Французские тетради - Илья Григорьевич Эренбург

характера, от душевной стыдливости, от почти обязательного сочетания растроганности с иронией.

Пожалей меня, я не искусница,

Нить бежит, за ней не поспеть.

Если трудно мне, если грустно мне,

Если мне не хочется петь,

Я спою веселую песенку,

Ты на песенку эту ответь.

Если радостно, если весело,

Нить бежит, за ней не поспеть,

Я спою печальную песенку.

Ты на песенку эту ответь.

Песни меняются, и песни остаются. Даже громкий голос радиоприемника или телевизора, врывающийся далеко от столиц в тишину длинных зимних вечеров, не может победить в человеке жажду своей песни. Вероятно, есть в песне притягательная сила, которая заставляет человека, народ петь.

День был синий и ветреный,

Подымали корабль волны,

Корабль тот был серебряный,

Паруса – из синего шелка.

Матрос взобрался на мачту.

Прощай, я люблю другого!

А вспомню песню и плачу –

Песня сильнее слова.

Конечно, нельзя жить подделками. Нельзя перенести в современную поэзию ритм и построение старых народных песен. Хотя на всех языках слова «искусственный» и «искусство» близки, бесконечно далеки эти два понятия. Мы не раз видели в разных литературах попытки перенять формы старой народной поэзии и потрясались бесплодьем этих попыток. Бюффон некогда сказал: «Стиль – это человек». Можно добавить, что стилизация – это отсутствие человека, стилизованная поэзия прежде всего безлична и бесчеловечна. Нельзя теперь написать ни «Песни о Роланде», ни песенки о Пьере, которого любит Пернетта. Наш век вложил в понятие народной поэзии новый смысл; может быть, после многовекового разрыва мы подходим к эпохе, когда исчезнет деление между «ученой» поэзией и «народной».

А старые песни живут. Это не страницы хрестоматии, не архивы музея, – это ключ к сердцу народа, народа, который не вчера родился и не завтра умрет.

Песни XV–XVIII веков

По дороге по лоррэнской (XVI век)

По дороге по лоррэнской

Шла я в грубых, в деревенских –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Повстречала трех военных

На дороге на лоррэнской –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Посмеялись три военных

Над простушкой деревенской –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Не такая я простушка,

Не такая я дурнушка –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Не сказала им ни слова,

Что я встретила другого, –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Шла дорогой, шла тропинкой,

Шла и повстречала принца –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Он сказал, что всех я краше,

Он мне дал букет ромашек –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Если расцветут ромашки,

Я принцессой стану завтра –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Если мой букет завянет,

Ничего со мной не станет –

Топ-топ-топ Марго,

В этаких сабо.

Пернетта (XV век)

Пернетта слова не скажет,

Она до зари встает,

Тихо сидит над пряжей,

Слезы долгие льет.

Жужжит печальная прялка.

Пернетта молчит и молчит.

Отцу Пернетту жалко,

Пернетте отец говорит:

«Скажи, что с тобою, Пернетта?

Может быть, ты больна,

Может быть, ты, Пернетта,

В кого-нибудь влюблена?»

Отвечает Пернетта тихо:

«Я болезни в себе не найду.

Но бежит за ниткой нитка,

А я все сижу и жду».

«Пернетта, не плачь без причины,

Жениха я тебе найду,

Приведу прекрасного принца,

Барона к тебе приведу».

На дворе уже вечер темный.

Задувает ветер свечу.

«Не хочу я глядеть на барона,

На принца глядеть не хочу.

Я давно полюбила Пьера

И буду верна ему,

Я хочу только друга Пьера,

А его посадили в тюрьму».

«Никогда тебе Пьера не встретить,

Ты скорее забудь про него –

Приказали Пьера повесить,

На рассвете повесят его».

«Пусть тогда нас повесят вместе,

Буду рядом я с ним в петле,

Пусть тогда нас зароют вместе,

Буду рядом я с ним в земле.

Посади на могиле шиповник –

Я об этом прошу тебя,

Пусть прохожий взглянет и вспомнит,

Что я умерла, любя».

У отца зеленая яблоня (XVII век)

У отца зеленая яблоня –

Лети, мое сердце, лети! –

У отца зеленая яблоня,

Золотые на яблоне яблоки,

Только некому потрясти.

Задремали три дочки под яблоней –

Лети, мое сердце, лети! –

Задремали три дочки под яблоней.

Никому я про то не сказала бы,

Никто их не станет будить.

Вскоре младшая вдруг просыпается –

Лети, мое сердце, лети! –

Вскоре младшая вдруг просыпается,

Говорит она: «Ночь уж кончается,

Светает, пора нам идти».

Это только тебе померещилось –

Лети, мое сердце, лети! –

Это только тебе померещилось,

Это только звезда среди вечера,

Звезда нашей тихой любви.

На войне, на войне наши милые –

Лети, мое сердце, лети! –

На войне, на войне наши милые,

И какая беда ни случилась бы,

Не закатится свет любви.

Если милым победа достанется –

Лети, мое сердце, лети! –

Если милым победа достанется,

Никогда, никогда не расстанемся,

Будем наших милых любить.

Проиграют войну или выиграют –

Лети, мое сердце, лети! –

Проиграют войну или выиграют,

Все равно их будем любить.

Рено (XVI век)

Ночь была, и было темно,

Когда вернулся с войны Рено.

Пуля ему пробила живот.

Мать