Михаил Скрынников - Спецназ ВДВ. Диверсионно-разведывательные операции в Афгане

Ребят отправили домой в «черном тюльпане». К сожалению, из-за давности времени фамилии погибших забылись. Мы же усвоили еще один урок.

ПЕРЕКРЫТЬ ПОГРАНИЧНЫЕ ЛАЗЕЙКИ

Несмотря на принимаемые меры, в начальный период ввода наших войск обстановка в стране не стабилизировалась, а, наоборот, все более и более усугублялась, особенно в северных и восточных провинциях. В разведывательные сводки все чаще включались сведения о нападениях и обстрелах наших и правительственных войск, об увеличении числа дезертиров из правительственной армии, которые уходили с оружием и боеприпасами. Отмечались также случаи перехода на сторону оппозиции воинских подразделений в полном составе во главе с офицерами.

Ввод советских войск в Афганистан не только не положил конец, но даже не ослабил вооруженное сопротивление оппозиции, на что, как предполагаю, надеялось советское и афганское руководство. Оказывая военную помощь афганским демократическим силам, советское правительство, вопреки мнению военных экспертов, переоценило последствия самого факта присутствия Ограниченного контингента советских войск в Афганистане (ОКСВА). Не была принята в расчет укоренившаяся в ходе многовековой вооруженной борьбы в сознании афганцев уверенность, что любые иностранные войска, вошедшие в страну, даже, возможно, с хорошими намерениями, — это оккупанты, которых нужно уничтожать. Например, оккупация территории для пуштунов равносильна полному бесчестию. Именно поэтому ядром вооруженных формирований оппозиции в борьбе с регулярными афганскими и советскими войсками стали пуштунские племена. Сыграл определенную, если не решающую роль и традиционный ислам — с вводом советских войск (гяуров) главным объединяющим идеологическим и политическим лозунгом антиправительственных сил стал призыв к священной войне (джихаду) с неверными.

Призыв мулл встретил понимание подавляющего большинства афганцев, как правило, безграмотных и столетиями признававших только авторитет мулл.

А эти «авторитеты» в тот период вдалбливали своей пастве, что шурави отбирают имущество и землю мусульман, что у афганцев отберут в общее пользование женщин, отберут золото и земли и что ислам будет запрещен. Духовенство очень профессионально использовало в своей пропаганде все негативные случаи, которые (война есть война) случались в отношениях между местными жителями и военнослужащими Советской армии. Благодаря такой массированной «информации» даже маленькие дети были твердо убеждены: русские — это изверги, готовые уничтожить все и вся.

Среди противоборствующих группировок афганцев появились первые жертвы, что неизбежно по законам гор послужило поводом для осуществления актов кровной мести.

В январе 1980 года восстал 4-й артиллерийский полк армии ДРА, дислоцировавшийся на севере страны в Нахрине. Для наведения порядка и спасения, может быть, оставшихся в живых наших военных советников командованием Ограниченного контингента советских войск по просьбе афганского руководства была проведена первая после Кабула боевая операция по разоружению мятежного полка. Ее выполнял 186-й мотострелковый полк. Потери наших войск — убитыми 2 человека, в афганском артиллерийском полку — более 100. Увы, к началу штурма афганского военного городка все наши советники были расстреляны. Впоследствии их тела найдены закопанными в земле. К сожалению, это была не последняя боевая операция по усмирению мятежных афганских воинских частей.

В провинциях Баглан и Кундуз произошли боевые столкновения мотострелков с бандгруппами. По поступающим к разведчикам данным было установлено, что в западных районах Пакистана к тому времени была создана и перепрофилирована ранее созданная сеть учебных центров по подготовке из числа афганцев боевиков, которые после прохождения курса обучения переходили границу и направлялись в различные провинции Афганистана.

До определенного момента наше военное командование всячески уклонялось от прямого участия советских подразделений в боевых действиях с афганскими вооруженными формированиями, однако после массовых антиправительственных выступлений и гибели в феврале в Кабуле десантников и сотрудников посольства Москва дала категорическое указание — начать активные боевые действия против отрядов вооруженной оппозиции, банд местных феодалов и торговцев наркотиками, а также активно препятствовать поступлению оружия вглубь страны. Предполагалось, что боевые операции будут проводиться совместно с афганскими военнослужащими.

Различные по своему составу банды, отряды, бандитские группы и формирования, вооруженные отряды оппозиции были вооружены не только легким стрелковым, но тяжелым вооружением в основном советского, египетского и китайского производства. В качестве трофеев мы брали американские винтовки «М16А1», автоматы западногерманского, английского, израильского, шведского, китайского и чехословацкого производства. Широко использовались 12,7-мм крупнокалиберные пулеметы «ДШК» китайского производства, ручные противотанковые гранатометы — наши «РПГ-2» и «РПГ-7», швейцарские «Фальконеты», американские «М72А2», немецкие «Лянце-2», израильские «Пикеты», французские «сарпаки», 75- и 82-мм безоткатные орудия китайского, американского и пакистанского производства, 60- и 82-мм минометы производства практически всех стран. Для борьбы с авиацией душманы использовали крупнокалиберные пулеметы, зенитные горные установки «ЗГУ», зенитные пушки малого калибра «Эрликон». Появились и переносные зенитные ракетные комплексы «ПЗРК» «Стрела-2» советского, китайского и египетского производства, а позднее и американские «стингеры». Имелись различные типы фугасов, противотанковых и противопехотных мин. Больше всего было итальянских мин «TS-2,5»; «TS-1,6»; «TS-50» и «SH-55»; реже встречались американские «М-19», «М-18А1», «РСМЕ-С» и «Кпеймор»; шведские «М-102», английские «МК-7» и чехословацкие.

В широкомасштабной минной войне в массовом порядке применялись мины в основном итальянские, в пластмассовом корпусе, срабатывающие после многократного нажатия на крышку и обнаруживаемые только индукционными миноискателями, а также фугасы с дистанционным управлением и радиоуправляемые мины.

Применялись просто мешки-фугасы, взрывчатка которых была иногда изготовлена из сельскохозяйственных удобрений. Фугасы эти имели электрозамыкающий контактный взрыватель, порой простой, даже ржавый гвоздь или простую бумажку. Срабатывали они непредсказуемо. Своего рода русская рулетка — может быть, под третьей, а может быть, под двадцатой или какой другой машиной. Такие фугасы имели огромную разрушительную силу: при его подрыве под танком детонировали снаряды в боеукладке, и танковая башня вылетала вверх на несколько метров.