Гилмор Гарт - Без труб, без барабанов

Снелл участвовал в нескольких школьных соревнованиях школ в Вейхи, выступая, и довольно удачно, на более длинных дистанциях. Однако что такое настоящее соревнование на дорожке, он узнал, когда ему исполнилось 12 лет.

Это были соревнования начальной школы, и хотя Питеру не удалось занять призовое место в спринте, он выиграл 440 и 880 ярдов с рекордным временем.

В 1951 году Снелл улучшил свое время на полмили примерно на 11 секунд, но участвовал в соревнованиях лишь потому, что это было состязание, в котором на него возлагали определенные надежды. Все это время он был вполне убежден, что его будущее в спорте — теннис. Его школьным учителем был Кен Клемменс, чемпион по теннису Те Арохи. И в Те Арохе был отличный травяной корт для молодых теннисистов.

Отличительная черта характера Снелла — все делать как можно лучше впервые проявилась в беге, когда он учился в средней школе. Перед ежегодным школьным стипль-чезом, в котором нужно было участвовать каждому, он провел несколько пробных пробежек по трассе. К этому его побудила мысль о том, что если некое дело достойно того, чтобы его делать, делать его следует хорошо. Он обнаружил, что от природы он способен хорошо бежать по естественной пересеченной местности (эта способность у него осталась и в дальнейшем), и это обстоятельство плюс беговая практика принесли Питеру победу на юношеских соревнованиях с рекордным временем.

Свою первую милю Снелл пробежал в 14 лет, пробежал без специальной тренировки и только потому, что как чемпион школы в стипль-чезе в спринте выступать не мог, а должен был где-то участвовать в школьном чемпионате. Его результат — какие-то жалкие 5 мин. 21 сек. — все же был рекордом школы.

Однако занятия теннисом шли особенно успешно. Настолько успешно, что когда он играл в возрастной группе до 17 лет в чемпионате Окленда против Лью Джерарда, наиболее талантливого игрока послевоенных лет в Новой Зеландии, тому потребовалось три сета, чтобы избавиться от Питера в четвертьфинале.

Все же тогда в становлении Питера Снелла еще не было черт того Питера Снелла, который в 1960 году в Риме удивил всех.

И вот история, рассказанная им самим.

Встряска и пробуждение

В 1955 году меня послали в пансионат средней школы на горе Альберта в Окленде, где я готовился к технической специальности. Одним из первых, о ком я услышал здесь как о спортсмене, был Герби Тауэрс, школьный тренер по легкой атлетике. Брат Тауэрса в Те Арохе сказал ему, что я вполне приличный легкоатлет, и он был весьма настойчив в том, чтобы я продолжал заниматься легкой атлетикой.

Однако после сравнительно быстрых успехов в Те Арохе здесь я испытал внезапное потрясение. В первых же соревнованиях на 1 милю я с трудом занял третье место, отстав от победителя примерно на 150 ярдов. В беге на полмили снова был третьим с разрывом примерно в 80 ярдов. На финише раньше меня были Майкл Мэки и Тони Эстон, оба из Окленда, выступавшие по группе юниоров. Вот так обстояло дело с природными способностями. Я реагировал на эти ошеломляющие поражения заключением о неоспоримом превосходстве надо мной этих бегунов и решил, что будет лучше переключиться на теннис.

В это же время мой отец, пытаясь раздобыть надежного игрока, сообщил специалисту по крикету Дэдди Вейру, что я — довольно способный, неторопливый левша. Дедди сразу проверил меня. Я произвел на него достаточно благоприятное впечатление, чтобы получить место в первой команде крикетистов для участия в первом матче.

Возможно, я занимался крикетом больше, чем нужно тому, кто предпочитает играть в теннис. Но, к счастью, игры в крикет проводились после полудня, и в теннис мне удавалось играть за школу по утрам.

В первый год пребывания в школе на горе Альберта лучшим моим легкоатлетическим результатом было четвертое место в кроссе, который проводился среди учащихся средних школ. Грозный Мэки был первым, за ним пришли два парня из Королевского колледжа. На следующий год в этих соревнованиях я прибежал вторым вслед за Мэки и был впереди Эстона.

Единственную победу в первый год мне принесли прыжки в высоту с результатом 5 футов 2 дюйма, что служило некоторым утешением.

Мэки был, так же как и я, в школьном пансионате, и он впервые привлек меня к серьезной тренировке в беге. В конце 1955 года я был уже достаточно подготовлен, чтобы выступить в межшкольных соревнованиях в эстафете 4 по 880 ярдов. Команда, состоявшая из Мэки, Эстона, Д. И. Линча и меня, сбросила 7,3 секунды с рекорда, закончив бег с результатом 8.28,7. Эстон в это время являлся чемпионом колледжей на одну милю, чемпионом провинциального округа на две мили и был вторым на первенстве страны на две мили. Мэки победил на 880 ярдов в межшкольных соревнованиях и в первенстве Окленда среди юниоров и, так же как и Эстон, был вторым на первенстве страны в беге на 880 ярдов. Таким образом, я оказался в избранном обществе.

Между прочим, после школы я не участвовал в эстафетах до 1961 года, когда в одном из соревнований в Дублине наша команда в составе Мюррея Халберга, Барри Мэги, Гарри Филпотта и меня побила мировой рекорд в беге на 4 по 1 миле.

Спорт, как можно догадаться, преобладал в моей жизни во время учебы в школе.

В 1956 и 1957 годах я выигрывал школьные чемпионаты по теннису. В 1957 году Мэки и Эстон уже окончили школу, и я выиграл звание чемпиона школы в беге на одну милю и полмили. После этого я собрался выиграть межшкольные соревнования и показать рекордное время.

Рекорд школы на полмили принадлежал Н. Уилсону и равнялся 2 минутам ровно — результат, который и Эстон и Мэки могли бы побить на несколько секунд, если бы состязались в благоприятных условиях или были бы в хорошей форме в нужное время. Поэтому несмотря на то, что я никогда не был выше, чем они, я выиграл соревнование, когда все условия, включая погоду и мою подготовленность, были благоприятными, и установил рекорд, показав 1.59,6. Я был также вторым вслед за Тони Дэвисом в прыжках в длину и третьим в беге на одну милю.

Межшкольные соревнования были волнующей встречей. Каждый колледж имел свою толпу болельщиков, своих специальных крикунов, и они невероятно шумели на протяжении всего соревнования. Бег на рекорд в таких условиях был, я думаю, одним из самых волнующих моментов в моей спортивной жизни. Я помню, что когда, объявляя результат, диктор сказал: «Одна минута…», все потонуло в реве болельщиков. Чувство, возникшее при этом, можно сравнить с тем, которое я испытал впоследствии, когда впервые пробежал одну милю быстрее чем за четыре минуты.

Слушая этот рев, я вспоминал комментарии, которые дал в 1953 году на межшкольных соревнованиях в Вайкато мой более опытный товарищ по команде в Те Арохе Боб Липси. Второй год подряд я финишировал вторым в беге на одну милю в группе юношей, лидируя всю дистанцию до последних 220 ярдов. Липси сказал: «Пит, из тебя ничего путного не выйдет. У тебя не хватает финишного броска».