Марина Цветаева. Письма 1933-1936 - Марина Ивановна Цветаева

class="title6">

1800

Общее дело (фр.).

1801

А. Штейгер писал письма на листочках картона, украшенных баронским гербом.

1802

Из строительного камня (фр.).

1803

Пишу немножко своё. Перевожу Пушкина. — За время пребывания в Верхней Савойе (7 августа — 17 сентября) Цветаевой были написаны циклы «Стихи сироте» (16) и «Савойские отрывки» (1–3) (СС-2. С. 337–341 и 342–343), а также выполнен перевод «Бесов» А.С. Пушкина.

1804

«История о докторе Иоганне Фаусте, знаменитом чародее и чернокнижнике. Как он на некий срок подписал договор с дьяволом, какие чудеса он в ту пору наблюдал, сам учинял и творил, пока, наконец, не постигло его заслуженное наказание» (нем.) — первая обработка легенды о докторе Фаусте, так называемая «Народная книга», изданная И. Шписом в 1587 г. (нем.).

1805

 Борн, дядя Кюлеборн (нем.), Born — поэтический ключ (нем.). Oheim K*hlebom — дядя холодный ключ (устн. нем.). — Ассоциация с романтической сказкой немецкого писателя Фридриха де ла Мотт Фуке (1777–1843), где один из героев носит имя дядюшки Кюлеборна, в переводе В.А. Жуковского он назван дядюшка Струй.

1806

«Ну вот, еще одна…» (а одна) (фр.).

1807

Двор (нем.).

1808

Здравствуйте, мадам, мне скатали извините меня, если я ошибаюсь… — ну, ладно… Вы гадалка? — Это я, это я, входите, мадам (фр.).

1809

Я слышала, что вы хорошо гадаете на картах. И вот я пришла, как другие <приходили к вам> (фр.).

1810

Я только что начала превосходную игру в карты… Это нам принесет удачу (фр.).

1811

Мадам, прежде чем начать гаданье для меня… (фр.).

1812

Я хотела бы вас спросить: не могли бы вы погадать на отсутствующего? (фр.).

1813

Так это не на вас? А у меня не будет неприятностей? Это — не чтобы посмеяться надо мной? — Нет, это очень серьезно. Этого хочет он, и хочет очень серьезно. И вообще, он не насмехается никогда (фр.).

1814

И сломал мне два стула. — «А в тот же вечер было оглашение о свадьбе» (фр.).

1815

Это для вас или для отсутствующего?.. Это — для меня (фр.).

1816

Зависит от руки (фр.).

1817

Затем. — Вы снимаете (фр.).

1818

О, нет, нет! Я не смею больше коснуться их! (фр.).

1819

Вместо: nom de Dieu, запрещенного церковью (Примеч. M. Цветаевой.)

1820

                               На отсутствующего

— Как его зовут? <…>

— Много есть гаданий — что другое — это на дальнюю дорогу.

                               На дальнюю дорогу.

…Усталость, дорога, болезнь. То и дело в больнице. — А вот письмо — радость нежданная! — Сейчас-то он здоров. — А людей-то, людей! — А перестрадал сколько, человек-то хороший и добрый очень. Денег у него было много, что-то ему вернется, он ведь умный очень. — Вот письмо! — Здесь похуже немного: болезнь и нервничает очень. Даму одну любит очень. <…>

— Вас очень любит, и Вы его видели — 10 месяцев назад — тут 10 карт — а может, 10 лет?

— Дорог он Вам, и с Вами в родстве. Он было сильно похудел, а потом чуточку поднабрал. Дорогуша — червовый туз. И ведет себя примерно, положительный. Очень. Все его покинули, а Вы пришли к нему, — он был в большой опасности — сейчас он вне опасности. И смерти ему нет — а был момент, хотел он смерти. Нет, нет, нет! Нет никакой смерти. Он еще проживет.

И любит он Вас, родня, как бы сын Вам. Только не говорите мне, ничего не говорите!

— А вот письмо! —

(Вот задержка, мужчина, верный друг…)

Его карта выпала рядом с Вашей. Это же он — червовый валет! Новые события Вас сведут: 10 лет не придется ждать, чтобы Вам снова увидеться.

Еще один молодой человек, при нем? Ох ты батюшки!

…Другая дама печалится о нем, тоже больная. …нежданная радость, большое счастье…

…Он не пишет, потому что он после болезни в себя не пришел. В больнице — воля не своя. Нервничает очень, и не в себе. Я вижу хорошо письмо, но это еще не завтра. Может, даже не его письмо, а письмо санитара.

                                               <…>

— Вы все сказали? — Не нужно всего говорить. Есть вещи, о которых нужно промолчать. На третий раз только можно говорить… Я и так Вам слишком много сказала.

— Значит, Вы кончили? — Совсем кончила, а Вы не расстраивайтесь: он выздоровеет. — Значит, вы ничего больше не скажете? — Милая дамочка, я Вам и так слишком много сказала.

— Тогда я Вам скажу, что он в больнице и его только что прооперировали, он мне не пишет. Я даже не знаю его родственников… И я не решаюсь слишком часто ему писать, и поэтому ничего не знаю о нем — поэтому пришла к Вам, потому что Вы — знаете. <…>

Бедный парень! Я знала, я близко была.

…Сколько я Вам должна? — Сколько можете. Я всегда довольна.

<…> — О, это слишком много, слишком много! Вы себе в убыток…

Берите. Вы мне много добра сделали.

— Есть много гаданий. Это первое. Как бы я ни старалась Вас не узнать, когда Вы опять придете — ведь сколько народу ходит! я Вас узнаю по Вашим картам. Даже если Вы наденете роскошное манто, волосы уложите у парикмахера, накраситесь, я Вас все равно узнаю по Вашим картам. Тогда это будет второй расклад. Как бы ни старалась Вас забыть, как забуду Ваши карты? — карты мне все напомнят. Есть гадание на «Что есть», на «Что будет», есть «тройное». И еще сколько других.

— Кто Вас научил гадать. У Вас что, в семье гадали?

— Нет, Мадам. Я начала в 17 лет. Я тогда жила у одной дамы, которая умела гадать. Но она гадала на себя. Однажды вечером она меня послала