Евгений Фрейберг - Корабли атакуют с полей

Потом под музыку, балансируя и припадая то на одну, то на другую ногу, как бывает во время качки на корабле, он приблизился к рампе и здесь, стоя на месте, ударил чечётку...

Победно заревели трубы, и песня, с которой балтийские моряки шли в атаку на офицерские полки, заполнила весь зал театра и смешалась с бурей рукоплесканий. Рабочие моряки и красноармейцы стоя дружно хлопали в такт музыке.

Пора было кончать танец, и дирижёр уже несколько раз подавал своей палочкой сигналы Родиону, но тот и не смотрел на него.

Словно заведённый, он отбивал ногами частую дробь, медленно кружась по сцене.

— Как бы его, чёрта, остановить? — шепнул соседу комендант. — Совсем парень обезумел! Ни на кого даже не смотрит, кружится, словно тетерев на току!

— Обожди! — тихо ответил моряк. — Завод окончится, он и перестанет.

— Не знаешь ты нашего Родьку, он и без завода полдня пропляшет!

В это время сидевшая в первом ряду московская артистка поднялась, подбежала к рампе и бросила мальчику букет цветов. Родион отскочил в сторону, словно это была бомба! Случайно он взглянул на дирижёра и увидел, что тот корчит ему страшные рожи и что-то сигналит палочкой. «Надо сматываться! — решил мальчик. — А то ещё запустит палкой!»

Под гром аплодисментов, слегка подтанцовывая, он подбежал к морякам и спрятался за ними. Зрители хлопали, кричали, вызывая танцора, но Родион больше не показался. Незаметно он пробрался за кулисы и... удрал.

Военный парад 1919 года

На другой день был военный парад и демонстрация трудящихся Нижнего Новгорода.

Революционным грозным шагом прошли перед трибунами моряки Волжской военной флотилии и бойцы морского десантного отряда. Чётко чеканя шаг, вступили на площадь красные курсанты. Они шли с винтовками наперевес, мягко поблёскивала синяя сталь штыков. За ними, грохоча по мостовой колёсами, пронеслись лихие тачанки с пулемётами...

Парад закончился, и площадь заполнили колонны нижегородцев. Впереди с большим Красным знаменем шли рабочие Красного Сормова. Над демонстрантами пролетело несколько самолётов. Радостно и весело прошёл праздник Великого Октября.

Новое задание

На следующий день, рано утром, к начальнику отряда пришёл комиссар.

— Что будем делать с Родионом? — спросил он. — Волга и Кама свободны, нас, наверное, перебросят в Сибирь. А мальчика брать с собой не следует ему надо учиться. Вопрос, примут ли его сейчас в школу, ведь прошло более двух месяцев, как начались занятия. Может быть, вы поговорите с директором подшефной школы, ведь вы с ним знакомы?

— Есть такое дело, комиссар! Попробую его уговорить. А Родион как, не будет артачиться, говорили с ним?

— Здесь полный порядок. Вначале он расстроился, когда узнал о решении послать его в школу. Но я разъяснил, что воевать нам больше не с кем, а флоту нужны грамотные моряки. Скоро у нас будут корабли с такой автоматикой, что все матросы и командиры должны быть техниками или инженерами. Поэтому надо учиться и учиться.

Когда же я сказал ему, что придёт время — и мы, участники мировой революции, во главе международной эскадры пойдём громить капиталистов, у Родьки даже глаза загорелись. «Вот здорово будет! — воскликнул он. — Ради этого стоит поучиться!» Так что он согласен, теперь дело за вами.

Начальник отряда немедленно отправился в школу. «Надо обязательно настоять, чтобы его приняли, — думал он. — Мы уедем, а парень останется один. Устроим его в хорошей семье какого-нибудь нашего моряка, и всё будет в порядке». Директор школы внимательно выслушал командира, но принять Родиона отказался.

— Скоро окончится четверть, — сказал он, — и вашему парню никак не догнать класс. А заниматься с ним отдельно мы не сможем. Придётся отложить до осени, ничего не поделаешь. Так-то, товарищ командир.

— Хорошо, а если мы, с вашей помощью, найдём учителя, который занялся бы с ним, согласитесь его принять? Уроки мы, конечно, оплатим. Мы очень заинтересованы в судьбе этого парня. Мать его убили, отец воюет где-то на фронте, и мальчик совсем один. Вот слушайте... — И моряк коротко рассказал про боевые дела Родиона.

Директор с удивлением выслушал рассказ и решительно сказал:

— Присылайте завтра вашего парня, устроим!

Обрадованный вернулся начальник в штаб флотилии.

— Полный порядок, товарищ комиссар, — радостно объявил он. — Родиона принимают, и завтра велено ему явиться в школу!

— Вот и хорошо! Срочно созываем общее собрание моряков и провожаем парня. Хорошо, если командиры смогут ему что-нибудь подарить. Может быть, у кого-нибудь сохранился старый кортик. Нам он не нужен, а мальчику лестно будет его иметь. Это — кроме ценного подарка, которым награждает его командование. Итак, через час собрание.

Проводы в школу

Каменный дом. В нём до революции помещалось купеческое собрание. Здесь загулявшие купцы били бутылками с шампанским огромные зеркала, а потом платили за хулиганство колоссальные деньги. «Брильянтовые зеркала», говорил начальник отряда...

Пронзительным свистом боцманских дудок и звуками горна, игравшего «Большой сбор», вдруг огласился весь дом.

Быстро, как по боевой тревоге, моряки заполнили большой зал клуба. Когда командиры и комиссары заняли свои места в президиуме, моряки увидели сидевшего среди начальства маленького разведчика Родиона Кирсанова.

Поднялся комиссар флотилии.

— Товарищи военные моряки! — сказал он. — Много раз мы собирались, провожая в последний путь наших доблестных товарищей, отдавших жизнь за дело революции. Сегодня у нас совсем другие, радостные проводы. Наш маленький отважный товарищ Родион Кирсанов уходит от нас, чтобы смело вступить на путь учения. Разрешите мне зачитать приказ командования.

«Пункт первый: за отличное выполнение ответственных заданий и безупречную дисциплину военному моряку Кирсанову Родиону объявляется благодарность, с вручением ценного подарка.

Пункт второй: военного моряка Кирсанова Родиона направить в среднюю школу, состоящую под шефством Волжской военной флотилии».

Товарищи военные моряки! Разрешите мне от всех вас и от себя лично пожелать Кирсанову успеха в учении, а после окончания школы совместного плавания по морям и океанам нашей свободной планеты!

Ура, товарищи!

Дружное «ура» и аплодисменты прокатились по залу.

— А теперь получай, разведчик, подарки, — сказал начальник отряда, передавая мальчику именные часы, морской бинокль с серебряной дощечкой, полученный командиром отряда за бои на Каме, и настоящий флотский кортик.

— Спасибо Советскому правительству и Волжской флотилии! — гаркнул Родион. — Кончу школу, ещё лучше буду воевать! — добавил он под дружный смех моряков.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});