Александр Редигер - История моей жизни

(стр. 117) * Сверх того, я еще надеялся, что Игнатьев мне испросит добавочное содержание.

(стр. 118) * Помню такой случай. Вечером, в виде исключения, составилась карточная партия у Ф. Ф. Грязнова (старшего адъютанта штаба), жившего на одном дворе со мною. Во время партии меня раза три отзывали к телефону - Игнатьеву нужны были какие-то пустяки. С досады я выключил до утра телефон. Утром оказалось, что Игнатьев еще вызывал меня. Я жил с семьей в небольшом особнячке, а прочие чины штаба - через двор, в большом бараке; тут же помещалась Гвардейская жандармская команда (впоследствии - эскадрон).

(стр. 119) * Курьезно было основание для определения размера прибавки. Мои предшественники получали столовые начальника штаба дивизии - 1824 рубля в год; я получал лишь штатный оклад в 546 рублей; мне дали столько добавочных, чтобы они, вместе с окладом в 750 рублей за профессуру, довели мои столовые до 1824 рублей. Между тем, все офицеры Генерального штаба давали уроки в училищах и никто не учитывал и не клал им в оклад денег, которые они этим путем зарабатывали.

Глава третья

(стр. 121) * Я говорил об этом Пузыревскому, а Пузыревский и Сухомлинов были женаты на родных сестрах, баронессах Корф.

** Временно был и. д. начальника штаба, так как Игнатьев после лагеря уехал в отпуск.

*** Так в тексте (Сост.).

(стр. 122) * Отель "У принцессы Элизабет" (нем.) (Сост.).

** До востребования (фр.) (Сост.).

(стр. 123) * Можно было ехать по железной дороге до Оршовы или Турко-Северина, но там пришлось бы ждать, неизвестно сколько времени, прихода того же парохода. Сесть на пароход уже в Пеште было проще и вернее.

** В Болгарии еще охотно считали на рубли, причем серебряный рубль приравнивался к трем с половиной болгарским левам (франкам).

*** Каульбарс его знал по службе в 14-м уланском Ямбургском полку, так как он командовал 1-й бригадой 14-й кавалерийской дивизии.

(стр. 125) * Одним из первых военных министров в Болгарии был генерал Паренсов. Князь собрался ехать в Петербург и перед тем заехал к мадам Паренсовой, с которой беседовал о том, как он на лето уедет из душной Софии в горы, в Рыльский монастырь, кого он туда пригласит и проч. По приезду же в Петербург он попросил убрать Паренсова, обвинив его в чрезмерном либерализме. Столь же любезен он был и с Каравеловым{42}перед его увольнением.

(стр. 128) * Впоследствии начальник Канцелярии Министерства двора и уделов.

** Когда мне представлялись чины Министерства, он не явился в Министерство. Я зашел к нему на квартиру и сказал, что пришел проведать, узнав о его болезни.

*** Впоследствии профессор и редактор "Русского Инвалида".

(стр. 129) * Впоследствии он неудачно командовал л.-гв. Гренадерским полком.

(стр. 131) * Обошлись они мне всего в 400 рублей ввиду закупки и доставки вместе с целым табуном других; рост их был маловат для моего ландо.

(стр. 132) * Каульбарс сам ведал инспекторской частью.

** П иск (болг.) - денежное требование.

(стр. 134) * Дипломатический курьер (фр.) (Сост.).

(стр. 137) * Отобранный у меня 1 марта 1917 года.

(стр. 138) * По почетному рапорту, в бригаде 24 июня 1883 года было налицо 64 офицера и 2601 нижний чин.

(стр. 140) * Русскому, введенному в болгарских войсках.

** При мне было только одно заседание этого суда, в котором я докладывал суду дела, применяя свою скудную юриспруденцию.

(стр. 141) * Впоследствии - знаменитый адмирал.

(стр. 142) * Болгарский князь был еще вассалом Турции, а потому в Софии были только генеральные консулы, в том числе и турецкий.

(стр. 143) * В городе ходили слухи, будто имелось в виду арестовать князя и отвезти в Россию. Много позже я узнал, что слухи имели известное основание: 29 марта 1885 года я в Петербурге на улице встретил Теохарова, бывшего при мне министром (помнится - народного просвещения), и он мне рассказал, что в августе 1883 года на его квартире был составлен план - выгнать Князя; заговор этот выдал князю Цанков; затем, Логгинов составил для защиты князя дружину из преданных ему офицеров. Кто участвовал в заговоре - я не знаю.

Теохаров, по происхождению болгарин, воспитывался и служил до того в России; в 1885 году он вернулся в Россию и был назначен членом Тифлисской судебной палаты.

(стр. 145) * Шикана - придирка, притеснение, бред (Сост.).

(стр. 147) * Отозвание из Софии генерал-адъютанта Лесового и флигель-адьютанта Полякова имело неприятные последствия для прочих чинов свиты князя: он их призвал к себе и объявил, что вынужден уволить их всех из своей свиты, дабы не подвергаться повторению такого афронта в случае, если бы и их вздумали отозвать. Они были уволены из свиты и примирились бы с этим, но Ионин им дал понять, что они обязаны обидеться и подать в отставку, что они и сделали.

(стр. 148) * Любопытная картинка. 6 декабря, по случаю Царского дня, многие русские поздравляли Ионина, который угостил шампанским и завтраком la fourchette. После того некоторые из гостей зашли в нижний этаж дома к секретарям, где опять подали вино. В числе пришедших был и Л.: он любил пить, но выносил мало, а потому скоро был готов и стал говорить сальности. Я встал, чтобы уйти; он тоже собрался, но затем попросил узнать, дома ли Каульбарс? Оказалось, что нет. "Тогда он, вероятно, у моей жены, - сказал Л., - я тогда еще посижу". Чета Л., не имевшая детей, в следующем году была осчастливлена рождением сына.

** За все это время я, кажется, только раз встретил князя; наши экипажи встретились в узкой улице, я отдал честь и он ответил тем же.

(стр. 149) * Обе кормилицы, оставшиеся у нас в качестве горничных, не пожелали вернуться в Россию, а остались в Софии.

(стр. 150) * Например, отозвание, в обидной для него форме, Лесового и Ползикова; домогательство о восстановлении меня в должности и долгое оставление меня в Софии; обьезд войск флигель-адьютанта Каульбарса и проч.

(стр. 151) * Об этих сватовствах я слышал от его бывшего лейб-медика Гримма.

(стр. 152) * Этот сорт ковров назывался, кажется, "Кескелим".

(стр. 153) * Они, помнится, имели звание "гвардионов"!

(стр. 156) * Впоследствии помощник командующего войсками Туркестанского военного округа.

Глава четвертая

(стр. 158) * О том же он говорил мне вновь в марте 1888 года, а между тем Арнольди пробыл на этой должности еще более двадцати лет, до 1905 года.

(стр. 160) * Конференция Академии чествовала его прощальным обедом, как всегда у Данона, 25 февраля. Я был назначен профессором на его место 24 октября.

(стр. 161) * В том, какое значение имеют при таких исследованиях статистические цифры, мне вскоре пришлось убедиться. Сравнивая между собою льготы по семейному положению, даваемые по уставам о воинской повинности, действовавших в разных государствах, в них замечались различия, которые, однако, казались не особенно существенными; между тем, статистика показала, что этими льготами пользовались у нас свыше 50 процентов призывных, а в Германии - лишь 2 процента.