Георгий Гачев - Как я преподавал в Америке

А теперь у нас — Смута, распад. Что-то выкристаллизуется, конечно. Но когда и какими жертвами — меня и моего поколения…

Душа русского индивида даже не на нуле — с точки зрения рынка и демократии и умения там ориентироваться — а на минусе: еще хуже не умеет и не знает, чем перед Революцией.

Тут Федоров вспоминается, его мысль, что русский народ принял христианство без оглашения, т. е. без предварительного воспитания, обучения в Законе. Вот и сейчас снова «без оглашения» — к рынку и демократии. Там-то, на Западе, к сему шел пуританин, с Богом-совестью в душе, саморуководный мог быть, самостоящий и самосделанный. А наш привык держаться подпорой извне, тычком власти, оттуда иметь упругость — и так не падать. А вот убрали оттуда нажим — и человек-народ падает…

Интеллигенция = третий мужик

Но — теперь это отчетливо понял: в России, при ней — Бабе, не только два главных мужика-соперника: Народ и Государство, — но и третий проклюнулся и затесался, зашебуршился, а именно: Слово, Интеллигенция, Литература. Поэт-пророк, учитель жизни, идеолог. Как голос Общества, что есть прослойка между Народом и Государством. И хочет, чтоб ее пуще всех любила Россия, Баба-Родина, и претендует быть ее чаяний выразителем.

А ей бы, Интеллигенции, Слову России, — только порассуждать о вечных проблемах — на полигоне России и народа, страданий и судеб личности.

Но это пока так и есть самое общемирово ценное, что вышло из России в мир: опыт страданий, поисков и его осмысление.

Достоевский. Вот и теперь много — урожай большой будет миру снят с краха советского эксперимента над человеком и бытием.

И перестройка главную положительную пищу дала именно интеллигенции: ей поприще для толковищ и для базара — «базарить».

Кстати, задумались мои студенты над именем «Базаров»: не от «базара» ли? Толкует, торгуется, «базарит»… Я посомневался и привел просто к фонетической звучности — тюркской, как и в «Карамазов». И что тут полемика с Пушкиным: даром, что ли, назвал его Евгением? Чтобы Тургенев не отдавал себе в этом отчета — исключено.

И как они по звучностям распределены интересно:

Евгений Онегин — «не белы снеги» = даль-ширь-горизонталь, СВЕТЕР, демон, дух, летуч, как пух, мягок, нежен…

Обломов — все на «о», звук центра бытия и оси. Никуда не двигаться. Все так кругло, шар, нет достаточного основания переваливаться в ту или иную сторону, так что — на месте, на диване, лежач камень.

Базаров, Карамазов (звучности конца века) = вертикали «а», трудово-ургийное «р», страсть жить в них, особенно в Карамазовых, сила-воля-энергия. И в Достоевском — цепкость, живучесть — после казни-то, и Иван — про «карамазовскую» живучесть и «клейкие листочки». Но это в нем — истерично, самозаклинание, а на самом-то деле — тоже головное горение в них. Ну и упырье-страстное влечение к женщине — как у того, кто — дух, недочеловек, недовоплощен, вурдалак. Как и Достоевский прит сосался к молоденькой Анне Григорьевне. Как и Карамазов. Как и все вокруг Настасьи Филипповны.

Ну, пожалуй, хватит — и мне умствовать. Солнышко. Давай на велосипед…

Так что садомазохистский комплекс — в отношениях между Народом и Государством: кнут — Пугачевщина, русский бунт и вор — против начальника-понукателя, руководителя. Но оба гребут друг друга.

Гольф и футбол

13. Х.91. О, перешагиваются числа! Близится дом.

Правда, что тебя ждет там, дурень? Пыль твоих давящих на душу рукописей, беготня по магазинам в поисках еды… Но зато — свои, своя судьба — и любименькие, и если трата сил — то на свое дело, неотменное. А тут расплескиваю силы в — куда?.. Да ведь и им тоже полезно, и мне: на них настроясь, мир иначе видеть — и Россию, и Америку познавать, и многое… Нет, все — благо. Да и вот записюрьки свои продолжаю писать — и интересное в них появляется: новая сюжетика жизни и мыслей, которая у себя дома, в закисоне и монотони, не родилась бы, не оживила твои писания. Так что все — путем и нормалёк!

Кстати, это народное выражение: «все — путем» выявляет, что «путь-дорога» в русском Логосе — символ и правильности, нормы бытия.

Вчера воскрешал себя: целый день на велосипеде по холмам окрестным ездил, с 12 до 6. И внял тутошнюю прелесть и благодать. Выехал на лужайки для игры в гольф — на холмах, зеленые, выкошенные, с дорожками для специальных открытых машин для переезда туда, куда шарик забросили: чтоб ножки не утомлять!

Аристократическая игра! Ведь для нее кем-то должны быть так выкошены лужайки, чтобы шарик пингпонговый катился по траве, как по асфальту, и попадал в лунку = вагину. Тоже эротика сублимированная в этой игре.

Гольф — антипод плебейскому футболу. Тут шар большой и грубые физические движения — ногой, головой, беготня — не для голубой крови. И — индивидуальная игра, не командой. Можно и самому с собой играть.

Да, чудо диспропорциональности! Малюсенький шарик, для столика пингпонгового, — и по грудям земли, по холмам летает, катается! Как корабль — по океану. Умение — щегольство им — одолеть Давидом Голиафа природы: малым — большое. И тоже — как праща Давидова. Ветхозаветный инструмент. То же и в бейсболле: вид лапты-пращи и бег.

Играя в гольф, плебеи Новой Англии себя в аристократию производили.

А почему в карты не играют в Америке? (Не знаю, но предполагаю.) Как и в шахматы. Наверное, потому, что — не прагматическая трата сил мозговых, комбинаторных. Сидячая игра — шахматы. Так лучше изобрету что полезное: телефон или компьютер — а потом побегаю в спорте.

Карты же — европейская игра: с королями, дамами и рыцарями слугами-валетами, феодальная. А и игры с судьбой, расклады-преферансы; гадания цыганские. Тоже комбинаторика, как и шахматы. Из Индии идея. Как и цыгане = ромеи…

И шахматы, и карты — эстетика, бескорыстный интерес. Впрочем, в карты и на деньги играют.

Интересно бы историю карт узнать, игр вообще…

Но уж шагреневая кожа срока жизни сокращается, не даст тебе праздно любопытствовать дальше. И американское расширение понятий — тебе излишек, гратис: да, новое узнал, понял — да в воздух расплескаю это, в слова студентам, силы последние тратя. Раньше бы.

Но не ропщи! Что за привычка — оспаривать текущий момент живота? Будто Бытие тобою не так распорядилось, а ты бы знал и мог — лучше…

А почему сказал «Бытие», а не «Бог» или «Господь», или «Судьба»?

Да потому что «Бытие» — наиболее нейтрально из сверхсил, сверхсутей. Все остальные нагружены дополнительными смыслами, требующими веры и приверженности тому или иному выбору. Скажешь «Судьба» = тупой фатализм несвободы будто исповедуешь. Скажешь «Господь» = больно уютно устроился, как вон Юз тут все свое адресует в писаниях к Богу: будто так возлюбил Бог его персонально и устраивает сласть и удачу его жизни. Без вины и страдания, и совести.