Фетишист. История Джерри Брудоса, «обувного маньяка» - Энн Рул

округа Марион, на арест Джерри Брудоса за вооруженное нападение (по делу Лиэн Брамли). Это было в 17 часов 15 минут.

Но, прежде чем они добрались до места, команда наблюдения сообщила по рации, что семья Брудосов выехала из Корваллиса; они направлялись на север по шоссе I‐5. Джерри Брудос сидел за рулем зеленого универсала «Комета» с номерным знаком штата Орегон 7Р‐5777, когда они выезжали из Корваллиса, но по пути они с женой поменялись, и теперь Дарси вела, а Джерри лежал на заднем сиденье. Ехали они не домой – Дарси провезла семью через Салем и продолжила движение на север, в сторону Портленда.

Ожидание закончилось. Доэрти и Стовал не могли рисковать и отпускать Брудоса в Портленд – а то и дальше, в штат Вашингтон и к канадской границе, до которой оставалось 250 миль. Двое детективов помчались вслед за ними и полицейской машиной без опознавательных знаков, следившей за Брудосом.

Медлить было нельзя. Первая машина поравнялась с универсалом, и патрульный за рулем включил мигалку. Дарси Брудос увидела ее и съехала на обочину.

На часах было 19:32; Доэрти подошел к универсалу с одной стороны, а Стовал и Би Джей Миллер – с другой. Они увидели встревоженную женщину за рулем, а на переднем сиденье – маленьких мальчика и девочку. Дарси Брудос полезла за правами и начала спрашивать, в чем дело. Доэрти покачал головой и посветил фонариком на заднее сиденье.

Джерри Брудос лежал там, спрятавшись под одеялом.

– Вы арестованы. Пожалуйста, выйдите из машины.

Пока Брудос щурился и моргал глазами в свете фар полицейских машин, Доэрти зачитал ему права.

После этого Доэрти и Стовал доставили Джерри Брудоса в полицейский участок в Салеме, где оформили арест, сфотографировали его и посадили в камеру.

Стовал сделал снимок здоровяка в клетчатой рубашке на свою собственную «лейку». Снимок мужчины, которого они так долго искали. И который идеально вписывался в составленный им профиль.

Однако, когда Брудос начал переодеваться в тюремный комбинезон, детективы застыли в изумлении. На Джерри были женские шелковые трусики. Он заметил, как Стовал и Доэрти переглянулись.

Покраснев до корней волос, Брудос объяснил:

– У меня чувствительная кожа.

Детективы ничего не ответили.

Джерри Фрейзер осмотрел бумажник подозреваемого. В одном из отделений он нашел маленькую фотографию обнаженной женщины – квадратик размером дюйм на полтора. Снимок был похож на обрезанный «Поляроид», без ног и головы. Фрейзер смог различить за девушкой шкафчик для инструментов от «Сирса». Он положил снимок в полиэтиленовый конверт и присвоил улике номер 2017.

Кто была девушка на фотографии? В любом случае Фрейзер сомневался, что она еще жива.

Для Дарси Брудос начался настоящий кошмар – она понятия не имела, что происходит. У нее на глазах ее мужа сковали наручниками и посадили на заднее сиденье полицейской машины. Она кое-как успокоила плачущих детишек, а потом развернулась и поехала следом за полицейским караваном обратно в Салем.

Дарси дождалась, пока мужа посадят в камеру. Когда им наконец позволили переброситься парой слов, она молящим тоном спросила его:

– Джерри, в чем дело?

– Пустяки, – коротко ответил он. – Меня обвиняют в незаконном хранении оружия.

– Но почему?

Он отвернулся. Дарси посмотрела, как Джерри скрылся за железной дверью, а потом повезла детей домой.

Глава 14

Джерри Брудос, снова солгавший жене, был препровожден в камеру под любопытными взглядами других заключенных. Он по-прежнему не особенно волновался. Брудос ожидал, что полиция сделает что-нибудь подобное, – но был уверен, что у них нечем привязать его к обвинениям. Он считал, что они просто делают отчаянную попытку в надежде, что найдут способ удержать его в тюрьме.

Тем не менее он позвонил Дэйлу Дрейку и попросил того приехать. Джерри был достаточно умен, чтобы не соглашаться на допрос без адвоката. Дрейк провел в тюрьме всю ночь. Позднее – годы спустя – Джерри Брудос будет настаивать, что в ту ночь адвоката при нем не было. Якобы другие заключенные «избили его до полусмерти». Он также будет заявлять, что в тюрьме его отравили. Он всегда все видел по-своему, как ему хотелось; точно так же он рассказывал и о своем аресте.

Джерри считал себя гением. Неоднократно говорил полицейским и своему адвокату, что его IQ – 166, то есть даже выше гениальности. (На самом деле он прошел тест с результатом 105 по шкале Векслера – Белвью; возможно, цифра получилась ниже из-за стресса). Он был уверен, что ни одному копу его не перехитрить, и предвкушал интеллектуальное соперничество на допросах, считая, что непременно одержит верх.

Стовал ждал внизу; заключенного вот-вот должны были привести. Стовал был одним из лучших мастеров допроса в стране и довел свое искусство до совершенства.

– Это как игра в кошки-мышки, – объяснял он. – Всегда, всегда следует придерживать факты, которые привязывают подозреваемого к месту преступления. Мы что-то о нем знаем, и он тоже знает – или догадывается – об этом, но он не уверен. Между нами возникает своеобразный диалог. Допрашивающий никуда не торопится; он позволяет подозреваемому уводить себя от главной темы – но не слишком далеко. Если подозреваемый произносит нечто, изобличающее его, мы никогда не набрасываемся на это сразу. Пусть решит, что мы прослушали, а потом мы раз – и напоминаем!

Очень много всего происходило с момента, когда мертвые и исчезнувшие девушки пропадали, до момента, когда их находили. И единственным, кто знал, что именно, был здоровяк, сидевший перед Стовалом. Детектив понимал, что рано или поздно тот раскроет свои секреты. Он видел, что Брудос присматривается к нему, и сам присматривался к подозреваемому, оценивая его настрой.

Мужчина был дерзок и чувствовал себя на коне. Это было хорошо. Дерзкие подозреваемые легко проговариваются – им хочется похвалиться, и они выдают значимые детали.

Этот человек – Джерри Брудос – определенно мог порассказать такого, чего не захочет слушать ни один нормальный мужчина… но не сразу и только в некоем подобии диалога.

Стовал был готов работать все выходные; от первого допроса он ничего особенного не ожидал. Но если Брудос решит пойти на контакт, детективу надо находиться в пяти минутах от тюрьмы.

За стенами допросной комнаты без окон раздавались мужские голоса и звуки радиоприемника – по нему транслировали репортаж с квалификационных заездов в гонках «Индианаполис Спидвей». Внутри, наедине с подозреваемым, Стовал выдерживал долгие паузы. Брудос редко поднимал глаза на детектива, но тот не наблюдал у него ни капель пота на лбу, ни ускоренного дыхания – никаких признаков паники.

Кажется, подозреваемый наслаждался