Илларион Попов - Батальоны идут на запад

С опушки леса, куда выходил полк, Котельва была хорошо видна. Большое, широко разбросанное село, все в яблоневых и вишневых садах. А над буйной зеленью садов, над соломенными крышами, верхушками телефонных столбов и шестами скворечников плыли клубы дыма. Кружились над селом десятки "юнкерсов", бомбили северную его часть. В заречной половине села - тишина.

Мы вчетвером - Гридюшко, Сологуб, Аветисов и я - тщательно рассмотрели Котельву в бинокли и пришли к выводу, что село вряд ли полностью очищено от противника. Скорее всего, он еще удерживает его южную часть. Что ж, надо подождать донесения от Ололенко. Но вот и оно. Ололенко докладывал, что рота вышла к Котельве с юго-востока. Фашисты ведут с окраины сильный пулеметный и минометный огонь. В садах, в засадах - танки. В северной части села и в центре идет уличный бой. Надо было готовиться к штурму Котельвы.

Но утром 27 августа приехал офицер связи, вручил мне приказ: полк выводится в резерв командующего 4-й гвардейской армией{9}. Почему именно один наш полк из всей дивизии? Об этом мы могли только догадываться: полк еще не втянулся в бой за Котельву и расположился сейчас как раз на стыке флангов 20-го и 21-го гвардейских корпусов, следовательно, обеспечивал этот стык.

Указанный нам командармом район находился невдалеке. Я направил туда рекогносцировочные группы, однако они были обстреляны противником и не смогли выполнить задачу. Пришлось выделять от каждого батальона до роты для очистки района от противника. Спустя 3-4 часа лес был полностью очищен. Полк расположился на площади в 5-6 квадратных километров, бойцы сразу же приступили первоочередным инженерным работам - начали рыть щели для укрытия от авиации врага.

Оказавшись в резерве, подразделения стали приводить в порядок оружие и технику, пополнялись боеприпасами, одновременно готовились к большому торжеству - получению боевого гвардейского Красного знамени. Вручил его заместитель командующего армией генерал Г. Ф. Тарасов. Приняв из его рук алое полотнище с портретом В. И. Ленина, я от имени полка дал клятву с достоинством и честью пронести это Знамя над полями сражений с немецко-фашистскими захватчиками. Клятву повторили все воины полка. Затем я передал Знамя взводу автоматчиков из роты Ололенко. Во главе со своим командиром и со знаменосцем старшим сержантом А. И. Швецом взвод, печатая шаг, пронес Знамя перед строем полка. Генерал Тарасов поздравил нас с этим торжественным событием, а затем вручил отличившимся правительственные награды. За семь дней ожесточенного встречного боя с танковой группировкой противника в полку были награждены орденами и медалями 96 солдат, сержантов и офицеров. Георгий Федорович Тарасов поздравил и меня с награждением орденом Суворова III степени. Скажу откровенно: очень мне было приятно получить орден с чеканным портретом великого полководца. Эта награда говорила о том, что командование высоко оценило действия полка на пути к Котельве.

От Котельвы до Опошни

4 сентября полк вывели из резерва командарма и вернули в нашу родную 5-ю дивизию. А практически мы остались в том же районе, который заняли еще 27 августа - в 1,5-2 километрах юго-восточнее Котельвы.

5 сентября на окраине этого села батальоны Мыльникова и Чистякова вошли в соприкосновение с противником. Бои носили местный характер - мы выбивали фашистов из отдельных домов, улучшали позиции в предвидении скорого наступления. Южнее Котельвы, прикрывая левый фланг полка, дрался то за высотку с хорошим обзором, то за рощицу, обеспечивающую скрытые подъезды к переднему краю, батальон Грязнова. К сожалению, бои местного значения также не обходятся без потерь. В одной такой схватке был смертельно ранен любимец полка парторг 9-й роты старший сержант Николай Филиппович Воронов. В полковых документах, хранящихся ныне в архиве, есть запись: "5 сентября 1943 года в 15 часов похоронен под Котельвой скончавшийся от ран герой Воронов. Когда его тело опускали в могилу, 3-й батальон дал залп по врагу из всех видов оружия - салют в честь и память героя"{10}. Этой чести удостаивались у нас храбрейшие из храбрых. Дальневосточник Николай Филиппович Воронов был именно таким: отважным до дерзости, умным, находчивым...

8 сентября командир дивизии полковник Калинин отдал приказ: 1-му гвардейскому воздушно-десантному полку 9 сентября утром перейти в наступление, выбить гитлеровцев с южной окраины Котельвы, затем совместно с частями, ведущими бой в северной ее части, полностью овладеть селом.

Начальник штаба полка майор Аветисов, связавшись с соседями, выяснил, что они ведут напряженнейшие уличные бои. Противник подбросил к Котельве части еще двух танковых дивизий: 7-й и "Мертвая голова".

Аветисов организовал разведывательный поиск силами взводов пешей и конной разведки, поддержанных ротой автоматчиков. Разведчики обнаружили у противника сеть траншей полного профиля, минные поля, проволочные заграждения, пулеметные огневые точки и орудия, поставленные на прямую наводку, танковые засады. С юга село было хорошо укреплено, оборона врага насыщена огневыми средствами.

Провели мы и командирскую рекогносцировку местности. С нашего переднего края видна была зеленая березовая роща, что южнее Котельвы. В роще - старое кладбище. Я подумал, что противник, несомненно, сгруппирует здесь какие-то силы. Основываясь на фронтовом опыте, я примерно так представлял себе ход мыслей фашистского командования: русские, чтобы полностью овладеть Котельвой, попытаются ударить через южную окраину; когда они втянутся в село, мы в свою очередь ударим по ним с фланга, из района кладбища.

Рассуждая за противника, я для себя заметил: району кладбища - главное внимание. План наступления, составленный нами с учетом данных, полученных из штаба дивизии, был такой: боевой порядок полка строится в один эшелон; правофланговый батальон Чистякова и батальон Мыльникова в центре нацелены на южную часть Котельвы, левофланговый батальон Грязнова - на рощу и кладбище. Отдельную задачу получила 2-я рота автоматчиков младшего лейтенанта Ололенко: наступая вдоль южной окраины Котельвы, пробиться к дороге, идущей из Котельвы на юг, на деревню Любки и далее на большое село Опошню. Надо было по возможности перехватывать дороги, чтобы лишить противника его главного козыря в борьбе с нами - маневренности. Напомню, что и здесь, под Котельвой, основу вражеской обороны составляли танковые и моторизованные части 48-го танкового корпуса.

За день до наступления артиллерийские разведчики, вернувшиеся с окраины Котельвы, привели с собой мальчика. Он назвался Колей, фамилия - Чернорук. Командиру батареи 45-миллиметровых противотанковых пушек старшему лейтенанту И. В. Губину Коля сказал, что высмотрел позиции фашистских пушек и пулеметов. Иван Васильевич воспользовался помощью смышленого мальчика, указанные им цели были засечены.