Татьяна Рожнова - Жизнь после Пушкина. Наталья Николаевна и ее потомки [с иллюстрациями]

149

Слова, выделенные курсивом, подчеркнуты в подлиннике, а само письмо написано по-русски.

150

Многоточие в подлиннике.

151

Сумма в подлиннике проставлена многоточием.

152

Ольга Плетнева (1830–15.Х.1851) — дочь Петра Александровича и Степаниды Александровны, урожденной Раевской (11.XI.1795–21.IV.1839). «Плетнев женился очень молодым, — писала А. О. Смирнова (Россет), — и был учителем в институте с платой 1000 р. в год. <…> бедный Плетнев имел от рыжей Степаниды дочь, которую он обожает»{1307}.

153

Стихотворение «Мотылек и цветы» было написано в 1824 г. и впервые напечатано в альманахе «Северные цветы» на 1825 г. с примечанием: «Стихи, написанные в альбоме Н<атальи> И<вановны> И<вановой>, на рисунок, представляющий бабочку, сидящую на букете из анютиных глазок и незабудок».

154

Даты рождения сына Екатерины, указанные в свидетельстве о рождении и в надгробной надписи, отличаются на один день.

155

А. С. Пушкин писал жене: «12 сентября 1833 г., из села Языкова. <…> Сегодня еду в Симбирск, отобедаю у губернатора, а к вечеру отправлюсь в Оренбург — последняя цель моего путешествия».

Из воспоминаний Констанции Ивановны Коротковой: «В 1833 году я жила с моим отцом в Симбирске, где тогда губернатором был Александр Михайлович Загряжский; у А. М. Загряжского была только одна дочь (Елизавета. — Авт.), с которою я в числе прочих городских барышень училась у них в доме танцовать. Однажды осенью (1833 г., между 8 и 14 сент. — Авт.) во время урока танцев по зале пронесся слух, что приехал сочинитель А. С. Пушкин; мы все взволновались от ожидания увидеть его, и вдруг входит в залу господин небольшого роста, в черном фраке, курчавый, шатен, с бледным или скорее мулатским рябоватым лицом: мне тогда он показался очень некрасивым… Мы все уже сидели по стульям и при его общем нам поклоне сделали ему реверанс; через несколько минут мы все с ним познакомились и стали просить его потанцовать с нами; он немедленно же согласился, подошел к окну, вынул из бокового кармана пистолет и, положив его на подоконник, протанцовал с каждой из нас по несколько туров вальса под звуки двух скрипок, сидевших в углу»{1308}.

156

Естественно, что устами Марии Ивановны говорила ревность. Влюбленный Лев Сергеевич, напротив, считал свою Лизу «божеством» и видел ее совершенством, не уступающим самой Наталье Николаевне. Сохранился портрет Е. А. Пушкиной (урожденной Загряжской), в 1847 году выполненный маслом художником Г. Яковлевым, ныне хранящийся в ИРЛИ (Пушкинский Дом).

157

Екатерина Ермолаевна Керн была выпускницей Смольного института, который она окончила в 1836 году и в котором осталась служить в качестве классной наставницы. (Одновременно в институте училась и будущая жена Льва Пушкина — Е. А. Загряжская, окончившая его в 1839 г.)

В 1836 году Е. Керн познакомилась с Марией Ивановной Стунеевой, родной сестрой Михаила Ивановича Глинки (1804–1857), а 29 марта того же года — и с самим композитором, которому было уже 35 лет. На ту пору он был женат (с 26 апреля 1835 года) на Марии Петровне Ивановой. (Глинка познакомился с М. П. Ивановой, когда той было 18 лет, а осенью 1834 года она уже стала его невестой. Известный романс Глинки «Только узнал я тебя» был посвящен ей же, но уже как жене. Однако их совместная жизнь, к сожалению, состояла не только из романсов. В 1841 году Мария Петровна тайно обвенчалась с князем Васильчиковым, что стало тяжелой душевной травмой для Глинки. В течение шести лет длился бракоразводный процесс, и наконец в 1846 году брак был расторгнут.)

158

Кучук-Ламбад — крымское имение Андрея Михайловича Бороздина, женатого на тетке Раевских — Софье Львовне Давыдовой, сводной сестре Н. Н. Раевского-старшего. Анна Михайловна Бороздина (1819–1883), дочь генерал-лейтенанта Михаила Михайловича Бороздина, в 1839 г. вышла замуж за Н. Н. Раевского-младшего, с которым был дружен Лев Пушкин. Имение Кучук-Ламбад находилось на побережье Черного моря, между Алуштой и Гурзуфом. Сохранились два рисунка этого имения, выполненные в 1842 г. Томасом Эвансом.

159

Речь идет о длительной болезни жены Ивана Гончарова — Марии Ивановны.

160

В семье Шокальских в Петербурге родился единственный сын — Юлий (1856–1940), которому суждено было стать крупным ученым в области океанографии, географии, картографии. Григорий Пушкин был очень дружен со всем семейством Шокальских. Екатерина Ермолаевна писала сыну: «…меня посетил Григорий Александрович, который очень нежно о тебе справлялся, ждет тебя с нетерпением и велит тебе сказать, что к твоему приезду будет дома»{1309}.

Юлий Михайлович оставил воспоминания о Г. А. Пушкине. Они были опубликованы в 1895 г. в № 12 журнала «Русский архив». У академика Ю. М. Шокальского и его жены Любови Ивановны (1859–1923) была дочь Зинаида (ум. в 1957 г.).

161

За 25 лет супружества великого князя Михаила Павловича (1798–1849) и его двоюродной сестры великой княгини Елены Павловны (1806–1873), принцессы Вюртембергской, родилось пять дочерей: Мария (1825–1846); Елизавета (1826–1845); Екатерина (1827–1894), замужем за герцогом Георгом Мекленбург-Стрелицким; Александра (1831–1832); Анна (1834–1836). Семья жила в Михайловском дворце, построенном в 1825 г. специально для великого князя. Современники отмечали, что «с своей женой Еленой Павловной Михаил Павлович не сумел найти общих чувств и мыслей и причинил немало огорчений этой замечательной женщине»{1310}, с которой император Николай I иногда весьма своеобразно здоровался: «Bongour, madam Michel».

Этот долгий брак не был счастливым. А. О. Смирнова (Россет), у которой на свадьбе великий князь Михаил Павлович был посаженым отцом, впоследствии рассказывала поэту Якову Полонскому, как был заключен брак великого князя с принцессой: «Она ему не нравилась, он с ней почти не говорил, дичился быть с нею вместе, и эта антипатия его к ней доходила до того, что невеста раз объявила, что она не хочет выходить замуж. — „Отправьте меня вон из России, — говорила она, — я вижу, что не нравлюсь, поведение жениха это доказывает“. Но ее не пустили»{1311}.

Причину своей «антипатии» к невесте Михаил Павлович позднее так объяснил А. О. Смирновой: «…я просил у матушки (императрицы Марии Федоровны. — Авт.) разрешения жениться на Паше (в ту пору фрейлине его матери княжне Прасковье Александровне Хилковой (1803–1843), в замужестве Гендриковой. — Авт.), она мне отвечала: „Дитя мое, делай как хочешь, но перед тобой дурной пример Константина“. Вы знаете, как я люблю моего брата Константина, мне пришлось пожертвовать для него моей любовью к Паше, хотя я люблю ее больше всего на свете и буду любить до последнего вздоха»{1312}.