Юрий Ерофеев - Аксель Берг

А. И. Берг неоднократно повторял этот рассказ на заседаниях ученого совета «сто восьмого», рассказывал, видимо, об этом и в других коллективах и частных беседах.

Отличия только в продолжительности беседы с Иосифом Виссарионовичем, необычно для Сталина длинной. С. С. Масчан говорит о четырех часах: «4 часа убеждал Сталина в необходимости развития радиолокации — и убедил»[116]. Наоборот, грузинский академик Чавчанидзе[117] указывает существенно меньшее время — два с половиной часа.

В своем выступлении на поминках А. И. Берга в день его похорон (я на этом мероприятии присутствовал) Чавчанидзе говорил: «Это не записано и не напечатано, осталось только в моей памяти. Берг рассказывал: „Меня вызвал Сталин и спросил: что нужно для развития радиолокации? Я говорил 2,5 часа. И понял, что Сталин проблему чувствует лучше меня…“». Возможно, что эта разноголосица в продолжительности беседы исходила от самого Акселя Ивановича. Речь идет о часах, а обычно продолжительность докладов Сталину не превышала пятнадцати, от силы двадцати минут.

Тогда, в полном молчании внимая рассказам А. И. Берга на заседаниях ученого совета «сто восьмого», мы, его слушатели, проявляли почтительность: вопросов типа «а где происходила эта беседа?» не задавали.

Но в 1994 году вышла статья «Посетители кремлевского кабинета И. В. Сталина»[118], составленная по результатам обработки журналов регистрации. И Акселя Ивановича Берга в числе посетителей кабинета нет. Я потом читал и критические замечания на эту статью, касаются они в основном расшифровки инициалов в случаях, когда имя и отчество посетителя обозначены только инициалами, а вот случая пропуска фамилий — не отмечено. Нет Берга. А. Е. Голованов — есть, а вот Берга — нет. Да и по Голованову расхождение с датой, приведенной в его рассказе. Он, как вы помните, сообщает о такой ситуации: принес берговские предложения Сталину, и в тот же день вышло постановление ГКО. Когда вышло постановление ГКО — известно: 4 июля 1943 года. Если рассказ А. Е. Голованова воспринимать буквально, то его встреча со Сталиным состоялась 4-го же. Но 4 июля 1943 года Сталин А. Е. Голованова не принимал…

Зная характер Акселя Ивановича и его щепетильность в подобных вопросах, я далек от мысли, что он нафантазировал о встрече с вождем. Вот и пожалеешь тут, что постеснялись тогда задать вопрос: где? А встреча могла проходить где угодно — там, где журналы регистрации не велись: и в кремлевской квартире, и на Ближней даче Сталина, да мало ли где еще…

Добавлю еще одну деталь той встречи с И. В. Сталиным, которую мне сообщил сам Аксель Иванович в разговоре с глазу на глаз: Сталин в разговоре о головном научно-исследовательском институте радиолокации, который имелся в схеме А. И. Берга, спросил:

«— А сколько средств потребуется для работы такого научного учреждения?

Я ответил.

— Ну, проблемы тут не вижу, — сказал Сталин, — один день войны поглощает куда большие суммы. Но, чтобы вы начали работу, нам надо еще победить под Курском. Вот победим — и приступите».

Знаменитая Курская битва началась на следующий день после подписания постановления ГКО «О радиолокации».

Забегая немного вперед скажу, что в состав Совета по радиолокации Н. Н. Воронов введен не был — видимо, И. В. Сталин решил, что его присутствие в этом органе ГКО не так уж и обязательно. А вот А. Е. Голованов был включен, что могло быть следствием его разговоров о радиолокации со Сталиным.

Впрочем, только ли о радиолокации? Из записок А. Е. Голованова следует, что ему приходилось доказывать И. В. Сталину «безупречность» А. И. Берга, назначенного заместителем председателя Совета по радиолокации.

Аксель Иванович Берг и Георгий Максимилианович Маленков

Г. М. Маленков и А. И. Берг — два уроженца Оренбурга[119], неожиданно встретившиеся после бурных житейских коллизий в коридорах кремлевской власти. Люди, конечно, непохожие, если не сказать — со взаимно исключающимися житейскими установками.

«Когда началась Великая Отечественная война, Г. Маленков, к удивлению многих, — писал о нем Рой Медведев, называвший Маленкова „человеком без биографии“, — вошел в первый же состав Государственного Комитета Обороны, хотя он еще не был в то время полноправным членом Политбюро[120]»[121]. В первый состав Государственного Комитета Обороны входило всего пять человек: И. В. Сталин — председатель, В. М. Молотов — заместитель председателя, Л. П. Берия, А. И. Микоян и Г. М. Маленков — члены ГКО. В первые два года войны Маленкову приходилось выезжать, как руководителю создаваемых комиссий ГКО, на угрожаемые участки фронта: в 1941 году — под Ленинград, осенью того же года — на фронт под Москву, в августе 1942 года — в Сталинград. Но постепенно Маленков отошел от решения чисто военных вопросов и переключился на проблемы оборонного производства, в частности, на проблему оснащения Красной армии самолетами. Огромные потери советской авиации в первые недели войны привели к тому, что германская армия имела превосходство в воздухе до самого конца 1942 года. Однако соотношение сил стало меняться в 1943 году. «Советская промышленность сумела обеспечить отечественные ВВС большим количеством более современных машин, и уже к сражениям на Курской дуге превосходство в воздухе стало переходить к Красной Армии»[122].

И в этом была заслуга Г. М. Маленкова — производство самолетов находилось в его ведении. В сентябре 1943 года ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Он пользовался доверием и неафишируемой поддержкой И. В. Сталина, карьера его была на подъеме.

Сталин выбрал Г. М. Маленкова для руководства создаваемым при ГКО Советом по радиолокации. А. И. Берг сделал запись в своем дневнике: «Председатель Совета совсем не занимается радиолокацией. Я его заместитель по Совету, но фактически с ним не встречаюсь и его помощь не получаю. Я оказался в безвоздушном пространстве… Виноват ли я в этом? По-моему, я никаких ошибок не допускал. Эта вынужденная изоляция очень портит дело и страшно осложняет мою работу. Я не чувствую опоры, я потерял почву под ногами… Решения по радиолокации готовятся медленно и реализуются еще медленнее…

А война идет, все войска требуют радиолокационных средств, а мы их делаем недостаточно. Но как не понять, что если бы у нас было больше радиолокационных средств, то наши потери были бы меньше»[123].

Я, конечно, не мог обойти в беседах с А. И. Бергом вопрос о его отношениях с председателем Совета по радиолокации. «Когда организовывался институт, — говорил Аксель Иванович в беседе со мной 3 октября 1978 года, — я подчинялся Г. М. Маленкову. Он в нашем деле, в радиоэлектронике, ничего не понимал. Только жрал — пузо-то у него вон какое было, да дико Сталина боялся. Ох, как он его боялся! Мне он напрямую выходить на Сталина запретил: нет — и никаких обращений! Но я, в трудные минуты, все-таки звонил по „вертушке“ Сталину, несмотря на маленковский запрет, и говорил о своих трудностях. Сталин всегда помогал…»

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});