Нина Ильина - Иоанн Богослов

Замечательные слова из послания к Лаодикийской церкви использовал Достоевский в не-пропущенной цензурой главе из романа «Бесы»:

«Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тепел, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: «я богат, я разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ, и слеп, и наг».

После того как Иоанн услышал послание к семи Церквам, он был восхищен на небо. Там он предстал перед престолом Бога. Господь Вседержитель держал в деснице Своей книгу, исписанную снаружи и внутри и запечатанную семью печатями. Одна из отличительных черт Апокалипсиса — сочетание глубокого символизма с точностью и достоверностью деталей. Так и описание книги совершенно реалистично.

В древности книги состояли из кусков пергамента, свернутых в трубку или навитых на круглую палку. Внутрь такого свитка продевался шнурок, который связывался снаружи и был прикреплен печатью. Иногда книга состояла из куска пергамента, который складывался в виде веера и был стянут поверх шнурком, припечатанным печатями на каждом сгибе или складе книги. В таком случае раскрытие одной печати давало возможность прочесть только часть книги.

По мнению святого Андрея Кесарийского, под книгой, виденной апостолом Иоанном, следует разуметь «премудрую Божью память», в которой вписаны все жившие и живущие, а также и глубину Божественных судеб. В этой книге были, следовательно, вписаны все таинственные определения премудрого Промысла Божия о спасении людей. Причем внутренняя часть закрыта от людского глаза, а внешняя может быть ими постигнута. Под книгой разумеются и пророчества, о которых Сам Христос сказал, что частью они исполнились в Евангелии:

«Надлежит исполниться всему, написанному о Мне в Законе Моисеевом и в пророках и в псалмах» (Лк., XXIV). А остальные пророчества должны исполниться в последние дни.

Но ни ангелы, ни люди, ни святые не могли открыть эту книгу. Иоанн повествует о том, как много он об этом плакал. Но один из небесных старцев утешил его: единственно Христос оказался достоин раскрыть книгу судеб Божиих, ибо Он, принесший Себя в жертву за грехи людей, Сам явился исполнителем определений Божиих о спасении человеческого рода.

Христос изображен в Апокалипсисе в виде «Агнца, как бы закланного, имеющего семь рогов и семь очей», которые символизируют соответственно Его крепость и всеведение Божие.

Далее повествуется о снятии Агнцем поочередно первых шести печатей. При снятии этих печатей в Апокалипсисе появляются знаменитые кони. Сначала — конь белый, символизирующий ангельский сонм. Затем конь рыжий — знак пролития христианской крови и сердечной ревности пострадавших за Христа. Третий конь — конь вороной со всадником, имевшим «мерило в руке своей», которое обозначает отпадение от Христа не имеющих твердой веры в Него и «плач об отпавших от веры во Христа по причине тяжести мучений». Четвертый — конь бледный со всадником, имя которому Смерть, означает проявление гнева Божия в отмщение за благочестивых и в наказание грешников — это различные бедствия последних времен, предсказанные Христом Спасителем.

Снятие пятой печати — молитва святых мучеников у престола Божия об ускорении кончины мира и наступлении Страшного суда. А снятие шестой печати символизирует те стихийные бедствия и ужасы, которые будут происходить на земле в последний период ее существования непосредственно перед кончиной мира, вторым пришествием Христовым и Страшным судом.

Когда же Агнец снял последнюю, седьмую печать, «сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса». Так бывает и в природе: наступлению бури часто предшествует глубокая тишина.

Это безмолвие на небесах означало сосредоточение благоговейного внимания предстоящих перед престолом Божиим Ангелов и человеков в ожидании страшных знамений гнева Божия перед кончиной века сего и явления Царства Христова.

И увидел Иоанн «семь Ангелов, которые стояли перед Богом; и дано им семь труб».

Раздаются трубные звуки одного за другим всех семи Ангелов, которые сопровождаются каждый раз великими бедствиями и казнями для земли и ее обитателей.

«Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела».

Под градом, падающим на землю, и «огнем, смешанным с кровью», многие толкователи понимали истребительную войну.

«И второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; третья часть моря сделалась кровью. И умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла».

Толкователи давали такую фантастическую разгадку этой картины: на дне одного из океанов откроется вулкан, и огненная его лава наполнит третью часть водных бассейнов земли, неся смерть всему живому. Другие полагали, что тут в аллегорической форме изображаются кровопролитные морские сражения с помощью новоизобретенных орудий убийств.

«И третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде Полынь; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки».

Это предсказание понимали так: упадет на землю метеор и произведет отравление водных источников, которые станут ядовитыми. После Чернобыльской катастрофы тут же вспомнили про «звезду Полынь», так ярко «легло» это странное пророчество на радиоактивное бедствие.

«Четвертый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звезд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была, так как и ночи».

Считалось, что это самое легкое предсказание, потому что оно говорит о небесных затмениях, которые всегда наводили ужас на людей.

Сами по себе они были безвредными, но своей загадочностью словно пророчили страшные беды.

По трубному голосу пятого Ангела с неба упала звезда и «дан был ей ключ от кладезя бездны. Она отворила кладезь бездны, и вышел дым из кладезя как дым из большой печи; и помрачилось солнце и воздух от дыма из кладезя. И из дыма вышла саранча на землю...»

Этой саранче, подобной скорпионам, велено было мучить людей, которые не имели на себе печати Божией, пять месяцев. Описание чудовищной саранчи, с головой, напоминающей голову человека, но с львиными зубами, наводит некоторых толкователей на мысль, что это не что иное, как аллегорическое изображение человеческих страстей.