Виталий Дмитриевский - Шаляпин в Петербурге-Петрограде

театре, и они ему так понравились, что он взял их на память и всегда возил с

собой. В эти дни в Павловске должен был состояться бенефис Хессина, и

дирижер пришел к Шаляпину репетировать сцену «Прощание Вотана» из оперы

Вагнера «Валькирия». Певец редко исполнял произведения великого немецкого

композитора и уверял дирижера, что не знает партии. Шаляпин поразил Хессина

тем, что читал партию с листа так же безукоризненно, как читал бы газету, а

также настойчивым желанием глубоко осмыслить драматическое развитие

сюжета, логику чувств персонажа.

— Скажите, Александр Борисович, зачем вам понадобился такой бешеный

темп в момент прощания отца с дочерью? Я представляю себе это прощание

более трогательным, а потому и в более сдержанном темпе, — обратился

Шаляпин к аккомпанировавшему ему дирижеру.

Хессин аргументированно объяснил психологические мотивировки

характера Вотана.

— Ага! Теперь ясно, — сказал Шаляпин и, сбросив с себя шелковый халат,

вскочил с кресла, порывисто метнулся на середину комнаты и начал снова...

Где бы ни был Шаляпин, его день всегда начинался с работы. Он готовился к

вечернему выступлению, разучивал новые романсы, и когда к нему приходили

музыканты, всегда бывал рад возможности проверить уже найденные или

поискать вместе новые интонационные оттенки арии или романса.

Бенефис Хессина в Павловском вокзале прошел с успехом. «Из Петербурга

поезда приходили переполненными, и в конце концов собралось столько народу,

что в зале с трудом можно было двигаться, — писала «Петербургская газета» 30

августа 1907 года. — Конечно, Шаляпин был центром внимания, и за ним

совсем стушевался бенефициант».

Осенью 1907 года Шаляпин готовился к концертной поездке по Америке.

Перед отъездом хористы Мариинского театра просили певца участвовать в

бенефисном спектакле — опере Бойто «Мефистофель». 15 сентября артист с

большим успехом выступил в заглавной роли. В сентябре Шаляпин часто

выходил на Мариинскую сцену — пел в «Лакме», «Юдифи», «Фаусте».

Газеты печатали сообщения о предстоящих гастролях и об условиях нового

договора, заключенного Шаляпиным с императорскими театрами. «По новому

контракту Шаляпин будет получать 60 ООО рублей в год, то есть 2000 рублей за

спектакль», — скрупулезно подсчитывала «Петербургская газета» и, называя эту

цифру «рекордной», для сравнения сообщала — Немирович-Данченко, Качалов,

Станиславский получают 12 000 в год. Однако Шаляпин по-прежнему был

озабочен «денежной проблемой». Мысли о возможной бедности никогда его не

покидали. Кроме того, в 1906 году у Шаляпина появилась вторая семья.

Еще в письмах Стасова упоминалось имя второй жены певца — Марии

Валентиновны Петцольд, урожденной Элухен. Шаляпин познакомился с ней в

Москве, в одном из московских музыкальных салонов.

Мария Валентиновна Элухен родилась в Казани, в богатой семье. Ее мать

происходила из знатного австрийского рода, отец, обрусевший немец, был

генералом. Восемнадцати лет Мария Валентиновна вышла замуж. Отец ее мужа

владел пивными заводами. Ко времени знакомства с Шаляпиным М. В.

Петцольд была вдовой с двумя маленькими детьми. О личности второй жены

певца сохранилось мало воспоминаний, хотя она всегда была на виду. Красавица

и богачка, она постоянно упоминалась в светской петербургской хронике.

Без сомнения, Мария Валентиновна была необычайно преданна Шаляпину.

Горький называл ее «верным Шаляпину человеком» и относился к ней с

большой симпатией.

Вторая семья Шаляпина жила в Петербурге, но он не порывал отношений и

с первой семьей, оставшейся в Москве, постоянно заботился об Иоле

Игнатьевне и детях. С появлением второй семьи прибавились новые заботы.

Необходимы были и большие средства для содержания теперь уже двух домов.

* * *

Когда в 1909 году Шаляпин вновь приехал в Петербург, он поселился вместе

со своей второй семьей недалеко от Мариинского театра, на Крюковом канале. В

доме №10 по набережной Крюкова канала певец снимал три меблировайные

комнаты в квартире Животовских на первом этаже. Это небольшое

светлозеленое трехэтажное здание можно видеть и сегодня. Сохранилась и

старинная деревянная дверь парадного входа с бронзовыми украшениями. Дом

находился по соседству с Мариинским театром, рядом — Торговый мост через

Крюков канал с изящными фонарями на узорчатых чугунных кронштейнах.

Шаляпин любил этот район. Ему нравился вид из окна на канал, по

которому сновали небольшие лодки. В спокойной воде отражалась стройная

легкая колокольня Никольского собора, вдалеке виднелся смутный силуэт

голубого купола Троицкого собора. Рядом — старинный Никольский двор.

На Крюковом канале, в доме №6-8, вблизи Новой Голландии, жил Эдуард

Францевич Направник, прославленный дирижер Мариинского театра. В этом же

доме снимала квартиру балерина Т. Карсавина. Совсем рядом, на Торговой

улице (сейчас улица Союза Печатников), жил певец И. Тартаков, на Малой

Подьяческой — певец В. Шаронов, сослуживцы Федора Ивановича. На

Английском проспекте (ныне проспект Маклина) снимали квартиры балерина

Анна Павлова и драматическая актриса Вера Федоровна Комиссаржевская. В

1906-1907 годах театр Комиссаржевской находился поблизости — в доме №39

на Офицерской улице (ныне улица Декабристов).

Как обычно, когда певец приезжал в Петербург, многие хотели с ним

увидеться и уже с утра толпились в гостиной. Вот как описывал свое посещение

Шаляпина М. Бихтер, который одно время был аккомпаниатором артиста:

«Я вошел в просторную комнату, освещенную яркими лучами солнца, окна

ее выходили на канал. Несколько человек ожидали Федора Ивановича, подобно

тому, как в древности ожидали выхода царя. Был час пополудни. Говорили тихо.

Но вот отворилась правая дверь, и к нам вышел молодой великан-славянин.

Одет он был в утреннюю одежду, ибо только что поднялся с постели. Сквозь

распахнувшийся халат видна была длинная до пят рубашка с великолепно