила явиться в Лондон с мужем и маленьким сыном. Господин Маркович казался нежным, даже сентиментальным, чувствительным малороссом; она, напротив, была умная, бойкая, резкая, на вид холодная».

Писательница, поэтесса, переводчица Мария Александровна Вилинская, по первому мужу Маркович, писала на украинском, русском и французском языках под литературным псевдонимом Марко Вовчок. Она являлась троюродной сестрой литературного критика Дмитрия Ивановича Писарева, поддерживала дружеские отношения со многими русскими и зарубежными литераторами, общественными деятелями, учеными. Мария Александровна издала несколько десятков рассказов, повестей, романов, сказок, много писала об истории Украины, занималась переводами с французского, польского и других языков.

Марко Вовчок. Неизвестный художник

Вместе со своим мужем А.В. Марковичем она собирала народный фольклор и широко использовала его в своих произведениях.

Мария Александровна осуждала крепостное право. В 1868–1870 годах она вела отдел иностранной литературы в журнале «Отечественные записки». Украинский писатель Иван Франко называл ее одной из «наиболее выдающихся жемчужин нашей литературы».

В 1859–1867 годах Марко Вовчок жила за границей, в основном во Франции, выезжая оттуда в Германию, Швейцарию, Италию, Англию. Встретившись в Лондоне с Герценом, Огаревым и всеми их домочадцами, она рассказала, «что вышла замуж шестнадцати лет, без любви, только по желанию независимости. Действительно, Тургенев был прав, она была некрасива, но ее серые большие глаза были недурны, в них светились ум и малороссийский юмор, вдобавок она была стройна и умела одеваться со вкусом. Марковичи провели только несколько дней в Лондоне и отправились на континент». Герцен сравнил творчество Марко Вовчок с широко известной и популярной в то время французской писательницей Жорж Санд. За границей Марко Вовчок написала повесть на украинском языке «Три доли», сказку «Кармелюк», «Сказку о девяти братьях разбойниках и о десятой сестрице Гале», а также повести на русском языке «Глухой городок», «Тюлевая баба» и другие.

«С Краевским о многом из былого…»

По мнению Н.А. Тучковой-Огаревой, приезд в Лондон и встреча с Герценом Андрея Александровича Краевского были связаны отнюдь не с «сочувствием к деятельности Герцена». Скорее всего, Краевский посетил Англию «по тому неотразимому влечению, которое в то время несло всех русских к британским берегам… Герцену было приятно вспоминать с Краевским о многом из былого». А общее «былое» в основном было связано с Московским университетом и совместной работой Краевского и Герцена в журнале «Отечественные записки».

Журналист, педагог, редактор, издатель Андрей Александрович Краевский учился в Московском университете на философском факультете в 1823–1828 годах. Его литераторская деятельность началась с публикаций неподписанных переводных статей и рецензий в петербургских периодических изданиях. Краевский был редактором «Журнала Министерства народного просвещения», сотрудничал с пушкинским «Современником», а после смерти А. С. Пушкина стал одним из соиздателей этого журнала.

По мнению исследователей творчества Краевского, именно он в 1836 году ввел М.Ю. Лермонтова в петербургские литературные круги. Андрей Александрович несколько лет был редактором газеты «Литературные прибавления к «Русскому инвалиду», преобразованной им впоследствии в «Литературную газету». С 1839 года Краевский стал редактором и издателем журнала «Отечественные записки».

В его бытность с журналом сотрудничали лучшие писатели и критики того времени: Е. А. Баратынский, В.А. Жуковский, А.Ф. Вельтман, П.А. Вяземский, Н.В. Гоголь, В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.А. Некрасов, Ф.М. Достоевский, И.С. Тургенев и многие другие выдающиеся личности. Однако со временем, во второй половине 40-х годов, наметился спад популярности журнала «Отечественные записки». Его стали теснить такие издания, как «Москвитянин», «Современник», «Русский вестник» и другие. В последние годы жизни Краевский редактировал газеты «Русский инвалид» «Санкт-Петербургские ведомости», «Голос», а также занимался журналистской и издательской деятельностью.

Человек, о котором говорила вся Россия

Однажды в Лондон к Герцену «явился человек, о котором говорила чуть не вся Россия… который много писал, о котором постоянно упоминали в печати, которого не только хотелось видеть, но хотелось узнать». Это был Николай Гаврилович Чернышевский. До визита к Александру Ивановичу Чернышевский, через своего посланца, интересовался, сможет ли Герцен печатать в Лондоне журнал «Современник», так как его издание в России находилось под угрозой закрытия. Герцен дал утвердительный ответ, и тогда Николай Гаврилович решил сам наведаться в британскую столицу для переговоров.

Н.Г. Чернышевский

После окончания Саратовской духовной семинарии Чернышевский поступил в Петербургский университет на отделение общей словесности философского факультета. Именно в студенческие годы, под влиянием немецкой классической философии, французского утопического социализма, произведений Герцена и Белинского, сформировалось его мировоззрение. Чернышевский пришел к выводу, что России необходима революция. Впоследствии вся его жизнь и творчество были подчинены революционным идеалам.

С 1854 года Николай Гаврилович начал сотрудничать с журналом «Современник», где вел вначале рубрику критики и библиографии, а затем стал курировать политические, экономические и философские разделы. Благодаря усилиям Чернышевского журнал приобрел революционно-демократическую окраску, стал рупором критики крестьянской реформы 1861 года, что вызвало недовольство царских властей. В июне 1862 года последовал восьмимесячный запрет на издание журнала «Современник», а затем — арест Чернышевского. Поводом к аресту послужило адресованное Н.А. Серно-Соловьевичу письмо от Герцена и Огарева, в котором они предлагали издавать «Современник» в Лондоне.

До ареста Николаю Гавриловичу удалось приехать в британскую столицу и встретиться с Герценом. Тучкова-Огарева вспоминала: «Чернышевский был среднего роста; лицо его было некрасиво, черты неправильны, но выражение лица, эта особенная красота некрасивых, было замечательно, исполнено кроткой задумчивости, в которой светились самоотвержение и покорность судьбе. Он погладил ребенка по голове и проговорил тихо: «У меня тоже есть такие, но я почти никогда их не вижу»…» Герцен полагал, что Чернышевский не вполне откровенен с ним, и это обстоятельство мешало их полному сближению, хотя они оба понимали свою «обоюдную силу, обоюдное влияние на русское общество». Но насчет издания в Лондоне журнала «Современник» Герцен и Чернышевский очень быстро пришли к согласию. Николай Гаврилович пообещал, что будет высылать рукописи и деньги на бумагу и печать из России в Лондон, а «корректуру должны были держать Герцен и Огарев, потому что Чернецкий не мог взяться за поправки типографские по совершенному незнанию русского языка».

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});