Сергей Горшков - На южном приморском фланге (осень 1941 г. — весна 1944 г.)

К сожалению, к выполнению данного указания Генерального штаба не все военные руководители отнеслись [100] с должной ответственностью. Подтверждением служит тот факт, что в ходе весенне-летней кампании 1942 г. противнику удалось захватить на южном фланге советско-германского фронта ряд крупных городов (в том числе и Керчь) без значительных потерь. Видимо, временное владение стратегической инициативой зимой 1942 г. вызвало у некоторых военачальников необоснованную уверенность в безопасности своих тылов. Это, пожалуй, относится и к командованию Крымского фронта, особенно после успешно проведенной Керченско-Феодосийской операции. Правда, следует отметить, что в отдельных случаях для организации прочной обороны не было ни времени, ни сил.

В конце ноября 1941 г. с началом ледостава в северной части Азовского моря и в устьях впадающих в него рек боевая деятельность флотилии приняла своеобразный характер. В первых числах января 1942 г. лед начал «блокировать» наши корабли и в южных портах. Но ледостав не только не уменьшил напряженность боевой обстановки, а даже привел к ее обострению в восточной части моря, прежде всего в Таганрогском заливе. Установившийся прочный ледовый покров позволял вести боевые действия в условиях, аналогичных полевым, но с той лишь разницей, что на льду не было каких-либо естественных укрытий. Командованию флотилии пришлось вырабатывать формы и способы ведения активных действий в зимних условиях и в то же время срочно совершенствовать систему обороны побережья, создавая, образно говоря, «сухопутную оборону на морском направлении». Следовало организовать боевые действия таким образом, чтобы держать противника в постоянном напряжении, заставляя его расходовать силы на оборону занятого им побережья.

Северная граница операционной зоны флотилии в конце 1941 г. проходила по реке Миус. На этот рубеж наши войска вышли ко 2 декабря в результате контрнаступления, ознаменовавшегося 29 ноября освобождением Ростова-на-Дону. Победа войск Южного фронта под командованием генерал-полковника Я. Т. Черевиченко и продолжавшаяся героическая оборона Севастополя помешали противнику прорваться на Кавказ в 1941 г. Планом зимней кампании 1941/42 г., разработанным штабом флотилии, предусматривалось оказать сухопутным войскам поддержку на приморских флангах и во взаимодействии с ними оборонять морское побережье, не допуская проникновения [101] туда противника морем и по льду; силами диверсионных и разведывательных отрядов, авиации, а где возможно, и артиллерии уничтожать живую силу и боевую технику в прифронтовой полосе и в тылу, оттягивая силы неприятеля с других направлений.[65]

Наиболее целесообразной формой боевых действий в зимних условиях Военный совет флотилии признал систематические рейды диверсионных отрядов и групп, совершаемые морем и по льду, в порты и населенные пункты, захваченные противником на северном побережье. В них участвовали в основном моряки-добровольцы с кораблей, из подразделений морской пехоты и воины 56-й армии. Совершались рейды, как правило, ночью. Дерзкие и стремительные вылазки по льду в тыл врага, где основным оружием служили автомат и граната, а в рукопашной схватке — нож, являлись яркими свидетельствами личной храбрости каждого, кому было поручено это опасное дело. Участие в рейдах помогало вырабатывать выносливость, воспитывало мужество и отвагу. У личного состава формировалось убеждение, что противника не только нужно, но и можно побеждать, для этого надо действовать смело, дерзко, тактически грамотно.

Чтобы извлечь из каждой вылазки во вражеский тыл полезный опыт, поднять боевой дух моряков и бойцов, Военный совет флотилии установил непреложное правило: возвращавшихся после выполнения задания непременно встречал командующий флотилией или начальник штаба, сразу же после доклада производился разбор их действий, выяснялись детали, которые следовало учесть в следующих рейдах, отмечалось все положительное и анализировались причины ошибок.[66]

Хорошим подарком к 24-й годовщине нашей армии и флота стал рейд, совершенный в ночь на 23 февраля 1942 г. по льду в тыл врага в районе северного побережья Таганрогского залива (коса Кривая — Сухая балка). В нем участвовали почти 400 морских пехотинцев, командиров и красноармейцев 56-й армии. Их успех был отмечен в сообщении Советского Информбюро. Отряд, потеряв только одного человека, уничтожил свыше 160 вражеских солдат и офицеров, разгромил штаб батальона, уничтожил радиостанцию, несколько артиллерийских [102] и минометных батарей, пулеметных точек, вскрыл систему обороны противника, захватил пленных.[67]

Успеху рейдов способствовала серьезная подготовительная работа, проводимая совместно с командованием, штабами и политорганами флотилии и 56-й армии. В первую очередь отрабатывалась слаженность действий всех подразделений, принимавших участие в таких операциях. Для этого составлялись плановые таблицы выполнения поставленных задач, разрабатывались другие боевые документы, проводились тренировки личного состава по преодолению торосистых льдов, применению приемов маскировки ведению боя в ночных условиях. Предварительную ледовую разведку вели гидрографы флотилии, совершившие в общей сложности более 250 выходов на лед.[68]

Всего зимой 1941/42 г. было осуществлено свыше 80 рейдов диверсионных и разведывательных отрядов. Активно действовали в этот период также авиация и береговая артиллерия флотилии. 9-я и 87-я эскадрильи, несмотря на малочисленность состава, совершили около тысячи самолето-вылетов для отражения воздушных налетов противника, нанесения ударов по живой силе и боевой технике. За это время они уничтожили и повредили около 40 вражеских самолетов, 570 автомашин, значительное количество другой боевой техники, вывели из строя более тысячи солдат и офицеров.[69]

Существенную роль в обороне восточного побережья Азовского моря играла береговая артиллерия флотилии: стационарные батареи 130-мм орудий в Приморско-Ахтарской, на Очаковской косе и 100-мм орудий в Ейске, 40-й отдельный артиллерийский дивизион со 122-мм и 76-мм полевыми орудиями на механической и конной тяге и 124-й отдельный зенитный артдивизион 76-мм пушек.[70] Особенно выгодной оказалась позиция стационарной батареи № 661, расположенной на косе Очаковской. Она вела эффективный огонь по силам противника и портовым сооружениям, находившимся на восточном побережье Таганрогского залива. [103]

Артиллерия береговой обороны и кораблей, а также прибывших в начале января в Ейск и Азов бронепоездов № 6 и 10 являлась важным элементом системы ободрены, созданной флотилией на побережье от Темрюка до Азова. Военный совет флотилии постоянно уделял внимание укреплению береговой обороны. В частности, была организована система дозоров, которые высылались на удаление 8–10 км от своего берега. На льду было установлено свыше 3,5 тыс. противотанковых мин, 300 морских мин выставлено в противотанковые проруби, общая длина которых достигала 25 км.[71]