Виктор Петелин - Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 1. 1905–1941 гг.

Ознакомительный фрагмент

…Жизнь по-своему распорядилась судьбой Шолохова. Но ведь писатель – тоже учитель…

Наша воскресная страница

У НАС В ГОСТЯХ «СЕЛЬСКАЯ НОВЬ»

Учеба в Богучарской гимназии наложила большой отпечаток на всю дальнейшую жизнь М.А. Шолохова. Здесь он впервые основательно познакомился с классическим наследием русской литературы, проникся любовью к родному языку.

Богучарцы бережно хранят в своей памяти воспоминания о Шолохове-гимназисте, целеустремленном и любознательном. Поговорите с местными жителями, послушайте их высказывания, и перед вами предстанет облик пылкого, впечатлительного, иногда озорного юноши, который неизменно стремился к добру и справедливости, отличался мягким характером, отзывчивым сердцем.

Богучарский период жизни писателя недостаточно освещен в печати. Поэтому нам особенно дороги воспоминания однокашников М.А. Шолохова, людей, знавших его в эти годы. Мы установили связь с нашими коллегами – журналистами газеты «Сельская новь», издающейся в городе Богучаре. Они переслали нам некоторые материалы о великом писателе. Сегодня мы предлагаем их нашим читателям.

Г. К. Подтыкайло, врач тубдиспансера

I. Гимназические годы

Седовласый, с добрым располагающим лицом человек рассказывал так, будто все это было месяц тому назад. А между тем Георгий Константинович Подтыкайло говорил о времени, которое заслонило от нас целое полустолетие.

Я часто думаю, почему образ Михаила Шолохова так четко врезался в память? Разве могли подозревать мы, в ту пору десяти-двенадцатилетние мальчишки, что наш сверстник и соклассник Миша Шолохов станет человеком, которого узнают во всех концах земли! Тогда он, как и мы, учился в первом классе Богучарской мужской гимназии. Гимназия была классической и отличалась строгими порядками. Попробуй, бывало, шевельнуться во время надоевшей нам общей молитвы в актовом зале – вмиг впадешь в долгую немилость начальства. Впрочем, были смельчаки, которые и в эти «святые» минуты успевали поозорничать. Одним из таких был Миша Шолохов. Мне часто приходилось стоять рядом с ним на молитвах и видеть, как он при поклонах смешно гримасничал, заставляя нас холодеть при мысли, что мы не выдержим и громко рассмеемся.

Дружно не любили мы и пресловутый «закон божий». Редко кто из нас мог ответить его на «удовлетворительно». Не забуду, как однажды преподаватель вызвал меня к ответу. Я, разумеется, не знал задания. Священник поставил «единицу» и тут же спросил Шолохова. Миша поднялся, вышел было из-за стола, но тут же вернулся на место и немо замер, опустив голову.

– Так-с, – злорадно сказал священник. – Значит, и вы, Шолохов, не готовы-с?

– Не готов-с, – с деланой дрожью в голосе пролепетал Миша, и, когда священник нагнулся над журналом, Миша изобразил такую мину, что класс прыснул от смеха.

– Ну вот, Жора, – сказал мне Шолохов на перемене, – надо нам теперь объединяться в одну упряжку, ведь на паре быстрее прокатишься!

Миша был на редкость энергичным и общительным мальчиком. Уже тогда его отличала страсть к чтению, книгам. Причем читал он не мещанскую или бульварную макулатуру, а произведения русских и иностранных классиков. В гимназии была неплохая библиотека, и Шолохов часто засиживался там допоздна. И конечно же будущий проникновенный певец родной природы не мог не любить ее и в те юные годы. Как часто видели мы Мишу с удочкой в руках или возвращающимся с ботинками через плечо из придонских лугов!

…Грозные события 1918 года разлучили многих из нас. Когда немецкие кайзеровские войска подходили к Богучару, Шолохов уехал в свои родные края на Дон. Через несколько лет он стал знаменитостью, большим всенародно любимым писателем. Я искрение горд и счастлив, вспоминая те далекие годы – незабвенные годы знакомства с Михаилом Александровичем Шолоховым.

А. Никонков

II. М.А. Шолохов в Богучаре

Дореволюционный Богучар представлял собой провинциальный захолустный уездный городок, каких было много в старой России. Как и другие его братья, он имел свой герб, изображавший хорька в золотом поле.

В Богучаре, кроме чиновничьих ведомств и купеческих лавок, трактиров и постоялых дворов, острога и церкви, были две гимназии: женская и классическая мужская. И хотя в этих гимназиях был строгий режим, они значительно оживляли захолустную купеческую атмосферу города. Благотворное влияние оказали они и на формирование совсем еще юного Михаила Шолохова, который здесь учился.

В мужской классической гимназии в то время преподавались русский язык и литература, древние языки – греческий и латинский, европейские – французский и немецкий, а также математика и физика, природоведение и география, история и законоведение, рисование и лепка, пение и гимнастика, и, конечно, закон божий, который был обязательным тогда для всех учебных заведений. По воспоминаниям людей, знавших гимназиста Михаила Шолохова, самыми любимыми его предметами были литература, русский язык и история. В гимназии имелась хорошая по тому времени библиотека, и он был постоянным ее читателем.

Михаил Шолохов проживал на квартире в доме преподавателя гимназии Д.И. Тишанского. Здесь он тоже пользовался книгами русских и зарубежных классиков.

Осенью 1962 года в Богучаре мне пришлось побеседовать со старой учительницей Ольгой Павловной Страховой, которая перед Октябрьской революцией преподавала в гимназии русский язык и литературу. Вот что она рассказала:

– В 1916/17 учебном году в моем третьем классе «А» учился Михаил Шолохов. И хотя далеко ушло то время, передо мной и сейчас ясно встает образ живого любознательного мальчика-подростка Миши Шолохова. Видимо, это потому, что вся моя трудовая жизнь принадлежит школе, я любила своих учеников и многих из них запомнила навсегда.

В гимназии Шолохов отличался не только прекрасными способностями, но и чувством товарищества. Как-то перед летними каникулами учителя сидели на перемене в учительской, негромко разговаривали и заполняли классные журналы. Неожиданно в коридоре послышался голос Новочадова, директора гимназии. Он открыл дверь в учительскую и, сопровождая проворного гимназиста, вошел вслед за ним. У Новочадова было недовольное лицо.

– Откуда вы взяли такую манеру – заглядывать в учительскую и наблюдать, что делают учителя? – спрашивал он Мишу Шолохова.

Тот не смутился, спокойно ответил:

– Мне нужно узнать, какую отметку выставит Адам Романович Слаичинский.

– А вы что, не успеваете по математике и физике?

– Нет, у меня по этим предметам «пять».