Силия Ли - Черчилль. Династия на вершине мира

Он писал матери об еще одном посещении своего отца:

Я повел папу на прогулку в воскресенье [11 июня], мы попили чаю, и отец пошел в часовню, и я думаю, ему понравилась проповедь Уэлдона. Он сказал Уэлдону, что Уинстон очень усердно занимался и, по его мнению, должен пройти экзамены[210].

Тем летом Рэндольф и Дженни отправились вместе на отдых на оздоровительный курорт поблизости Гастейна. Их навестил князь Бисмарк и с удовольствием побеседовал с ними, на английском языке, об оздоровительных курортах, о некоторых текущих зарубежных новостях и о том, как такая великая страна, как Британия, может находиться под управлением такого непокорного человека, как Глэдстоун.

Перед отъездом на курорт Рэндольф организовал для своих сыновей шестинедельную поездку в Европу. Он попросил молодого преподавателя из Итона, г-на Дж. Литтла, путешествовать вместе с Уинстоном и Джеком, и 2 августа они отправились в Швейцарию[211]. В Швейцарии было много возможностей для пеших прогулок, а также для совершенствования юношами своих языковых знаний. Г-н Литтл поранил ногу на первой неделе путешествия, и часть времени мальчики были предоставлены самим себе.

В пятницу 4 августа[212] произошел чрезвычайно удивительный случай, о котором Уинстон рассказывал в книге «Мои ранние годы»[213]. Он писал о том, как отправился кататься на лодке по озеру вместе с другим мальчиком из Шотландии. Они выбрались из лодки, чтобы поплавать, и вскоре попали в трудную ситуацию: легкий ветерок начал относить лодку в сторону от них. Пока второй, младший мальчик отчаянно боролся, чтобы не утонуть, Уинстон, будучи сильным пловцом, энергично подплыл к лодке, поймал ее, привел на место и спас тому мальчику жизнь. Этот случай держался в совершенном секрете до выхода в 1930 году книги «Мои ранние годы». От Перегрина Черчилля мы узнали, что «другим мальчиком» был Джек.

В начале каникул в августе Уинстон получил результаты экзаменов и узнал, что он все-таки прошел в Сэндхерст с третьей попытки. Однако ему не удалось претендовать на пехотные войска, и его определили в менее трудную категорию – кавалерию. Уинстон и г-н Литтл оба писали Рэндольфу из Швейцарии об этой новости.

Лорд Рэндольф был недоволен. 5 августа он писал вдовствующей герцогине:

Я не могу быть высокого мнения о [результатах] Уинстона. Он не дотянул до последнего места в пехоте на 18 баллов, что говорит о большой небрежности в работе на самом экзамене. Он получил только на 200 баллов больше, чем в прошлый раз, и даже, мне кажется, не полных 200. Он взял и посадил себя в кавалерию, которая всегда посредственна на экзаменах, и что будет стоить мне на 200 фунтов стерлингов [960 долларов] больше в год… В конечном итоге он попал в армию, и это результат, которого не смог достичь ни один из его кузенов.

Гневная реакция Рэндольфа в письме от 9 августа на письмо Уинстона от 6 августа, в котором тот повторял своему отцу о своих экзаменационных успехах, указывает на горькое разочарование больного отца, чувствующего себя обманутым плохими результатами сына и его поступлением только во второразрядное отделение военной службы:

Я несколько удивлен твоим ликованием по поводу включения в списки Сэндхерста. Победы на экзаменах можно достичь только двумя способами, первый способ – с похвальными результатами, а второй – противоположный этому. К сожалению, ты избрал второй способ, и, по-видимому, очень доволен своими успехами[214].

Рэндольф впервые обращался с Уинстоном как мужчина с мужчиной, и это привело к желаемому результату. В Сэндхерсте Уинстон проявил себя хорошо.

По возвращении из Швейцарии 29 августа Уинстона ждало письмо от начальника секретариата министерства СВ из Королевского военного училища Сэндхерст, в котором ему все-таки предлагалось место в пехотном классе, потому что некоторые кандидаты, хотя и сдали экзамены, не смогли начать там свое обучение. Уинстон послал отцу телеграмму и письмо 30 августа, сообщая ему хорошие новости. В октябре того года Рэндольф обратился к герцогу Кембриджскому, в прошлом главнокомандующему британской армии, с просьбой заручиться для Уинстона местом в элитном 60-м стрелковом полку, почетным командиром которого являлся герцог[215].

Глава 7

Будущее для мальчиков

1893–1894

В 1893 году Глэдстоун все еще находился во главе либерального правительства. Его проект закона о гомруле должен был пройти в сентябре третье обсуждение в Палате общин. Лорд Розбери (Арчибальд Примроуз, 5-й граф Розбери), подающий надежды политик-либерал, несмотря на давнюю дружбу с лордом Рэндольфом Черчиллем, поддержал Глэдстоуна в вопросе о гомруле и помог ему успешно провести билль в Палате общин. В марте 1894 года Розбери заменил Глэдстоуна на посту премьер-министра. Стремительно ухудшающееся в том году здоровье лорда Рэндольфа неуклонно снижало его вовлеченность в политическую жизнь Палаты общин.

Рассмотрение в третьем чтении проекта закона о гомруле, предложенного Глэдстоуном, состоялось в Палате общин 1 сентября 1893 года, и законопроект был принят с перевесом в 34 голоса. Затем он был передан на одобрение в Палату лордов, где 8 сентября потерпел сильное поражение со следующими результатами: 419 голосов против и 41 голос за. Многие речи лорда Рэндольфа, направленные против гомруля, очевидно способствовали краху этого проекта, и он опять стал любимцем в рядах своей партии.

Уинстон должен был прибыть в Сэндхерст 1 сентября 1893 года, чтобы начать занятия в пехотном классе Королевского военного училища. Свои первые детские впечатления о войне он получил, изучая огромные настенные гобелены, которыми были увешаны стены Бленхеймского дворца, с изображением несущихся в атаку кавалеристов. Ему очень нравилась верховая езда, и в душе он предпочитал кавалерийский класс, который, будучи на 200 фунтов / 960 долларов в год дороже, чем пехотный класс (значительная сумма в те дни), считался его отцом слишком дорогостоящим. Однако Уинстон должным образом написал своему отцу о том, что пойдет в 60-й стрелковый полк, что было заветной мечтой Рэндольфа. Он написал отцу длинное и просительное, хотя и тщательно аргументированное письмо, подробно объясняя предстоящие расходы в Сэндхерсте, обращаясь с просьбой о ежеквартальном пособии и обещая давать отчет по всем своим расходам.

Уинстон прибыл в Сэндхерст в должное время, и Рэндольфу было приятно видеть зрелость сына по тону его писем, в которых прослеживалось обещание придерживаться принципов выбранной им профессии. В своих письмах этот мужающий юноша говорил об отсутствии удобств и строгой дисциплине, а также об интересе к строевому обучению и военным дисциплинам, которые он изучал, и что он надеялся совершенствовать себя умственно, морально и физически. Рэндольф послал ему в ответ теплое письмо и определил ему месячное пособие в 10 фунтов стерлингов / 48 долларов, что Уинстон признал вполне достаточным. Он держал отца полностью в курсе своего каждодневного расписания и изучаемых предметов. Однако Уинстон также обращался с частыми просьбами к родителям за письменным разрешением, обеспечивающим ему полную свободу действий в выходные дни. Рэндольф был крайне раздражен тем, что Уинстон отправлялся в Лондон вместо того, чтобы уделять больше времени дополнительным занятиям, гарантирующим ему будущий успех.