Арнольд Фирт - Феномен Норбекова

Все, что я мог, — это перебраться на лестницу, залечь там и покрепче в железки вцепиться. Падаю вместе с краном, а сам думаю: «Неужели разобьюсь? ». Что удивительно — ни одного синяка, ни одной царапины у меня потом не было! Может, ватник спас? А с другой стороны, если б я тогда погиб, кто бы за меня пережил остальные чрезвычайные ситуации? Я даже не испугался, только зол был страшно. Как пыль снежная осела (дело было зимой), выбрался я; гляжу — кабина всмятку, а у крана вся бригада выстроились: мастер, прораб, электрики... Я руки в боки и говорю: «Ну, и какой... “захват” сзади ставит?!». А они мне в ответ как разулыбаются... «Им еще и смешно!» — говорю. И пошел в подсобку, греться.

Да... я и тонул раз восемь, и горел, и угорал у печки — меня потом водичкой горячей отливали. Но такое со многими случается. А с башенным краном падают только избранные!

«Господи! — подумал я, открыв утром глаза. — И приснится же...»

1 сентября. День знаний

Всех поздравляю с началом нового учебного года! Взялся тут пересказывать Малышу и фрекен Боку свою любимую лекцию МСН. Она называется «Экскурсия в дурдом». Полностью-то ее, конечно, пересказать невозможно, можно лишь в основном поделиться впечатлениями. Ну это такое расширение сознания, что прямо в голове не укладывается! МСН в начале даже специально предупреждает, что если кто по ходу дела подумает, что, мол, учитель сошел с ума, то он не обидится.

Ну, вот, например. Вы знаете, конечно, что мы живем так непрактично, что мозг свой эксплуатируем только на десять процентов? Остальными девяноста процентами его возможностей попросту не умеем пользоваться. А ведь в результате мы многим обделены. Скажем, у нас нет еще десяти органов чувств, которыми мы потенциально могли бы обладать. Не знаю, как их назвать, потому как не знаю, что это за чувства. Допустим, крюнгукель, чтобы с его помощью крюнгукать, или кларсель, чтобы кларсекать.

Правда, обидно?

Уж не говорю, что мы не видим и потому не знаем и половины существующего вокруг нас! Ведь представления об окружающем мире формируются за счет информации, поступающей к нам через органы чувств. В результате наш предел восприятия — три пространственные координаты и одна временная. И мы подсознательно стремимся все то новое, с чем приходится сталкиваться, свести к закономерностям нашего четырехмерного континуума «пространство — время». А между тем есть основания предполагать, что этим все многообразие форм существования материи не исчерпывается. Догадки насчет пятого измерения начали строить еще в XIX веке, в основном физики. Но кто сказал, что измерений только пять?

Люди знающие считают, что пространство многомерно вообще. «Любая система высшего измерения может содержать бесчисленное множество независимо существующих систем низшего измерения, — пишет, к примеру, ученый Ю. А. Фомин (но это уже не из лекции). — Исходя из этого постулата можно предположить, что четырехмерная система может содержать бесчисленное множество независимо существующих трехмерных систем или, в нашем представлении, миров». А пятимерные системы, шестимерные и так далее? Дух захватывает, когда подумаешь, сколько вокруг всего, чего мы не видим!..

Своим рассказом я неожиданно расстроил Малыша. Он теперь сидит и сокрушается, что не может покрюнгукать, а ему так хотелось бы!

А фрекен Бок, которого ничем не проймешь, никакой романтикой новых открытий, послушал про параллельные миры и говорит:

— А вот куда все время пропадают сигареты?

Тут, конечно, и Малыш вставил свои три копейки:

— И пряники, — говорит. — Хорошо помню, что пару месяцев назад у нас появились пряники с джемом, а потом мгновенно куда-то делись. Небось, тоже оттуда кто-то спер.

Вот вам и все расширение сознания!

Пряники съел я, но Малышу об этом знать необязательно. А сигареты здесь, правда, пропадают.

12 сентября. Тарелки, тарелки...

Кто-то мне когда-то говорил, что МСН — бывший контактер. Я уж и забыл это слово, а тут вдруг вспомнил. Да его сейчас мало кто помнит. Оно было на слуху в восьмидесятых и в девяностых годах XX века, когда все интересовались летающими тарелками.

Для справки. Ажиотаж вокруг НЛО — неопознанных летающих объектов — начался 24 июля 1947 года. В этот день американский промышленник Кеннет Арнольд (у него Арнольд — это фамилия) летел на небольшом самолете над штатом Вашингтон. Около трех часов дня, пролетая над местом, где до этого в горах разбился самолет ВМС США, он увидел в воздухе девять блестящих штуковин. По форме они напоминали диски и мчались двумя параллельными линиями: пять дисков — в первой и четыре — во второй. По оценке того Арнольда, их скорость приближалась к 2700 км/час (хотя тогда «звуковой барьер» — 1200 км/час — еще не был преодолен). На следующее утро эта история появилась в газетах под заголовком «Летающие тарелки».

К настоящему времени количество подобных случаев уже измеряется тысячами.

Так вот. Контактерами называются очевидцы появления НЛО. Причем существуют контакты первого рода, второго и третьего. Первого — это когда вы просто наблюдаете объект с относительно близкого расстояния. Если второго, то вы не просто наблюдаете, а еще испытываете физическое воздействие. Скажем, коснулся вас луч света от летающей тарелки, и вы неважно себя почувствовали, Или там шины у вашего автомобиля рассыпались. А при контакте третьего рода вы еще и видите пришельцев, а может, даже общаетесь с ними. Настоящие контактеры — это, конечно, те, которые не просто смотрят, а взаимодействуют.

По правде говоря, меня не раз подмывало спросить МСН насчет контактов, ведь это же страшно интересно. Но я не мог придумать, как подступиться к теме. Наверное, лучше всего было бы начать так: «Представляете, еду вчера домой и попадаю в пробку. Оказывается, над Преображенской площадью висит летающая тарелка!». Но дело в том, что мне самому не доводилось наблюдать летающие тарелки.

Что, если МСН начал бы меня расспрашивать? Выкро' ив время, я почитал кое-какую литературу, и теперь, пожалуй, мог бы достаточно убедительно описать неопознанный объект, да желание прошло.

Я вспомнил о нем из-за очередного своего невероятного сна. Будто бы я сплю, и меня будит звонок в дверь. Я иду в прихожую, спрашиваю: «Кто?» И у меня в голове, прямо внутри черепной коробки, раздается голос: «Вас беспокоят с Альфа Центавры». Я страшно пугаюсь. Потому что когда-то читал статью, где давали советы начинающим уфологам: по возможности не приближаться к пришельцам и не вступать с ними в контакт — есть риск физических и психических повреждений! А на место посадки тарелок без соответствующей экипировки даже не ходить. Нужна одежда из плотной ткани, закрытая, и еще обязательно перчатки и защитные очки. А я-то в пижаме и в тапочках на босу ногу!