Федор Раззаков - Страсть

Ознакомительный фрагмент

Что же делает влюбленный мужчина дальше? Он звонит помощнику министра культуры Калинину, от имени которого Товстоногову была послана телеграмма с просьбой отпустить меня на съемки. Это было ЧП. Когда я вернулась в Ленинград, в театре на меня смотрели, как на отступницу. Басов сразу выбрал меня и как актрису, и как жену…»

Отмечу, что на главную женскую роль (Маши) в «Метели» уже была утверждена другая актриса, которая и готовилась к роли. Однако Басов своим диктаторским решением вывел ее из группы, заявив: «Сниматься будет Титова!» Портному дали задание срочно перешить платье под новую актрису. Так Титова сыграла свою первую роль в кино.

Вспоминает Валентина Титова: «Я вначале даже не поняла, что он за мной ухаживает. Видела только, что происходит что-то странное. Со мной иногда так бывает – я не влюблена, а просто встречаюсь с кем-то. И когда этот кто-то начинает передо мной прыгать, устраивать немыслимые скачки, я каждый раз думаю: «Боже мой, очередной безумец!» И Басов вел себя точно так же. Он рассказывал анекдоты, всех передразнивал, жестикулировал, падал на пол… Мне все это было совершенно не интересно, я вообще не понимала, зачем он все это делает.

Потом начались съемки «Метели». В Суздале по вечерам делать было нечего, телевизора не было, и поэтому мы шли в кино. Там он садился рядом и целый сеанс не отрываясь смотрел на меня. Я – на экран, а он – на меня. Я просила: «Пожалуйста, отвернитесь!» Он отведет глаза, а через две секунды поворачивается и опять смотрит… Когда вернулись в Москву и снимали уже в павильоне, мы с ним поссорились. Я стояла в кадре, а Владимир Павлович в довольно грубой форме высказался по поводу того, как я плачу. У меня катилась по щеке одна слеза, а он, видимо, хотел, чтобы я рыдала как крестьянка. Оскорбления при всей труппе я не снесла. Сказала: «Жаль, что не вижу, где вы сидите (я стояла в свете), иначе разбила бы сейчас стул о вашу голову. На этот раз вы останетесь в живых, но я ухожу с площадки навсегда». И ушла. За мной побежали директор и половина съемочной группы: «Валечка, это же съемки, картина делается для Франции…» – «Нет, я воспитанница Товстоногова, так поступал он, так поступила и я. Не надо мне вашего кино!»

В то время я жила у своей приятельницы. Директор меня нашел, при-ехал, пересмотрел мой контракт, увеличил его на триста рублей (для студентки это были бешеные деньги) и заверил, что Владимир Павлович принесет мне извинения при всей съемочной группе.

Меня привезли на студию, Басов попросил прощения, сказав, что больше этого не повторится никогда. Я вошла в кадр, надо было заканчивать картину – деньги-то были государственные…»

В дальнейшем Басову удалось не только загладить свою вину перед молодой актрисой, но и понравиться ей. Причем сил и времени на это он потратил немало. Когда Валентина уехала в Ленинград, наш герой при любой возможности мчался к ней и часами просиживал в машине возле БДТ. В перерывах между занятиями в студии Титова выбегала к нему, и они ехали обедать в ресторан. Так продолжалось месяца два. Затем Басов отважился на решительный шаг. Однажды он специально приехал в Ленинград со своим приятелем, сценаристом Леонтьевым, чтобы тот от его имени сделал предложение Титовой. Разговор происходил в гостинице «Европейская». Титова пыталась отбиться. «У меня же роман!» – воскликнула она, имея в виду Шалевича. На что Леонтьев ответил: «Да, но романы не всегда кончаются замужеством». И надо же было такому случиться, что именно в этот момент позвонил Шалевич. Как говорится, легок на помине. Оказалось, он приехал в Ленинград, чтобы встретиться с Титовой, и ждет ее внизу, в холле гостиницы. Валентина спустилась, и между ними произошел серьезный разговор. Титова сообщила, что ее руки просит Басов. «Но я тоже могу на тебе жениться!» – в запале сказал Шалевич. Однако актриса неожиданно выбрала Басова.

Вспоминает Вячеслав Шалевич: «У нас был трагический разрыв. Прошло года два. Она уже стала женой Басова, но детей у них еще не было, и я решил пригласить ее на спектакль «Варшавская мелодия», который шел у нас в театре. Играли Юлия Борисова и Михаил Ульянов. Сюжет пьесы был похож на историю нашей любви. Билеты на спектакль невозможно было достать, но я сказал администратору, что билеты мне нужны для Титовой. Я ждал ее, переживал, волновался. А когда она появилась и пока шла до меня какие-то 50 метров, у меня внутри словно оборвалось что-то. Я вдруг понял, что все чувства к ней прошли. Все закончилось…

Главный администратор спросил меня после спектакля: «Что же ты меня обманул, сказал, что с Титовой придешь?» Я ответил: «Это и была Титова». Она так изменилась, что и он ее не узнал. Прирожденная блондинка поменяла свой цвет волос на черный (видимо, снималась где-то), и во всем ее облике была какая-то непривычная строгость…

Титова полюбила Басова, это несомненно. Он был очень обаятельный человек, рассказчик замечательный… У меня к нему никаких претензий нет. Я понимаю, что любая женщина может обалдеть от его энергии, веселости, своеобразной красоты. И вдобавок он был очень порядочным человеком…»

В 1965 году у Басова и Титовой родился мальчик, которого назвали Сашей. Однако Басов регистрироваться с Титовой не спешил, и она записала мальчика на свое имя. Узнав об этом, Басов наконец сделал ей официальное предложение. Через месяц после рождения сына они расписались, причем сделали это тихо: жених привез невесту в ЗАГС, служащая вынесла в коридор книгу регистрации и прямо на ступеньках лестницы Титова и Басов поставили свои подписи. Далее вновь послушаем Валентину Титову: «Я послала родителям в Свердловск телеграмму: «Поздравляю внуком Сашенькой, выезжайте, жду, люблю…» Они приехали, мы встречали их на вокзале. На перрон я пошла одна – Басов, чтобы оттянуть возможный шок от знакомства, остался около машины. Мне тоже нужно было подготовить маму. Когда мы направились к машине и она его увидела, сразу выразилась однозначно: «Разводиться, сейчас же…» Родители пришли в ужас от того, что Владимир Павлович был старше меня на восемнадцать лет.

Но хитрый и мудрый Басов всегда держал ситуацию в своих руках. Вообще, надо сказать, он по природе своей был человеком-победителем. Так вот, как только мы подошли к машине, Басов всплеснул руками и восторженно сказал: «Марья Ивановна! Если бы я узнал вас раньше, чем Валю, я б женился на вас!» И с этой минуты мама стала лучшим другом Владимира Павловича: что бы он ни сказал, для мамы он всегда был прав».

Через несколько лет, по настоянию Титовой, ее родители переехали в Москву, где Басов купил им квартиру в своем кооперативе. Затем лично занялся их пропиской. Связи у него были большие, в том числе и в Моссовете. Войдя в кабинет одного из руководителей, он сказал: «Мне нужно срочно сделать прописку!» – «Кому?» – спросил его хозяин кабинета, поднимая голову от своих бумаг. «Теще», – прозвучало в ответ. В кабинете повисла секундная пауза, после чего руководитель удивленно развел руками: «На моем веку, Владимир Павлович, вы первый, кто прописывает к себе тещу! Отказать просто не имею права». И подписал все необходимые документы.