Владимир Джунковский - Воспоминания.Том 1

Председатель Дмитровской уездной земской управы Поливанов обратился к его величеству со следующими словами: "Дмитровское земство счастливо приветствовать ваше императорское величество здесь, у стен Троице-Сергиевой лавры — этого древнего оплота России, где предки наши положили кости свои за спасение Родины. Выражая свои верноподданнические чувства, просим ваше величество по старому обычаю принять хлеб-соль".

Затем депутации кустарей учебной мастерской Сергиева Посада поднесли хлеб-соль и корзину с художественно исполненными искусственными грибами. Кустарь Жуков удостоился поднести наследнику цесаревичу модель Владимирского моста с заводным поездом.

По представлении должностных лиц их величества и их высочества в сопровождении лиц свиты и министров сели в поданные коляски и направились к лавре. По пути следования с правой стороны от вокзала выстроены были школы абрамцевская, ахтырская, рождественская, городские женское и мужское училища, мужская и женская гимназии. По левой стороне сплошной стеной стоял народ.

Спереди в некотором отдалении от царского кортежа ехал я, стоя в коляске. В первом экипаже сидели их величества, наследник и великая княжна Ольга Николаевна, во втором — великая княгиня Елизавета Федоровна с великими княжнами Татьяной, Марией и Анастасией Николаевнами. Энтузиазм был неописуемый, Государь ехал среди восторженных криков "ура" такого огромного количества народа, какого я не ожидал. Увидя это море голов, заполнявших большую лаврскую площадь, я успокоился.

У святых врат лавры их величества и их высочества вышли из экипажа и были встречены митрополитом Владимиром и епископом Федором — ректором Московской духовной академии. После небольшой приветственной речи митрополита их величества направились к Троицкому собору. По бокам всего пути к собору расположены были студенты Московской духовной академии, воспитанники Вифанской семинарии, воспитанники и воспитанницы Сергиево-посадского дома призрения, братия обители и семьи служивших в Сергиевом Посаде лиц.

После краткого молебствия и прикладывания к святым мощам печальника земли Русской преподобного Сергия митрополит благословил Государя чудной иконой с следующей надписью на серебряной доске: "Точный снимок с чудотворного образа явления Божией Матери преподобному Сергию, находящегося над южными дверьми в иконостасе Троицкого собора Святотроицкой Сергиевой лавры, который находился при войсках во время военных походов: 1) в 1654 г. против поляков, 2) в 1703 г. против шведов, 3) в 1812 г. против французов, 4) B 1855 г. в Севастополе, 5) B 1877 г. на Балканах и 6) в 1904 г. против Японии. Сей список поднесен его императорскому величеству Государю императору Николаю Александровичу 1912 г. июня 1 дня".

В Троицком соборе, кроме лиц свиты, представителей Посада и отдельных обществ присутствовали и профессора Духовной академии. По выходе из собора Государю императору имели счастье представиться волостные старшины, председатели волостных судов и сельские старосты Дмитровского уезда с четырьмя земскими начальниками, поднесшие хлеб-соль на блюде с изображением пахаря; на полотенце, которым была покрыта хлеб-соль, была надпись: "От верноподданных и благодарных крестьян Дмитровского уезда Славному — долгие дни". […]

Общество хоругвеносцев поднесло просфору на резном блюде. Троицкое общественное добровольное пожарное общество удостоилось поднести хлеб-соль и вид Троице-Сергиевой лавры наследнику. Поднося хлеб-соль, крестьяне тесным кольцом окружили Государя, который очень милостиво и просто с ними беседовал.

В митрополичьих покоях, куда Государь прошел по приеме депутаций, состоялся прием их величествами начальницы дома призрения Е. П. Гончаровой и игуменьи Хотьковского монастыря матери Никандры, поднесшей их величествам и их высочествам подарки из ручных работ сестер Хотьковского монастыря. Пробыв около 15 минут в покоях митрополита, их величества отбыли на станцию, провожаемые братией монастыря и дружными несмолкаемыми криками "ура" толп народа.

Прощаясь со мной, Государь выразил мне свое удовольствие, что наконец он увидел народ, а не одну полицию. Я был глубоко счастлив этим дорогим словам Государя, так как главным образом, стремился, чтобы народу было как можно больше.

В 4 часа дня при громовых криках "ура" императорский поезд отошел от станции, направляясь в Царское Село.

Как только поезд отошел, я был окружен крестьянами и жителями Посада, и меня стали просить послать депешу Государю с выражением радости населения по поводу посещения Посада их величествами.

В ответ на эту посланную мной депешу я удостоился получить на другой же день следующий ответ: "Вместе с моей семьей сохраню радостное чувство посещения святой обители и совместной молитвы с жителями Сергиева Посада, которым поручаю передать мою благодарность за выраженные чувства преданности. Николай".

Так отрадно прошли эти пять дней пребывания царской семьи в Москве, оставившие в сердцах всех самое дорогое воспоминание.

После отхода императорского поезда из Сергиева Посада, минут через 20, я выехал в Москву в экстренном поезде министра путей сообщения. Вечером в тот же день я получил от министра внутренних дел А. А. Макарова следующее письмо от 1 июня, за № 23: "Милостивый Государь Владимир Федорович. Государь император, оставшись вполне довольным образцовым порядком во время пребывания их величеств в Свято-Троице-Сергиевой лавре, в первый день сего июня высочайше повелеть соизволил объявить Вашему превосходительству высочайшую благодарность его императорского величества. За последние семь лет, стоя во главе Московской губернии, Ваше превосходительство несомненно проявили выдающуюся энергию и распорядительность во всех отраслях управления, и ныне та высота, которой, благодаря Вашим непосредственным и неустанным заботам, достигла постановка полицейского дела в губернии, удостоилась особого монаршего внимания, выразившегося в столь милостивой оценке трудов Ваших и подведомственных Вам чинов. Считаю для себя приятным долгом сообщить от этом Вашему превосходительству, прося принять уверение в отличном моем уважении и совершенной преданности. А. Макаров".

Столь лестная оценка моей деятельности явилась исключительно благодаря действительно дружной и самоотверженной работе моих подчиненных. Успех в Сергиевом Посаде явился результатом трудов моих дорогих сотрудников: вице-гебурнатора Устинова, чиновников особых моих поручений Даксергофа, Андросова, Шереметевского и всех чинов полиции; не было ни интриг, ни споров, каждый заботился только о том, как бы лучше выполнить то, что ему поручено, не заглядывая в дела других.