Юлиус Мадер - Абвер: щит и меч Третьего рейха

В этом нет ничего удивительного, поскольку «не засвеченная» агентура Лахузена в течение ряда лет после окончания 2–й мировой войны успешно поработала на американцев и их западных союзников в Европе и во всем мире. Изрядно потрепанная агентурная сеть Управления Аусланд/Абвер/ОКВ осталась и в России, но здесь американцам не повезло: многолетний заместитель начальника отдела «Абвер–2», оберст Эрвин Штольце, попал в советский плен.

Глава 4

Диверсант № 2 абвера

31 мая 1945 г. в Берлине, через три недели после безоговорочной капитуляции вермахта офицерский патруль 2–й Гвардейской танковой дивизии РККА задержал подозрительного мужчину, пытавшегося скрыться среди развалин домов. В оборудованном со всей тщательностью убежище были найдены запасы продуктов, оружие, документы… Все выглядело так, как если бы хозяин подготовился провести здесь не один месяц. Русскую контрразведку не ввели в заблуждение ни гражданская одежда, ни артистически излагаемая «легенда», ни первоклассно сделанные документы. Не потребовалось много времени, чтобы установить личность задержанного — им оказался многолетний заместитель Лахузена—Вивремонта, начальника отдела «Абвер–2», диверсант № 2 германской военной разведки, оберст Эрвин Штольце.

Кем был человек, не подчинившийся приказу о капитуляции и собиравшийся продолжать войну в одиночку?

«Я, Эрвин Штольце, родился в Берлине в 1891 году. В 1914 записался добровольцем в армию и до 1918 воевал на Западном и Восточном фронтах в артиллерийском полку. В то время я был дилетантом в области разведки, и весь мой опыт исчерпывался назначениями в дозоры, допросами пленных или перебежчиков. После капитуляции я продолжил прерванную войной учебу. Я накопил немного денег, подрабатывая продавцом в магазине канцтоваров и служащим в магистрате Шарлоттенбурга, и рассчитывал завершить образование зимой 1922/23. В мгновение ока галопирующая инфляция превратила мои сбережения в ничто…

…Приблизительно в это же время НСДАП значительно укрепила свои позиции в Северной Германии. Я был активным членом партии, и руководство предложило мне пост партийного организатора на балтийских морских курортах, но я отказался…

…В марте 1923 наряду со многими предложениями рейхскомитета по трудоустройству офицеров (агент страхования, разъездной агент и т. п.) мне предложили место служащего в министерстве рейхсвера. Речь шла об организационном отделе рейхсвера, но в конечном итоге я так и не попал туда, поскольку в середине апреля руководитель отдела порекомендовал меня на работу в абвер. Когда я пришел в отдел, то думал, что мне предстоит заниматься вопросами организации противодействия врагу, вторгшемуся на германскую территорию. Я был в высшей степени удивлен, когда выяснилось, что предметом моей деятельности окажутся военная разведка и контрразведка…».

С того самого дня Штольце 22 года прослужил в немецкой военной разведке, став к 1945 одним из опытнейших руководителей и старейших кадровых офицеров Управления Аусланд/Абвер. До 1936 он служил в абвер–1 и специализировался на организации разведки в странах вероятного противника Восточной и Юго—Восточной Европы: Чехословакия, Венгрия, Румыния, Югославия, Болгария, западные регионы СССР. В число его лучших агентов входили: эмигрировавший в Берлин генерал царской армии Достовалов, эмигрировавший в Белград царский полковник Дуроново, майор румынского Генштаба Урлуциано и отставной гауптман Кляйн из литовского Ковно.

В 1937 Штольце был переведен в абвер–2, где отвечал за обеспечение и проведение диверсионных операции за рубежом. До августа 1944 он исполнял обязанности заместителя начальника 2–го отдела Управления Аусланд/Абвер/ОКВ Лахузена. В это же время, начиная с февраля 1944, сотрудничал с РСХА, а в сентябре 1944 состоялся его официальный перевод в Главное управление имперской безопасности СС с назначением на пост руководителя секретного «явочного пункта Берлин». В обязанности Штольце была вменена организация спецподразделений для ведения диверсионных действий в тылу наступающих союзнических войск — в первую очередь в тылу РККА.

Параллельно Штольце продолжал работать с агентурой в Словакии, Югославии и Польше. Заброшенные в эти страны еще в бытность его заместителем начальника отдела «Абвер–2» агенты—радисты и саботажники продолжали исправно поставлять развединформацию и успешно проводить диверсии. С помощью некоего Вебера, бежавшего из Бухареста румынского фольксдойче, Штольце установил контакты с профашистски настроенными кругами румынских эмигрантов в Швейцарии. Штольце не оставлял попыток проведения диверсионно—разведывательных операций и на территории СССР: так, по его приказу в нейтральную Швецию был переправлен радиоинженер с заданием организовать там разведцентр по сбору информации о дислокации воинских частей, местоположении военных объектов Красной Армии и т. п. в Прибалтийских республиках. Несколько агентов были заброшены в Испанию с приказом внедриться в легальный бизнес и ждать дальнейших указаний.

Однако важнейшей задачей оберста Штольце в последние месяцы 2–й мировой войны было создание рассчитанной на послевоенный период агентурной сети в Восточной Германии и в самом Берлине. Группе «Штольце» (помимо самого оберста в нее входили оберстлейтенант Собчик и майор фон Странски, бывший руководитель отделения абвера в Бухаресте) удалось завербовать 800 человек.

Советских контрразведчиков интересовал вопрос, чем конкретно занимался Штольце в последние дни в Берлине. Во время допроса, состоявшегося 14 июля 1947, оберст Штольце показал:

«…В начале апреля 1945 руководитель 6–го управления РСХА (Аусланд. ГС), бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг, издал директиву, в которой был определен порядок действий в случае угрозы захвата Берлина частями РККА: заблаговременно подготовить фиктивные документы, уничтожить оперативную документацию, всем сотрудникам управления скрыться и ждать особых распоряжений. Я выполнил этот приказ…»

Из показаний оберста Штольце

«… Включение абвера в структуру Верховного главнокомандования вермахта позволяло адмиралу Канарису, начальнику военной разведки и контрразведки рейха, напрямую обращаться к высшему военному руководству и фюреру как Верховному главнокомандующему вооруженными силами со всеми имеющимися просьбами, пожеланиями, требованиями и предложениями. Так, при решении «Су—детской проблемы» Канарис предложил начальнику штаба ОКБ Кейтелю (или даже самому фюреру) наряду с агентами абвер–2 использовать и членов Судетско—немецкой партии (СНП) для проведения подрывной деятельности среди личного состава чешской армии. Фюрер одобрил проведение этой операции с учетом высказанных адмиралом предложений.