Наталья Баранова-Шестова - Жизнь Льва Шествоа (По переписке и воспоминаниям современиков) том 1

мучительно ищущий ответа на вопрос о смысле жизни, на вопрос о смысле зла в мире, на вопрос о цели нашего жизненного пути; для нас JI.Шестов интересен как философ в широком смысле этого слова. К нему в этом смысле всецело применимо то, что сам он говорил о Толстом в одной из своих книг: «…вся творческая деятельность его была вызвана потребностью понять жизнь, т. е. той именно потребностью, которая вызвала к существованию философию». (стр.166).

Некоторые представители литературных течений начала века считали Шестова «идеологом» декадентства; Иванов-Разумник оспаривает это суждение в вышеупомянутой книге в следующих словах:

Сам Шестов прошел через Нитше так же, как прошел раньше через Достоевского и Толстого; но никогда он не был «нитшеанцем». Он пережил Нитше, он перечувствовал и передумал его чувства и мысли в глубине своей души, он дал нам своеобразную — быть может, лучшую во всей мировой литературе — интерпретацию идей Нитше, но «нитшеанцем» он не был никогда, никогда не выкраивал он из Нитше ярлыки и шаблоны на все случаи жизни, никогда не проповедывал той упрощенной морали, которой стада нитшеанцев загрязняли выстраданные мысли Нитше. И то, что случилось не так давно с Нитше, теперь, по- видимому, станет участью JI.Шестова. Конечно, у нас не будет целых стад «шестовцев», но по некоторым признакам можно судить, что его собираются провозгласить и уже провозглашают своим духовным отцом все современные эпигоны декадентства как в области художественной, так и в области критической мысли. Быть может, JI.Шестов был бессознательным идеологом декадентства, но теперь выродившиеся эпигоны декадентства хотят провозгласить его своим идеологом; его хотят считать своим учителем…

Считать своим «учителем» или идеологом Л.Шестова они имеют такое же право, с каким бесчисленные нитше- анцы могли считать себя учениками Нитше. И то, что

некогда сказал о своих «учениках» Нитше, то Л.Шестов может с неменьшим основанием повторить об этих своих последователях: «мне нужно обвести оградой свои слова и свое учение, чтобы в них не ворвались свиньи», (стр. 252–253).

Впоследствии Иванов-Разумник переменил свое мнение о Шестове. В книге «Русская литература от 70-х годов до нашего времени», вышедшей в 1923 г., он пишет, что Шестов «может считаться со своей философией подполья подлинным идеологом декадентства» (стр.371).

***

В то время критика обратила мало внимания на главу «Творчество из ничего», посвященную Чехову, которая до появления книги была опубликована в журнале «Вопросы Жизни» (март 1905) с нижеследующим примечанием редакции:

Характеристика Чехова односторонняя, окрашенная… скептицизмом самого автора… редакция тем не менее охотно печатает очерк ввиду своеобразной и интересной постановки… проблемы творчества Чехова.

Статью о Чехове оценили на много лет позднее. Так, в десятом томе вышедшего в 1935 г. полного собрания сочинений И.А.Бунина фигурирует (стр.210–240) глава с названием «Чехов», в конце главы указана дата: 1914. В этой главе Бунин пишет о Чехове:

Долго иначе не называли его, как «хмурым» писателем, «певцом сумеречных настроений», «больным талантом»… говоря о нем, даже талантливые люди порой берут неверный тон… Одна из самых лучших статей о нем принадлежит Шестову, который называет его беспощаднейшим талантом. (И.Бунин, стр.226).

Надо заметить, что выражения «беспощаднейший талант» в статье Шестова нет. В 1960 г. статья Шестова о Чехове была перепечатана в журнале «Мосты» № 5, выходившем в Мюнхене, со вступлением Георгия Адамовича. Адамович пишет:

Шестов характеризует Чехова как писателя беспощадного и признает у него «удивительное искусство одним прикосновением, даже дыханием, взглядом убивать все, чем живут и гордятся люди». «В руках Чехова все умирало», — утверждает он. Верно ли это? Бунин считал, что верно, и настойчиво выделял статью Шестова из всего, что вообще о Чехове было написано. (Адамович, стр.118–119).

Совсем другое мнение о «Творчестве из ничего» высказал Корней Чуковский в письме от 21 июня 1966 г., адресованном своей нью-йоркской корреспондентке:

Сейчас у вас в США вышла книга Льва Шестова, где есть его статья о Чехове «Творчество из ничего». Я прочел ее с негодованием. Терпеть не могу резонеров, которые хотят решать вопросы об искусстве вне эстетики, ничего не понимая в искусстве. (Л.Ржевский. Загадочная корреспондентка Корнея Чуковского. — «Новый журнал», № 123, июнь, 1976).

В своей книге «О Чехове. Человек и мастер» (М., 1970) К.Чуковский о статье Шестова не упоминает. Когда Чуковский пишет: «…у вас в США вышла книга Льва Шестова», он несомненно имеет в виду одно из двух английских изданий книги «Начала и концы», появившихся в 1966 г. в США. Первое: Chekhov and other essays. The Universityof Michigan Press.Второе: Penultimate words and other essays. Books for Library Press, New York, Freeport. Интересно заметить, что наибольший интерес эта книга вызвала в Америке и в Англии. Впервые она вышла по-английски в Лондоне в 1916 г.; впоследствии она была переиздана в Америке в 1966 г., как указано выше, а затем в Огайо Юниверсити Пресс, 1977.

В Америке же было опубликовано второе русское издание этой книги — в 1978 г., через семьдесят лет после первого петербургского. «Начала и концы» — первая книга Шестова, переведенная на иностранный язык.

Через два месяца после сочувственного исследования Иванова-Разумника появились две статьи с резкими нападками на Шестова. Первая, Д.Философова («Московский Еженедельник», 15.11.1908), вторая, С.Франка («Слово», 12.12. 1908). Привожу выдержки из пяти писем Шестова к Софье Гр., написанных во Фрейбурге в 1909 г., в которых он пишет о своих работах того времени. В двух из этих писем он рассказывает о нападках Философова и Франка. Шестов пишет:

О Бердяеве знаю мало. Переписываться не переписываемся, только статьи его новые получил. Слышал, что он прочел две лекции в Киеве — и с большим успехом, было много народу и много разговоров в газетах. Живет он в деревне, вероятно, отчасти потому, что в деревне экономнее. Вот и все, что я о нем знаю. Что до Ремизова, у него по- старому. Пишет и печатает довольно много, иногда очень удачные вещи (видел его «Сны» в «Золотом Руне», № 5, 1908.). Бедствует по-прежнему — никак не может устроиться. Верно, и до конца дней не устроится — такая его судьба. С ним я переписываюсь — так что знаю все не по слухам, а от него самого. (20.01.1909).

Вам статью Ф. [Философова] прислал, вероятно, Семен Владимирович? Он мне ее здесь показывал. Действительно, он очень сердится и довольно-таки /…?/. Мне в ученики он дает Изгоева и Франка, из коих последний недавно поместил обо мне статью в «Слове», в которой доказывает, что я крайний нигилист, а стало быть, все мое творчество есть «творчество ни для чего». А С.В. он бранит за Мережковского — это дело ясное. В Москве я может быть