Коллектив авторов - Александр III – Миротворец. 1881-1894 гг.

В 1876 г. его перевели на Черноморский флот. Там Макаров предложил переоборудовать пароход «Великий князь Константин» для перевозки минных катеров к месту будущих боев. Во время русско-турецкой войны, командуя этим кораблем, провел ряд успешных атак. Он использовал не только шестовые мины (их шестом двигали под днище вражеского корабля), но и впервые в русском флоте применил самодвижущиеся мины (торпеды) Уайтхеда. Во время одной из торпедных атак

14 января 1878 г. русский минный катер потопил турецкий вооруженный пароход «Интибах». Эта победа – первое известное в истории успешное применение торпедного оружия в боевых действиях на море.

В 1881 г. С. О. Макаров на пароходе-стационаре «Тамань» исследовал пролив Босфор и обнаружил в нем новое глубинное течение. Он опубликовал результаты своих изысканий в книге «Об обмене вод Черного и Средиземного морей» (1885 г.), которую отметили премией Российской академии наук.

Командуя корветом «Витязь», С. О. Макаров в 1886–1889 гг. совершил кругосветное плавание, во время которого провел океанографические исследования. Их результаты были опубликованы в работе «Витязь» и Тихий океан» (1894 г.).

В 1890 г. С. О. Макаров был назначен младшим флагманом Балтийского флота, а в 1891 г. – главным инспектором морской артиллерии. Он настоял на необходимости перехода флотской артиллерии на бездымный порох, изобрел бронебойные наконечники к снарядам.

В 1894 г. Макаров командовал Средиземноморской эскадрой, вместе с которой через Суэцкий канал совершил переход в Тихий океан, где начинал зарождаться русско-японский конфликт. После возвращения из этого плавания издал ставший классическим труд «Рассуждения по вопросам морской тактики» (1897 г.).

С. О. Макаров известен и своими арктическими походами 1899 и 1901 гг. к Шпицбергену, Земле Франца-Иосифа и Новой Земле, которые он совершил на построенном при его участии ледоколе «Ермак». В 1899 г. его назначили главным командиром Кронштадтского порта. Макаров организовывал операцию по спасению броненосца береговой обороны «Генерал-адмирал Апраксин», во время которой 24 января 1900 г. впервые использовал радиосвязь для срочной передачи сообщений.

После начала русско-японской войны 1904–1905 гг. вице-адмирала Макарова назначили командующим Тихоокеанской эскадрой. 24 февраля 1904 г. он прибыл в Порт-Артур и начал деятельно готовиться к предстоящему сражению с неприятельским флотом. Макаров погиб на флагманском броненосце «Петропавловск», подорвавшемся на японском минном заграждении. В. В.

Общественно-политические движения

Главный успех народовольцев – убийство императора – стал их лебединой песней. Революционное подполье гибло под ударами властей. После «второго 1 марта» 1887 г., когда группа студентов под руководством А. Ульянова совершила неудавшееся покушение на Александра III, движение было окончательно разгромлено.

Вместо революционеров-народников появляются либеральные народники, которые ведут общество к справедливому социализму с помощью мирной работы: устройства больниц, школ, экономической помощи общинам и т. д. Зарождается новое учение, быстро набирающее популярность – марксизм.

Дело 1 марта 1887 года

В 1886 году в Петербурге возникла «Террористическая фракция Народной воли», организатором которой стал студент Петербургского университета Александр Ильич Ульянов – старший брат В. И. Ульянова (Ленина). В группе было около полутора десятка человек – преимущественно студенты университета, которые 1 марта 1887 года подготовили покушение на Александра III. Однако полиция уже наблюдала за одним из заговорщиков – Андреюшкиным – и через него вычислила других членов группы. Всех их немедленно арестовали.

ДОНЕСЕНИЕ АЛЕКСАНДРУ III МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ Д. ТОЛСТОГО ОТ 5 МАРТА 1887 ГОДА. «Рассмотрено Его Величеством 7 марта. Гр. Толстой.

Дальнейшим расследованием обстоятельств дела, о разрывных снарядах, задержанных l-ro сего марта, выясняется, что еще 3-го января было предложено Генералову принять участие в покушении на жизнь Государя Императора и приготовить квартиру, в которой можно устроить склад для выделки разрывных снарядов. В конце января Генералов, по поручению тех же лиц, склонил Андреюшкина, уже раньше принимавшего участие в приготовлении, взять на себя роль метальщика, и только в 20-х числах февраля состоялось знакомство Генералова и Андреюшкина с третьим метальщиком Осипановым.

По словам Генералова, упорно отказывающегося назвать имена, он имел сношение по этому делу с тремя лицами, которые представляли из себя так называемую террористическую фракцию и в действительности руководили приготовлениями к преступлению. Лица эти потому не приняли на себя роли исполнителей, говорит Генералов, что неудобно ходить по Невскому со снарядами людям, находящимся под наблюдением полиции.

Сопоставляя изложенные сведения с прочими данными, надлежит прийти к заключению, что во главе преступного предприятия стояли студенты: Шевырев, Говорухин и Ульянов, из которых последние двое в действительности находились под наблюдением полиции. Образ действий названных трех лиц приводит к тому же заключению: Шевырев выехал из Петербурга в половине февраля, Говорухин скрылся, оставив письмо о самоубийстве, а Ульянов, в первых числах февраля, нанялся учителем к земской акушерке Ананьевой, проживающей во 2-м Парголове. Прожив у Ананьевой два дня, Ульянов вернулся в Петербург, а между тем разные химические препараты, служащие для выделки взрывчатых веществ, направлялись на его имя во 2-е Парголово, через посредство Новорусского – жениха дочери акушерки Ананьевой.

Студент Пилсудский, который в г. Вильно свел прибывшего за азотной кислотой Каичера с „Антоном, показал, что „Антон есть бывший ученик железнодорожного училища Антон Гнатовский. Для задержания его и расследования по г. Вильно вчера выехали туда товарищ Прокурора и Жандармский офицер.

Участие в набивке снарядов динамитом студента Лукашевича подтверждает и мещанин Волоков, приходивший вместе с Канчером в квартиру Ульянова.

О вышеизложенном всеподданнейшим долгом поставляю себе доложить Вашему Императорскому Величеству.

Граф Дмитрий Толстой

5 марта 1887 г.»

ПОКАЗАНИЕ СТУДЕНТА С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА АЛЕКСАНДРА УЛЬЯНОВА ОТ 4-ГО МАРТА 1887 ГОДА. «Я признаю свою виновность в том, что, принадлежа к террористической фракции партии „Народной Воли“, принимал участие в замысле лишить жизни Государя Императора. Участие мое выразилось в следующем: в феврале этого года, в точности времени определить не желаю, я приготовлял некоторые части разрывных метательных снарядов, предназначавшихся для выполнения этого замысла, а именно: часть азотной кислоты для приготовления динамита и часть белого динамита, количество которого определить отказываюсь; затем я приготовлял часть свинцовых пуль, предназначавшихся для заряжения снарядов, для чего я резал свинец и сгибал из него пули, но стрихнином пуль не начинял. Потом мне были доставлены два жестяные цилиндра для метательных снарядов, которые я набил динамитом и отравленными стрихнином пулями, также мне доставленными; перед этим я приготовил два картонных футляра для снарядов и оклеил их коленкоровыми чехлами. – В каком состоянии были в это время запалы снарядов, я не припомню. По набивке этих снарядов, я их возвратил. Собственно фактическое мое участие в выполнении замысла на жизнь Государя Императора этим и ограничивалось, но я знал, какие лица должны были совершить покушение, т. е. бросать снаряды. Но сколько лиц должны были это сделать, кто эти лица, кто доставлял ко мне и кому я возвратил снаряды, кто вместе со мной набивал снаряды динамитом, я назвать и объяснить не желаю; в приготовлении третьего снаряда я не участвовал и его у себя не хранил; мне известно, что всех снарядов было три, по крайней мере, я не слышал, чтобы было больше снарядов. Ни о каких лицах, а равно ни о называемых мне теперь Андреюшкине, Генералове, Осипанове и Лукашевиче никаких объяснений в настоящее время давать не желаю. Точно времени, назначенного для выполнения покушения, я определить не могу, а сделать это приблизительно в настоящее время отказываюсь».