Альберт Пинкевич - Песталоцци

Что природа кладет в основу всех раздражений чувств и чувственных потребностей, из чего она сама исходит, как из центрального пункта в развитии чувств, — это не что иное как стремление самого ребенка к деятельности. Его рука хватается за все; он тянет все в рот. Его ноги в непрестанном движении. Он играет сам с собой. Он играет со всем. Он бросает все прочь, также как он за все хватается. В этом неугасимом стремлении к движению, в этой игре ребенка со своим собственным телом природа сама дает истинный исходный пункт для телесного воспитания, дает нить для чистого, элементарного, законченного выполнения последнего».

Активизм в педагогике Песталоцци непосредственно вытекает из его философских взглядов, стоит только вспомнить уже цитированное место относительно значения среды для формирования человека и значения собственной воли человека в изменении этой среды. Как в обучении Песталоцци находит определенные элементы, с которых нужно начинать, так и в области физического, технического, эстетического. нравственного, религиозного воспитания он стремится найти такие же элементы. Он даже создал целую «азбуку умений» или «азбуку труда», которая должна служить основой для физического и технического воспитания. В двенадцатом письме работы «Как Гертруда учит своих детей» он пишет:

«Воспитание физических навыков, которое государство должно было и легко могло бы дать народу, как подготовку к существенным знаниям, опирается, как и всякое воспитание, в его глубочайшем существе (механизме), на азбуку умений, т. е. на общие правила умений (искусств). следуя которым, дети могли бы развиваться благодаря последовательным упражнениям, постепенно переходящим от очень простых навыков к высоко развитым умениям… Следует исходить из простейших проявлений физических сил. являющихся основой самых сложных учений и навыков. Бить, нести, бросать, толкать, тянуть, вращать, бороться. махать и т. п. — все это великолепные и простые проявления наших физических сил. Существенно различаясь между собою, они заключают в себе, все сообща и каждое я отдельности, основы всевозможных. даже самых сложных навыков, на которых основываются человеческие, профессии. Отсюда ясно что азбука умений должна начинаться ранними, но расположенными в психологической последовательности упражнениями в тех навыках вообще и в каждом отдельном в особенности».

Интересные мысли в связи с этим высказывает Песталоцци о трудовой гимнастике.

«Гимнастика детей должна иметь исходным пунктом те отдельные движения тела, которые будут нужны для того вида труда, которым дети в будущем будут заняты и требованиям которого они должны подчиняться. В этих замечаниях Песталоцци для нас слышится нечто знакомое. Это напоминает «трудовую» физкультуру с одной стороны а с другой — здесь есть нечто от методики Центрального института труда (ЦИТ)

Такие же «элементы», с которых нужно начать воспитание. он находит и в нравственном воспитании В числе этих элементов он называет те отношения, которые создаются между матерью и детьми. Совершенствуя эти элементы. можно поднять человека до большой нравственной высоты Другой источник элементов нравственности, это нравственность действий Нравственным человек делается, по Песталоцци, именно в процессе действия. Впрочем об этом нами было сказано раньше.

Неоднократно возвращается Песталоцци я к тем мыслям, которые, как мы видели, он высказывал еще в дневнике, посвященном воспитанию сына, а именно он требует непрерывности развития, его постепенности. Точно также он подчеркивает лозунг законченности в процессе воспитания, ибо законченность, хотя бы в малом деле, имеет огромное воспитательное значение, «законченность в малом ведет к совершенству в большом».

Таковы некоторые мысля Песталоцци, взятые нами в очень беглой форме из огромного количества его педагогических работ. Песталоцци не принадлежал к авторам, которые скупы на слова. Он часто повторяется, возвращается к одной и той же мысли неоднократно, пишет несколько статей на одну и ту же тему. Поэтому не всегда легко в сжатой и стройной форме передать его взгляды. Он сам их никогда не сумел построить достаточно стройно и даже сам жалуется на то, что он не умеет выражать того, что он хочет. Он в этом сам неоднократно признается. Одна из глав «Как Гертруда учит своих детей» и начинается с подобного признания: «Друг, ты видишь по крайней мере старание, которое я прилагаю в тому, чтобы уяснить теорию своего дела. Поставь мне это в некоторого рода оправдание, если чувствуешь, что мои намерения мало удались! Для философствования в истинном смысле этого слова я погиб уже с двадцатого года своей жизни».

Неудивительно поэтому, что Песталоцци толковали вкривь и вкось, беря от него то. что казалось наиболее приемлемым в тот или другой момент для того или другого писателя-педагога. А так как его до сих пор читали и популяризировали только педагоги буржуазные, то многое наиболее ценное было замолчано. Мы хотели бы лишь в заключение очерка о его теоретических работах бургдорфского периода отметить. что и его теория обучения также исходит из той же классовой установки, как и все остальные его выступления. Он и здесь продолжает быть верным себе, он и здесь хочет создать такую систему, которая была бы полезна бедному трудящемуся народу. Не его вина, а его беда, что практически он создал не школу для бедных, но школу для буржуазии, и не его вина в том, что десятки лет после его смерти его наследие изучалось и использовалось в первую очередь буржуазией. У него, как у народника-демократа, имеется немало ценного и для нашего времени.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ПЕСТАЛОЦЦИ — РУКОВОДИТЕЛЬ ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА

(1809–1825)

«Нет, мое учреждение, возникшее в Бургдорфе из хаоса, в Ифертене обратившееся в нечто бесформенное, чему нет имени, — не цель моей жизни. Нет, нет!»

Осенью 1800 г. произошло соединение школ Крюзи и Песталоцци, и таким образов был учрежден Педагогический институт, во главе которого стал Песталоцци. В результате объединения школ Крюзи и Песталоцци получилась не только большая объединенная школа, но и довольно сложный комплекс различных педагогических учреждений. Кроме школ имелся и специальный семинарий для педагогов, в котором могли принимать участие учителя в целях усовершенствования своей квалификации.

24 октября 1800 г. Песталоцци выпустил специальное объявление, кратко характеризующее задачи и условия приема в семинарий. В нем говорилось:

«Так как моя попытка упростить начала школьного обучения и обучать легче и вернее детей чтению, письму и счету достигла такой зрелости, когда различные друзья человечества желают широкого распространения моего метода, — я решил отныне открыть специальный семинарий для учителей.