Михаил Куманин - Отправляем в поход корабли

- Там же целый флот можно разместить! - воскликнул он.

Я вызвал командира одного из подразделений малых кораблей капитан-лейтенанта Савина и приказал послать людей на реку Хоби - строить причалы и склады, разбивать палатки для жилья. Подвезли материалы, и работа закипела.

Камнем преткновения оставался проклятый бар. Как прорыть в нем фарватер? Эх, если бы раздобыть хоть плохонький землесос! Несбыточная мечта! И все же выход нашли. К отмели подвели мощный морской буксир. Отдав якорь, он работал машинами. Струей от [10] винта размывало песок и гальку. За неделю таким образом был отрыт проход длиной более двухсот метров. По образовавшемуся фарватеру корабли вошли в устье. Чтобы уберечься от возможного паводка, установили на реке в 25-30 километрах вверх по течению специальные посты, которые должны были своевременно сообщать по телефону об изменениях в уровне воды. Пока паводок дойдет до устья, успеем принять необходимые меры, может быть, даже вывести корабли в море.

Десятки кораблей и судов мы перевели в Хоби и Циви. В портах стало чуть свободнее. Но ненадолго. Начали прибывать недостроенные корабли с верфей прифронтовой полосы. Им тоже надо было найти место. К счастью, пришел землесос. Обрадовались мы ему несказанно. Он прорыл нам такой фарватер, что в реку стали проходить и корабли со значительной осадкой.

Потом мы получили и второй земснаряд. Он углубил гавани Потийского порта. Работы производили с большой осторожностью, чтобы избежать оползней, которые могли разрушить бетонные стены гавани и причалы.

В наших портах появлялись новые и новые корабли. Мы должны были предоставить им все необходимое для боевых действий. Помещений для складов не хватало. Снаряды, ящики и мешки с продовольствием, покрытые брезентом, маскировочными сетями, лежали под открытым небом.

Эскадра была еще в Севастополе, а мы уже прикидывали, где поставим эсминцы, крейсера, сторожевики, подводные лодки, тральщики. Чувствовали, что семья наша скоро вырастет необычайно.

Вот почему шифровка о линкоре нас не застала врасплох. Пусть приходит. Место и для него найдем.

Еще не успели ответить командующему флотом, как поступила новая телеграмма. Военный совет флота сообщал, что из Севастополя вышли крейсера и эсминцы. Направляются к нам.

Орлов искоса взглянул на меня и улыбнулся:

- Что ж, командир, принимай весь флот. [11]

Беспокойное хозяйство

Отдаю приказание срочно освободить места для прибывающих кораблей. Все малые корабли и суда, кроме тех, которые необходимы для обслуживания крейсеров и линкора, переводятся из Поти и Батуми в устье Хоби и Циви, в небольшую бухту Очемчири. Причалов там не хватает. Строить их некогда, да и не из чего. В ход пошли секции старых боковых заграждений - небольшие деревянные плоты. Многие суда швартуются прямо к берегу, благо глубины позволяют.

Начальник отдела вспомогательных судов и гаваней капитан 1 ранга Иван Ларионович Кравец еще раз инструктирует команды буксиров, как вводить крейсеры и линкор в порт. Узкий фарватер, тесные гавани… От моряков требуется величайшее мастерство и осторожность: небольшая ошибка - и корабль сядет на мель.

Тральщики производят контрольное траление подходов к порту, в море корабли противолодочной обороны, катера заняли свои места в дозоре, усилена воздушная разведка. Дежурные истребители подняты в воздух. Остальные - в готовности к немедленному вылету. По первому сигналу откроют огонь зенитные и береговые батареи, если покажется противник.

1 ноября 1941 года выдался ясный, солнечный день. Утром летчики разведывательной авиации сообщили о приближении кораблей. Усидеть на командном пункте невозможно. Отправляюсь в порт.

На вышке рейдового поста все до боли в глазах всматриваются в даль. Вскоре на горизонте появляются темные точки. [12]

- Пеленг триста пятнадцать. Группа кораблей курсом Поти, - докладывает вахтенный сигнальщик.

Уже можно различить очертания двух крейсеров и охраняющих их эскадренных миноносцев.

Над нашими головами пронеслась эскадрилья истребителей. Звенья ее принимают заданный боевой порядок. Ярусами на разной высоте истребители кружат в безоблачном небе, охраняя корабли.

Головной крейсер приблизился к подходной точке порта. Эскадренные миноносцы отвернули вправо, мористее, чтобы прикрывать его.

Возле форштевня крейсера вырастает белоснежный холмик, потом до нас доносится лязг цепи. Корабль отдал якорь. Может, командир решил повременить с заходом в порт? Признаться, мне тогда хотелось, чтобы было именно так. Дул пятибалльный ветер. Возможно, к вечеру он стихнет, и тогда легче будет вводить корабль в порт… На мостике крейсера затрепетали флажки. Сигнальщики рейдового поста приняли семафор: «Прошу выслать буксиры». Значит, командир крейсера решил входить…

Начальник плавсредств капитан-лейтенант Денис Францевич Каминский спешит к буксирам. И вот уже, раздвигая тупыми носами воду, они направляются на внешний рейд.

Через несколько минут буксиры, приняв с крейсера тросы, ввели его в боковые ворота. Затаив дыхание следим, как стальная громада движется по узкому проходу. Ветром корабль сносит к молу. Как струны, натягиваются буксирные тросы. На крыле мостика стоит командир крейсера капитан 1 ранга Филипп Савельевич Марков. Я вижу его бледное, встревоженное лицо. Но команды он подает твердым, спокойным голосом.

Все обходится благополучно. Крейсер стал на отведенное ему место. Вслед за ним своим ходом вошли в гавань эсминцы. Сотни людей смотрят на корабли с любопытством - ведь они пришли из Севастополя, побывали во многих боях. Краска на стволах пушек почернела от стрельбы. Пробиты осколками надстройки и дымовые трубы. На закопченной броне башен глубокие вмятины. [13]

За первыми кораблями прибывают крейсера «Красный Кавказ», «Слава», лидеры «Ташкент», «Харьков», эскадренные миноносцы, соединение подводных лодок.

Главные трудности еще впереди: как-то будем принимать линкор?

Ему отвели самый глубокий участок гавани: - у пассажирского причала, где раньше швартовались теплоходы Крымско-Кавказской линии. Стоянку пришлось дополнительно оборудовать. К бетонной стенке причала подводим крепкую большую баржу - будет предохранять корабль от ударов о причал. Устанавливается носовая бочка - громадный поплавок из толстой листовой стали. Ее удерживает на месте толстая цепь - бридель, прикрепленная к многотонному бетонному кубу - мертвому якорю. Эту каменную глыбу надо уложить на дне так, чтобы она вся скрывалась в грунте. Водолазы сделали ложе в илистом дне и опустили в него якорь.