Чувство. Тетради - Вацлав Нижинский

Красного Креста. Я сказал вслух, что Кира меня не любит, ибо она мне сказала. После нескольких секунд я сказал, что она ушла, а уйти значит меня не любить. Женщина почувствовала боль в душе и чуть не заплакала, но ум ей подсказал, что надо уговаривать Киру, чтобы она мне сказала, что она меня любит. Я ушел, а Кира в душе плакала. Я знаю, что она плакала, ибо я видел ее лицо искаженное. Я страдал. Я не хотел ее страданий. Я хотел ей дать понять, что я ее люблю. Я ей сказал после, что я ухожу, ибо она меня не любит. Я заметил, что на нее произвел впечатление. Мать ее испугалась, ибо думала, что я хочу ей плохого. Я сказал ей, что я имею право воспитывать моего ребенка. Мать почувствовала обиду, ибо думала, что я сказал нарочно для ее замечания. Я не сказал для замечания. Я ушел вниз и стал записывать мою цель. Позвонили по телефону, и я описал услышанное, ибо жена думала, что я ушел гулять. За завтраком я дал жене почувствовать, что я знаю, что она говорила с Д. Френкелем. Она мне соврала, ибо боялась меня. Я почувствовал, что сладкое блюдо полно лекарствами, а поэтому оставил его и попросил фрукты. Я знал, что в сладком было лекарство, ибо жена взяла очень мало. Я взял нарочно много для того, чтобы она думала, что я не знаю, но через несколько времени я показал жене, что я нюхаю, а мой нюх чувствует вещи нехорошие. Я оставил сладкое, показывая на него так, чтобы все могли понять, что сладкое нехорошее. Прислуга, пришедшая случайно, спросила меня, не видя, что я оттолкнул сладкое, «что хорошо». Я ответил «великолепное». Она почувствовала то, что я сказал, и увидела сладкое начатое и не конченное. Я не буду есть вещи с лекарствами, а таким образом они удивятся, что я знаю вещи, которые я не видел. Я буду не нюхать, а чувствовать. Я понюхал, ибо Бог того хотел…

Я оставил человека, которого Дягилев любил до меня.

Дягилев любил этого человека физически, поэтому ему было нужно, чтобы он его любил. Для того, чтобы он его любил, Дягилев его пристрастил к вещам искусства. Дягилев пристрастил Мясина к славе. Я не был пристращен к вещам и к славе, ибо этого не чувствовал. Дягилев заметил, что я человек скучный, а поэтому меня оставлял одного. Я один занимался онанизмом и бегал по девочкам. Девочки мне нравились. Дягилев думал, что я скучаю, но я не скучал. Я занимался танцами и сочинял балет один. Дягилев не любил меня, ибо я сочинял один балет. Он не хотел, чтобы я делал один вещи, которые ему не по нраву. Я не мог соглашаться с ним во взглядах на искусство. Я ему говорил одно, а он мне говорил другое. Я часто с ним ругался. Я запирался на ключ, ибо наши комнаты были рядом. Я не впускал никого. Я боялся его, ибо я знал, что вся практическая жизнь в его руках. Я не выходил из комнаты. Дягилев тоже оставался один. Дягилев скучал, ибо все видели нашу ссору. Дягилеву было неприятно видеть лица, спрашивающие, что такое с Нижинским. Дягилев любил показать, что Нижинский его ученик во всем. Я не хотел показывать, что соглашаюсь с ним, а поэтому часто ругался с ним при всех. Дягилев обращался за помощью к Стравинскому, это было в Лондоне в одном из отелей. Стравинский поддерживал Дягилева, ибо знал, что Дягилев бросит меня. Тогда я почувствовал ненависть к Стравинскому, ибо видел, что тот поддерживает неправду, и притворился, что побежден. Я человек был не злой. Стравинский думал, что я злой мальчишка. Я имел не больше 21 года. Я был молод, а поэтому ошибался. Мои ошибки я всегда хотел заглаживать, но, заметя, что меня все не любят, я стал притворяться злым. Я не любил Дягилева, а жил с ним. Я ненавидел Дягилева с первых дней с ним знакомства, ибо знал силу Дягилева. Я не любил силу Дягилева, потому что он ею злоупотреблял. Я был беден. Я зарабатывал 65 рублей в месяц. 65 рублей в месяц мне не были достаточны для прокормления моей матери и себя. Я нанимал квартирку с тремя комнатами, которые стоили 35–37 рублей в месяц. Я любил музыку. Я познакомился с Князем Львовым Павлом, который меня познакомил с Графом Польским. Я забыл его имя, ибо я хочу так. Я не хочу обижать всю фамилию, ибо я забыл маленькое его имя. Этот Граф купил мне пианино. Я не любил его. Я любил Князя Павла, а не Графа. Львов меня познакомил по телефону с Дягилевым, который меня позвал в отель Европейская гостиница, где он жил. Я ненавидел его за его голос слишком уверенный, но пошел искать счастья. Я нашел там счастье, ибо я его сейчас полюбил. Я дрожал как осиновый лист. Я ненавидел его, но притворился, ибо знал, что моя мать и я умрем с голоду. Я понял Дягилева с первой минуты, а поэтому притворялся, что я согласен на все его взгляды. Я понял, что жить надо, а поэтому мне было все равно, на какую идти жертву. Я работал много над танцами, а поэтому себя чувствовал всегда уставшим. Но я притворялся, что я весел и не устал, для того, чтобы Дягилев не скучал. Я знаю, что Дягилев чувствовал, но Дягилев любил мальчиков, а поэтому ему было трудно меня понять. Я не хочу, чтобы люди думали, что Дягилев злодей и что его надо посадить в тюрьму. Я буду плакать, если ему сделают больно. Я его не люблю, но он есть человек. Я люблю всех людей, а поэтому не хочу им причинять боль. Я знаю, что все ужаснутся прочитав эти строки, но я хочу их напечатать во время моей жизни, потому что знаю их действие. Я хочу произвести впечатление живое, а поэтому пишу мою жизнь в жизни. Я не хочу, чтобы читали мою жизнь после смерти. Я не боюсь смерти. Я боюсь нападок. Я боюсь зла. Я боюсь, чтобы люди скверно не поняли меня. Я не хочу зла Дягилеву. Я умоляю всех, чтобы его оставили в покое. Я его люблю одинаково со всеми. Я не Бог. Я не могу судить людей. Бог будет его судить, а не права. Я против всех прав. Я не Наполеон.