Говард Маркс - Господин Ганджубас

— Что ты имеешь в виду, Джим? Несколько боевиков ИРА и парней из британской армейской разведки договорились, что если предупреждение о теракте начинается со слов «это ваш человек», то угроза нешуточная.

— Не остроумничай, Гоф. Это хреновая привычка.

Опоздал или нет борт из Карачи во Франкфурт, возымела ли действие угроза Мак-Канна, не знаю. Возможно, было не столь уж важно, каким рейсом груз прилетит в Шаннон. Возможно, Мак-Канн разыграл передо мной спектакль и его звонок во Франкфурт стал частью представления. Возможно, он беседовал с говорящими часами.

Груз прибыл, им начинили «вольво» голландцев в Муне. Ник Голландец отправился первым на паром, а затем на склад в Винчестере. Следом поехал Пит. Затем остальные. Снова Ник. Финальный заезд выпал Питу.

Джеймс Голдсэк и Джарвис распродали примерно треть гашиша, когда из Винчестера позвонил Марти. Это было рано утром, я кормил Мифэнви молоком из рожка.

— Говард, у тебя крыша поедет, слышишь?

— Выкладывай, Марти.

— Весь нордель пропал. Его кто-то стибрил.

Я поехал в Винчестер. Марти, конечно же, оказался прав. Из гаража пропало гораздо больше половины тонны наркотиков. Куски дверных замков и петли валялись на земле. Наум приходило только одно объяснение: посреди ночи приехали голландцы Грэма и все увели. Грэм никак с этим не соглашался и подозревал всех остальных. Через несколько дней бездействия позвонил Мак-Канн:

— Где мои гребаные бабки?

— Джим, гашиш увели.

— Кто? Эти гребаные голландские хиппи?

— Похоже на то.

— Слушай, говорил я тебе: не доверяй этим голландским ублюдкам Склизкого. Они ненадежны. На будущее пусть приезжают только твои валлийские путеразметчики и академики. Понял? Ладно, Говард, не переживай. С Кидом такая хрень не проходит. Я достану нордель. У меня записаны регистрационные номера машин этих голландских уродов и номера их паспортов. Гас и парочка ребят из Белфаста ими займутся.

— Джим, нам не нужно, чтобы кто-нибудь пострадал.

— А кто сказал, что кто-нибудь пострадает? Я просто получу свое.

О том, что случилось после, я знаю только со слов Мак-Канна, причем каждая последующая версия событий сильно отличалась от предыдущей. Конечно, Мак-Канн порастряс голландцев. Весьма вероятно также, что именно Мак-Канн убедил Пита учинить подставу в Винчестере, заплатив ему за это гроши. Такой уж он человек.

МИСТЕР ХЬЮЗ

 К концу 1972 года шаннонский канал уже приносил большой доход, но с общего согласия задействовался лишь время от времени из опасения перед безбашенностью Мак-Канна и участием ИРА. Тем не менее многие сколотили на этом целые состояния и проматывали их на всяческие капризы. Молодые университетские преподаватели покупали дорогие автомобили, обзаводились собственным баром, кафе, мелким бизнесом. У меня же были коробки денег, и я уже не знал, как ими распорядиться.

Мне часто снился один и тот же сон: я выигрываю в футбольном тотализаторе. Странно, ведь залежи банкнот у меня под кроватью намного превышали любой футбольный выигрыш. Я мог бы не работать до конца жизни, но нуждался в большем, гораздо большем. Мне требовался неистощимый запас. Мой стиль жизни становился непозволительно роскошным, семейная жизнь в деревенской тиши Оксфордшира утратила свое очарование. Клубы Лондона заняли место оксфордских пабов. Я решил расширять и свой законный бизнес, и ввоз гашиша и в своем воображении видел сеть бутиков «Анна-Белинда», раскинувшуюся по всему миру.

В этот период меня завербовала британская секретная служба. Как-то раз в «Анну-Белинду» зашел Гамильтон Мак-Миллан (Мак), которого я не видел с аспирантуры. Мы выпили и поболтали о старых деньках. Он не сильно изменился, все так же щеголял упрямым высокомерием и ровными, как свежеподстриженный газон, бакенбардами. Теперь Мак работал на Министерство иностранных дел. Какое-то время мы изображали двух закадычных приятелей: молодой дипломат и начинающий бизнесмен предаются ностальгическим воспоминаниям о старом добром времени. Затем Мак сознался, что на самом деле работает на МИ-6. Я же, не вдаваясь в подробности, дал понять, что подрабатываю контрабандой гашиша. Мы поговорили о марихуане в общих чертах. Конечно, ее следует легализовать. Я отметил, что индийскую коноплю в основном выращивают в политически нестабильных странах: Афганистане, Пакистане, Ливане, Колумбии, Марокко и многих других — и что экспортом марихуаны, как правило, занимаются личности, имеющие вес в своем обществе. Его привели в восторг мои частые визиты в Европу и планы расширения «Анны-Белинды».

— Говард, перейдем к делу. Я не просто так у тебя появился. Ты нам поможешь?

— Ты что, предлагаешь мне шпионить, Мак? — спросил я с неподдельным удивлением.

— Мы не пользуемся этим словом. Просто есть области, где человек вроде тебя может быть нам очень полезен. Я помню, с какой легкостью ты цепляешь девчонок. Среди твоих знакомых немало интересных людей. И твой легендарный шарм нисколько не померк.

Мне понравилось то, что я услышал. Соблазнять прекрасных шпионок? А что, я бы не отказался трахнуть чувственную Мату Хари за железным занавесом.

— Продолжай, Мак.

— Во-первых, мы хотим воспользоваться некоторыми твоими деловыми предприятиями.

— Каким образом?

— Почтовые ящики, солидные фирмы и все в таком духе. Почему бы тебе не открыть предприятия в Румынии, Чехословакии? Закрутятся интересные дела. Говард, я же тебя знаю, это в твоем вкусе.

— Ладно, Мак, что я должен делать?

— Пока просто расширяйся дальше и держи глаза и уши открытыми.

Мак ушел, оставив свой домашний телефон и телефон офиса, который я никогда не забуду: 928-56-00.

— В лондонском телефонном справочнике он числится за Министерством иностранных дел. Звякни, если столкнешься с кем-то, о ком мне следует знать. В любом случае я свяжусь с тобой.

Предложение Мака меня воодушевило. Какое прикрытие! Агент секретной службы. Джеймс Бонд. Это, конечно, не лицензия на убийство, да она и ни к чему, но почти что разрешение на ввоз гашиша. И я определенно им воспользуюсь. Мак-Канну лучше не говорить. Английская разведка в Белфасте особой популярностью не пользуется. Не стоит и заикаться.

В начале 1973 года я решил инвестировать кой-какой капиталец из картонных коробок в сделки с наркотиками без участия Мак-Канна. Некто Эрик, друг старого оксфордского знакомца, утверждал, что может провозить чемоданы из Бейрута в Женеву благодаря связям на ближневосточных авиалиниях. Кроме того, он брался привести яхту с гашишем из Ливана в Италию. Я обсудил эти варианты с Грэмом, мы дали Эрику пару сотен тысяч и велели приступать.