Гелен: шпион века - Эдвард Кукридж

Месяцев за пять до последнего покушения на жизнь Гитлера, которое должно было стать, но так и не стало, сигналом к государственному перевороту, Гелен достиг высшей точки в своей тогдашней карьере. В феврале 1944 года был ликвидирован абвер, и большая часть его функций была передана РСХА, а также Кальтенбруннеру и Шелленбергу. Таким образом, Гелен избавился от своих самых неудобных конкурентов. После этого он вполне охотно сотрудничал с шелленберговским «Цеппелином», взяв на себя контроль за группами «Валли». Через власовский штаб он также заполучил в свои руки вербовку советских перебежчиков, после чего возглавил всю гитлеровскую разведку. Случись так, что Гитлер пал бы жертвой заговорщиков, на место нацистской диктатуры пришел бы военный режим во главе с фельдмаршалом фон Вицлебеном, генералом Беком и доктором Герделером. В таком случае Гелен вряд ли остался бы на своем столь влиятельном месте. Независимо от исхода войны, перспективы его в этом случае были бы весьма незавидны, и ему никогда не достичь бы тех высот, на которые он вознесся благодаря американцам. Однако вернемся назад, в 1942 год, когда Гелен активно занимался непревзойденной шпионской сетью.

ГЛАВА 6

СТАЛИНСКИЕ СЕКРЕТЫ

В одном из своих первых рапортов в ОКВ Гелен замечал, что отдел ему пришлось создавать буквально с нуля и что особую сложность вызывало отсутствие донесений непосредственно с театра военных действий. Правда, это утверждение не совсем соответствует действительности. Предшественник Гелена на посту главы отдела «Иностранные армии — Восток» полковник Кинцель, действуя заодно с абверовскими группами «Валли», еще в начале войны заслал в Советский Союз небольшую группу агентов. Если в геленовских жалобах подразумевалось, что Кинцель не использовал собственных агентов, то, по правде сказать, такое вообще не предполагалось. До того как Гелен принял «восточный отдел» в свои руки, деятельность последнего ограничивалась анализом и оценкой разведданных, полученных от групп «Валли» и других источников. Содержать штат агентов тогда было исключительно прерогативой абвера, хотя с появлением в феврале 1942 года гейдриховской группы «Цеппелин», а позднее четвертого отдела в рамках шелленберговского СД, ситуация изменилась. Группами «Цеппелин» командовал штурмбаннфюрер СС Хенгельхаупт, который подчинялся полковнику Шильдкнехту из ОКВ. Тот, в свою очередь, передавал полученную информацию в РСХА. Вскоре группы «Цеппелин» временно перешли в ведение штурмбаннфюрера СС Отто Скорцени (как и Гитлер, австрийца по происхождению) — он занимался их деятельностью не Востоке «между делом», отвечая за самые разнообразные операции, такие как спасение Муссолини в сентябре 1943 года, похищение в октябре 1944 года адмирала Хорти в Будапеште, участие в Арденнском сражении, когда 2 тысячи эсэсовцев, переодевшись в американскую военную форму, в декабре 1944 года пытались проникнуть на передовые позиции 1-й американской армии. И хотя в конечном итоге штабы «Валли» продемонстрировали полную свою бесполезность в сборе разведданных, группам «Валли-I» под командованием майора Бауна и «Валли-II» под командованием подполковника Гейнца Шмальшлегера удалось весьма успешно внедрить нескольких своих агентов в самые уязвимые точки и захватить значительное число советских военнопленных, изъявивших впоследствии желание сотрудничать с немцами.

Среди первых агентов Кинцеля были Евгений Pop, или V-540, пробравшийся в Россию из Финляндии, и Лейф Моордт, проникший через Ленинградскую область. Какое-то время они действовали сообща — им удалось раздобыть подробнейшие планы аэродрома советских ВВС в Елгаве, а также проект новой советской ракеты на жидком топливе. Другим агентом стал некий украинский националист, который проходит в документах «восточного отдела» исключительно под кодовым именем «Ивар». Кинцеля он вполне устраивал, чего нельзя было сказать о Гелене. На одном из донесений «Ивара» рукой Гелена написано: «Ивар шлет старые тряпки»

Правда, тот же самый «Ивар» в феврале 1943 года посрамил Гелена — после двух с половиной лет работы, во время которых опасность подстерегала его буквально на каждом шагу, именно он прислал архиважное донесение, где шла речь о предстоящем крупномасштабном наступлении советской 33-й армии под командованием генерала Ефремова. Гелен воспользовался полученными сведениями в своем докладе ОКВ от 22 февраля. Это тот самый случай, когда Гитлер внял его доводам. Когда Ефремов нанес удар в районе Ржева, немцы сосредоточили свои силы под Юхновом, и вся армия целиком попала в «котел». Для советского генерала Ефремова этот удар явился полнейшей неожиданностью. Причину своего поражения он видел лишь в собственной недальновидности и промахах и поэтому при приближении немецких танков предпочел смерть несмываемому позору. С самого начала Восточной военной кампании офицеры германской разведки занимались обработкой советских военнопленных, пытаясь выискать в их рядах потенциальных изменников, осведомителей и предателей. Согласившихся на эту роль переводили в специальные лагеря, где подвергали допросам. Украинцев содержали в лагере Люкенвальде в Бранденбурге, к югу от Берлина. Став начальником отдела «Иностранные армии — Восток», Гелен добился для своей службы доступа в эти лагеря. Поначалу абвер пытался возражать, однако генерал Гальдер распорядился, чтобы Гелену не чинилось никаких препятствий. В конечном итоге лагерь в Люкенвальде перешел в ведение Гелена. Кроме того, он создал также собственные учебные лагеря и центры подготовки агентов.

По распоряжению Гелена Ренне отправлял в лагеря для военнопленных и собственные команды «ищеек», которые возглавляли капитаны Курт Рутенберг и Бернард Блоссфельд и лейтенант Аксель фон Мелвилль. Эти команды занимались поиском и отбором потенциальных агентов, причем процедура была многоступенчатой — лишь после длительной идеологической обработки желающих переводили в учебные центры, где условия существования были относительно неплохими. В советских послевоенных изданиях утверждается, будто в ведении Гелена находилось 60 разведшкол, где готовили изменников и осведомителей, но это не соответствует действительности. Советские историки просто свалили в одну кучу фильтрационные лагеря и учебные центры, включив в их число и те шпионские школы, которые находились не только в ведении «восточного отдела», но и абвера, СД, немецких оккупационных властей и многочисленных антикоммунистических организаций, таких как власовский «Комитет сотрудничества», украинская ОУН и других, созданных из числа представителей советских нацменьшинств.

В Люкенвальде в сети к геленовским офицерам попался замечательный улов. Среди истощенных, павших духом пленников они нашли Владимира Минишкия, захваченного 13 октября 1941 года в ходе операции, возглавляемого майором Бауном штаба «Валли». Мини-шкий утверждал, что он капитан, и хотя Баун распорядился, чтобы его перевели в Люкенвальде, личность пленника была установлена лишь по прибытии офицера «восточного отдела». Этот тридцативосьмилетний советский военнопленный оказался важной фигурой сталинского партаппарата — до войны он работал в должности одного из семи младших секретарей ЦК. Вскоре после нападения Германии на СССР его направили в качестве, политкомиссара в Центральную армию маршала Жукова. В плен он попал