Влад III Дракула. Жизнь и эпоха настоящего графа Дракулы - Курт Трептов

что бы то ни стало был обязан находиться там и использовать любые средства, чтобы воспрепятствовать утверждению турок в нижнем течении Дуная, что было бы катастрофой для него самого»{285}. Присоединившись к нападению на Килию, Стефан Великий надеялся завладеть крепостью, так как был в то время союзником султана и имел законные претензии на эту территорию.

Очевидное противоречие между рассказом Халкокондила и интерпретацией этих событий современными историками, безусловно, дает повод пересмотреть этот вопрос. Прежде всего, есть и другие свидетельства конфликта между Стефаном Великим и Владом III Дракулой в 1462 году. 2 апреля 1462 года генуэзский консул Кафы написал польскому королю Казимиру письмо с просьбой вмешаться в конфликт между двумя румынскими князьями:

Я узнал, что Стефан, князь Молдавии или Малой Валахии, воюет с воеводой Владом, который ведет успешную войну с турками. Их раздор не только помогает султану, но и, что еще опаснее, позволяет ему в случае занятия этих двух Валахий угрожать нам и другим соседним странам[59]{286}.

Если рассматривать эти данные вкупе с рассказом Халкокондила, мы получаем убедительные свидетельства конфликта между Стефаном и Владом перед нападением на Килию в июне. Причины также очевидны. Хотя Стефан занял престол с помощью Влада и в начале своего правления был союзником валашского князя, вскоре он начал проводить независимую политику, в 1459 году вступив в союз с Польшей. Отношения между двумя румынскими княжествами, которые были традиционными соперниками за контроль над регионом дельты Дуная, вскоре стали прохладными, поскольку Влад теперь был союзником Матьяша Корвина и Венгрии, а Стефан – союзником Польши и османов. Более того, Матьяш предоставил убежище предшественнику Стефана Петру Арону и поддержал его попытки вернуть себе молдавский престол{287}. В другом акте, изданном Стефаном 2 марта 1462 года в Сучаве и возобновившем его вассальные отношения с Польшей, молдавский князь заявил:

Мы никоим образом не дадим иноземцам земли, области, города или поместья без одобрения вышеупомянутого государя, нашего короля и Короны; аналогично, если некоторые из наших владений были захвачены иноземцами, мы вернем их{288}.

Это явная отсылка к Килии, важнейшему молдавскому владению, находившемуся в то время в чужих руках. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что в 1462 году между Стефаном и Владом развивался конфликт. «Антагонизм между князьями, – пояснил Николае Йорга, – отражается на политической ориентации княжеств»{289}. К этому можно добавить упомянутый ранее экономический аспект борьбы за контроль над Килией.

Если мы признаем, что два румынских князя находились в состоянии войны или, по крайней мере, во враждебных отношениях до османской кампании против Валахии и что Стефан стремился вернуть себе Килию, как указано в акте от 2 марта 1462 года, то логично принять утверждение Халкокондила о том, что Стефан заигрывал с султаном. Разумеется, он делал это с намерением получить от турок помощь в захвате Килии, а не предоставить помощь им. В конце концов, Стефан знал о планах Османской империи напасть на Валахию. Он был союзником султана, а также вассалом польского короля; почему бы ему не воспользоваться ситуацией и не попросить султана помочь ему вернуть территорию, которая, по его мнению, по праву принадлежала Молдавии? Другие косвенные доказательства подтверждают эту теорию. Летом 1462 года Влад определенно ожидал нападения Молдавии вдовесок к наступлению Османской империи. Помимо Халкокондила, другие источники сообщают нам, что Владу пришлось разделить свою армию на две части, чтобы защититься от возможного нападения Стефана Великого. Императорский секретарь Турсун-бег писал:

Правда в том, что воевода Валахии [Дракула] приказал одному из своих командиров находиться рядом [на северо-востоке] с семью тысячами воинов, выбранными для защиты страны от его молдавских врагов{290}.

Существование плана совместного османско-молдавского нападения на Килию подразумевается и в письме Доменико Бальби, венецианского представителя в Константинополе, который 28 июля 1462 года информировал Сенат:

Морской флот султана вместе с молдавским князем пошел на штурм крепости Килия; они пробыли там восемь дней, но ничего не смогли сделать…{291}.

Даже молдавские летописи вспоминают, как Стефан лично участвовал в неудачном нападении на Килию. Например, Молдавско-немецкая летопись гласит:

6970 [1462]. В месяце июне XXII дня воевода Стефан предстал перед Килией, но не смог ее взять и был ранен в левую щиколотку. Затем он покинул Килию{292}.

Все эти доказательства в совокупности указывают на то, что молдаване сотрудничали с османами при нападении на Килию в 1462 году.

После тщательного изучения имеющихся свидетельств о роли Стефана Великого в конфликте между Владом III Дракулой и турками рассказ Халкокондила нельзя отбросить, как это делали многие историки в прошлом. Стефан, зная о предстоящей кампании султана против Валахии и сам находясь в конфликте с Владом, стремился воспользоваться ситуацией и заручиться поддержкой Османской империи в возвращении Килии, имеющей политическое, военное и экономическое значение для Молдавии. Разумеется, он не собирался способствовать османской оккупации этой стратегической крепости. Хотя обычно утверждается, что в 1462 году османы надеялись завоевать Килию для себя{293}, мы должны признать, что для султана помощь молдаванам в овладении Килией была приемлемым вариантом. Ведь там, вероятно, располагался венгерский гарнизон, а совместная атака с юга и северо-востока заставила Влада разделить и без того ограниченное количество войск. Также следует помнить, что ранее Стефан был верным вассалом султана.

Менее чем через три года после этого похода, в январе 1465 года, молдавский князь добился своей цели и завоевал Килию{294}. Без сомнения, Стефан Великий был одним из самых дальновидных политических деятелей Европы XV века. Кому-то, возможно, трудно признать, что летом 1462 года он сотрудничал с султаном в нападении на Влада III Дракулу, но следует помнить, что интересами Стефана было сохранение территориальной целостности и автономии Молдавии. У него не было чувства национального самосознания, поскольку в его время такого понятия не существовало. Сотрудничество Стефана с османами в 1462 году с целью овладения Килией, хотя и не достигнутой, характерно для его политического поведения на протяжении всего правления и было направлено на поддержку молдавских интересов. Закрепившись на престоле, Стефан начал действовать самостоятельно, в соответствии с политическими, военными и экономическими интересами своей страны. По мере того как его власть росла, он пытался оказывать влияние на соседнее румынское княжество, чтобы превратить его в буферное государство. Его политика привела к неоднократным конфликтам с князьями Валахии; так, в 1481 году Басараб IV Цепелюш писал в Сибиу, жалуясь:

С тех пор как воевода Стефан правит Молдавией, он не жил в мире ни с одним валашским князем. Он не желал мириться ни с воеводой Раду, ни с Басарабом Старым, ни со мной. Не знаю, кто вообще способен с ним жить[60]{295}.

Конфликт