Ульф Тоомсваре - Стратеги третьего рейха

Свободное владение английским, французским и русским языками помогало Редеру не только более эффективно, чем другим, исследовать историю военно-морского дела, но и дало возможность практически закончить Берлинский университет. Ему оставалось только защитить диссертацию и получить степень доктора философии и политологии, когда его отозвали из архива, присвоили звание контр-адмирала и вновь привлекли к штабной работе. Отныне он считался инспектором военно-морских учебных заведений.

Собственно, ни о какой случайности такого возвращения не может быть и речи. В Германии этого времени не имелось возможности готовить профессионалов такого высокого класса, каким был, несомненно, Эрих Редер. А потребность в них остро ощущалась. Поэтому высшему руководству ВМФ оставалось только одно: признать успешной свою работу по политическому перевоспитанию контр-адмирала, считать его «поборником демократии» и поручить ему конкретное дело.

Это прекрасно понимал сам Редер, поэтому активно симулировал свою политическую переориентацию. Правда, такая активность многим бросалась в глаза. Не случайно один из его сослуживцев сформулировал его политическую позицию как «показной либерализм».

В октябре 1924 года Редера назначают командующим крейсерскими силами в Северном море. Для такого назначения требовались слушания в рейхстаге.

Считается, что Редер сумел обмануть парламентариев, высказываясь в том духе, который хотели в нем обнаружить депутаты. Думаю, что они слишком хотели обнаружить дух либерализма в кандидате на пост командующего, а кто ищет, тот всегда найдет. Я не хочу сказать, что даже если бы Редер во время слушаний кричал: «Да здравствует Кайзер!», его все равно признали бы истинным либералом. Но мне кажется, ситуация была уже такова, что само отсутствие таких возгласов у контр-адмирала считалось вполне достаточным проявлением лояльности существующему строю.

Во всяком случае любопытен факт, что на адмиральских вымпелах всех кораблей, которыми командовал Эрих Редер, всегда была отчетливо видна эмблема кайзеровского флота, и это никого из политиков не приводило в бешенство.

В начале 1925 года Редеру присваивается звание вице-адмирала и поручается командование Балтийским военно-морским районом. Именно здесь он проявляет себя как активный и даже жесткий поборник следования абсолютно всем заповедям офицерского кодекса чести, независимо от внешних условий. По его убеждению, чувство долга должно руководить каждым шагом морского офицера. Отношение подчиненных к такому подходу вице-адмирала было неоднородным.

Одни офицеры гордились тем, что их командир — носитель рыцарских традиций, для которого «честь» совсем не пустое слово, других раздражала мелочность придирок и бесцеремонность начальника, вторгающегося даже в чужие личные дела.

В 1926 году началась активная деятельность военных по наращиванию сил запрещенной Версальским договором германской армии. Немногие достижения больше обещали успехи в будущем, чем радовали авторов плана.

Совершенно неожиданно в августе 1927 года разразился так называемый «скандал Ломана». В средствах массовой информации появилось сообщение о наличии особых секретных денежных фондов, предназначенных для перевооружения военно-морского флота. Распоряжались этими фондами капитаны цур зее Вальтер Ломан из отдела морского транспорта и Готфрид Хэнсен из отдела вооружений ВМФ.

В ходе парламентского расследования всплыла информация о турецких верфях, которые находились под контролем фирмы Густава Круппа фон Болена и строили подводные лодки для Германии. Правительству пришлось пожертвовать министром обороны и командующим ВМФ адмиралом Хансом Адольфом Ценкером. Параллельно в рейхстаге шло другое обсуждение: кто мог бы продолжить необходимую работу по перевооружению флота. Среди рассматриваемых кандидатур выделялся Эрих Редер, считавшийся прореспубликански настроенным адмиралом. К тому же ему явно благоволил президент Пауль фон Гинденбург. Стечение всех обстоятельств привело к тому, что 1 октября 1928 года Эрих Редер был произведен в адмиралы и назначен начальником военно-морского командования.

Новый командующий выдвинул концепцию «сбалансированного флота», суть которой сводилась к тому, что германский флот должен быть оснащен всеми существующими видами и типами кораблей, а элементом, связывающим огромные линкоры с мобильными торпедными катерами и подводными лодками, должны стать легкие крейсеры. О них Редер отзывался с иронией — «карманные крейсеры», но характеризовал их с восторгом: по его мнению, они «могут уйти от любого, кто захочет их потопить, и потопить любого, кто сможет их догнать».

На нескольких верфях Голландии, Норвегии, Турции и Боливии начали строить грузовые суда, которые в течение одного-двух дней можно было легко переоборудовать во вспомогательные крейсеры. На тех же предприятиях приступили к строительству минных тральщиков под видом рыболовецких траулеров. Производство же подводных лодок продолжалось в еще более напряженном темпе, но теперь все делалось в такой тайне, что даже большинство рабочих не догадывалось, детали какой конструкции они изготовляют.

Кроме технического возрождения германского флота, в общую концепцию входило моральное обновление морского офицерства. Адмирал хотел, чтобы на флоте служили хорошо обученные, дисциплинированные и не интересующиеся политикой люди. Но если неверные решения в технической части на начальном этапе оценить было не так уж просто, то ошибочность обращения адмирала с людьми сразу бросалась в глаза. Редер почему-то возомнил себя единственным полноправным хранителем и блюстителем нравственности, которому судьбой предначертано искоренять грехи остальных офицеров. Ко всему прочему, свои предпочтения и мнения он высказывал в форме приказов, что делало невозможным даже попытку оспорить их.

То он запрещал офицерам в форме бывать в ресторанах и барах, то грозил карами за курение в общественных местах, на улице и даже за рулем, то его чем-то задели вошедшие в моду короткие стрижки офицерских жен, и на моду был наложен решительный запрет.

Потом аналогичной анафеме он предал косметику, короткие юбки и маникюр. Ему доставляло особое удовольствие вторгаться в матросские кубрики и гальюны и, вознегодовав от увиденного, устраивать взрослым людям оскорбительный разнос за нечистоплотность. Внешний вид моряка для него всегда был наиважнейшей личностной характеристикой.

И наконец, Эрих Редер вел настолько целенаправленную борьбу с любыми сослуживцами, которых руководство могло рассматривать как его преемников, что это становилось невыносимым.