Екатерина Мишаненкова - Я — Одри Хепберн

Ознакомительный фрагмент

Это была не игра, ей на самом деле приходилось смотреть в лицо смерти. Один раз она едва не погибла по чистой случайности — попала в облаву и только чудом сумела сбежать. В другой раз её едва не схватили в Арнемском лесу, куда она ходила, чтобы передать инструкции английскому парашютисту. Она всё выполнила, но на обратном пути её остановил немецкий патруль и спросил, что она тут делает. Требовалось хорошее самообладание, чтобы не запаниковать, но Одри после трёх лет оккупации уже привыкла к железной самодисциплине, поэтому изобразила, что не понимает по-немецки, и подарила солдатам цветы, которые собирала в лесу. Те улыбнулись и пропустили эту милую безобидную девочку, смотревшую на них такими искренними невинными глазами…

У детей есть одно свойство, которое делает их счастливыми. У детей есть только друзья. У детей не бывает врагов.

От голодной смерти Одри спас расстрел её дяди.

В 1944 году после неудачного наступления англичан немцы почти разрушили Арнем и отобрали у жителей всю провизию. «Мы несколько дней шли, не имея никаких продуктов, — рассказывала Одри, — а потом оказались в доме, где не было ни света, ни тепла… Очень долго нам было нечего есть, кроме луковиц тюльпанов. Беженцы шли сплошным потоком, люди приходили к нашим дверям, прося пищи и крова. Человеческие страдания были невыносимы… Мы приютили сорок человек, но пищи у нас не было, и им пришлось уйти».

Она вспоминала, что весила в то время сорок пять килограммов при росте в 1 метр 69 см. Она страдала от малокровия, ноги у неё распухли, а вдобавок ко всему она ещё и заболела желтухой.

Безжалостная статистика говорит, что не меньше трёх тысяч беженцев из Арнема умерли от голода. В декабре 1944 года такая же участь грозила и Одри. «Утром 24 декабря сестра моей матери сказала, что в доме не осталось ни крошки, — рассказывала она. — Я слышала, что чувство голода притупляется во сне. Тогда я решила проспать Рождество, но для этого сначала нужно было подняться в мою комнату. Я попыталась, но мне не удалось — я была слишком слаба».

Спасли их консервы, принесённые человеком из Сопротивления. Позже они узнали, что такие посылки получили семьи казнённых немцами заложников. По злой иронии судьбы Одри и все остальные остались живы благодаря её дяде, расстрелянному после нападения подпольщиков на немецкий отряд.

Мы потеряли всё — наши дома, наше имущество, наши деньги. Но мы не сдались. Мы сумели сохранить жизнь — и это было главным.

Одри Хепбёрн вспоминала, что свобода пришла к ней «с запахом английского бензина и английских сигарет».

4 мая 1945 года она увидела входящих в город английских солдат и, несмотря на то, что была еле живой от голода и болезни, выбежала на улицу. «Я вдохнула запах их бензина, словно это были драгоценные духи», — рассказывала она. Солдаты угостили её сигаретой и шоколадкой, и с тех пор она на всю жизнь сохранила страсть к курению и шоколаду.

Сигареты вообще в то время сыграли в жизни Одри особую роль. В разорённой Голландии они были универсальной валютой — их можно было обменять на что угодно или продать на чёрном рынке за большие деньги. Поэтому, когда Элла ван Хеемстра в отчаянии написала своему старому другу, англичанину Майклу Берну, что её дочь больна, а денег на лекарства нет, он прислал ей сигареты. Она продала их и на вырученные деньги купила пенициллин для Одри. Кстати, сам Берн тоже был многим ей обязан — когда он был в немецком концлагере, Элла присылала ему продукты через Красный Крест. Теперь он расплатился тем, что помог спасти жизнь Одри.

К счастью, уже в июне в Голландию начала поступать гуманитарная помощь, и призрак голода отступил. Вскоре вернулись её братья, Элла нашла работу — жизнь постепенно налаживалась.

Пока у ребёнка есть определённый минимум, он совершенно счастлив. Я помню, что нам бывало очень весело. Мы не сидели на полу и не плакали пять лет подряд.

В 1946 году Одри растолстела до шестидесяти восьми килограммов.

В этом не было ничего удивительного — после голода, болезней и постоянных стрессов она, как и многие другие люди, дорвавшись до еды, просто не могла остановиться. Она вспоминала, например, что однажды съела целую банку сгущёнки, а потом заболела от одного из блюд гуманитарной помощи, потому что насыпала слишком много сахара в овсянку.

К тому же ситуация усугублялась свалившейся на неё депрессией. После жизни в страхе, напряжении и ожидании она вдруг оказалась без цели в жизни (раньше таковую заменяла мечта о победе) и без понимания, что же делать и как жить дальше. Очень тяжёлая ситуация даже для взрослого человека, а уж тем более для подростка.

«Я пережила годы войны, не имея пищи, денег, книг, музыки и одежды, — вспоминала она впоследствии. — Потом я начала есть всё, что попадалось мне на глаза, особенно шоколад. Я стала толстой, как воздушный шар, и очень некрасивой».

Справиться с депрессией ей помог балет. Сразу, как только она смогла вновь оплачивать уроки, она начала заниматься танцами под руководством известной преподавательницы Сони Гаскелл. Но вскоре Соня вынуждена была закрыть школу и уехать. Однако она предложила порекомендовать Одри своей знаменитой лондонской коллеге Мари Рамбер. Но для того чтобы продолжать заниматься балетом, нужно было срочно сбросить вес. Сказано — сделано, через несколько месяцев Одри весила 55 килограммов и была готова ехать в Лондон.

Я часто испытываю депрессию и неудовлетворённость собой. Можно даже сказать, что в некоторые моменты я себя просто ненавижу. Я всегда была слишком толстой, или слишком высокой, или просто считала себя слишком уродливой. Я не могла справиться со своими проблемами и не могла легко общаться с людьми.

Первый раз Одри попробовала себя в качестве актрисы ещё до отъезда из Голландии.

Произошло это случайно — компания «KLM» в целях рекламы решила снять документальный фильм «Голландский за семь уроков» («Nederlands in 7 Lessen»). Это была, так сказать, документальная комедия об операторе, путешествующем по Голландии и снимающем её достопримечательности. Голландская версия была длиной в 79 минут, английская — в 39.

На роль стюардессы им потребовалась девушка, которая одинаково хорошо владела бы голландским и английским, и они взяли Одри. Вероятно, получить эту роль ей помогла Элла, у которой были связи в руководстве авиакомпании, ведь сама Одри в то время не испытывала к кино особого интереса. Но она в то время старалась воспользоваться любой возможностью подработки и с радостью согласилась.

Одри там переходит дорогу, привлекает внимание оператора, который останавливает её и расспрашивает, кто она такая. Она говорит, что стюардесса, красуется в форме на фоне самолёта и закадрового рассказа об авиакомпании, а потом предстаёт в мечтах оператора в романтическом образе — с лютней в руках и пером в волосах.