Загадочный Петербург. Призраки великого города - Александр Александрович Бушков

касаемо обстоятельств его смерти – то ли умер от диких пыток, то ли задушен одним из терминаторов Петра капитаном Румянцевым, то ли убит самим Петром в очередном его приступе гнева. Но это, пожалуй, не так уж и важно…

Второй сын Петра и Евдокии, о котором почти уже и не помнят, Александр, умер, не прожив и года.

Даже на фоне тогдашней высокой детской смертности судьба семерых детей Петра и Екатерины (два сына и пять дочерей) выглядит довольно странно. Петр и Павел умерли во младенчестве. Екатерина, Наталья и Маргарита – в раннем детстве. Анна, ставшая матерью будущего Петра III, – в двадцать лет. Только Елизавета достигла зрелого возраста – но, во-первых, не продолжила род, а во-вторых, прожила явно гораздо меньше, чем ей было отпущено, подорвав здоровье неумеренными излишествами во многом.

И Петр, и Екатерина умерли опять-таки преждевременно, будучи даже по меркам того века людьми отнюдь не старыми: Петр – от мочекаменной болезни, Екатерина – от злоупотребления вином.

Когда на престоле оказался Петр II, подросток, появилась еще одна Екатерина…

Давным-давно подмечено, что борьба вельмож и временщиков за расположение малолетнего монарха имеет свою специфику. Многие приемчики и ухватки, великолепно освоенные прожженными интриганами, тут попросту не срабатывают, как сработали бы со взрослым монархом. Один яркий пример: когда Меншиков как-то подступил, как с ножом к горлу, к юному императору с какой-то очередной идеей, которая тому была категорически не по вкусу, Петр просто-напросто вылез в окно и убежал в сад со столь же юной сестрой Натальей. Ну и как тут прикажете поступить самому матерому интригану? Руки опустятся…

Поэтому обеими группами царедворцев, соперничавшими за влияние на императора, был пущен в ход, пожалуй, самый эффективный в такой ситуации метод, гораздо позже получивший название «медовая ловушка». Меншиков принялся усиленно сватать в жены императору свою дочь Марию, что было далеко не самым глупым ходом: тесть императора – должность, конечно, неофициальная, но открывающая огромные возможности для человека, не одну собаку съевшего в многолетних дворцовых интригах.

Вот только соперники Меншикова, князья Долгорукие, тоже были не дураки и пустили в ход тот же самый метод. Меншиков был одиночкой, а Долгорукие – кланом. Их немало сидело на высоких государственных и военных постах. Да вдобавок князь Иван, несколькими годами старше Петра, был закадычным другом императора в силу самых что ни на есть житейских обстоятельств. Пожилой скучный «дядька» Меншиков был Петру совершенно неинтересен в плане чисто человеческого общения, а вот князь Иван, старший товарищ, занудные государственные дела советовал забросить куда подальше – зато устраивал бесконечные охоты, балы, веселые пирушки с гвардейцами и девицами не особенно строгих правил. Четырнадцатилетнему мальчишке именно такая жизнь ужасно нравилась – тем более что все старшие вокруг смотрели на него снизу вверх и ходили перед ним на цыпочках. Это ли не мечта подростка – быть самым крутым, да еще в такой компании?

Одним словом, Долгорукие Меншикова сожрали, свалили, по непринужденным обычаям того времени прихватизировали все его движимое и недвижимое и отправили в ссылку со всей семьей, включая несостоявшуюся царскую невесту Марию. И Долгорукие сделали ход ферзем.

Наиболее распространенная версия последующих событий гласит: однажды государь-император Петр Алексеевич, с трудом открыв глазоньки после очередной вечеринки, обнаружил рядом с собой в постели не особенно и обремененную одеждой княжну Екатерину Долгорукую. Декорации не оставляли никаких сомнений в том, что же именно ночью произошло. Здесь же в немалом количестве присутствовали старшие Долгорукие во главе с отцом княжны и ее братом Иваном. Боже упаси, не было никаких укоров и упреков – кто бы их осмелился высказывать монаршей особе? Долгорукие били на лирику. Они вздыхали, как больные слоны, роняли слезинку и гнули свое деликатно, но настойчиво: воля ваша, Ваше Величество, но как-то неудобно получается… Невинный цветочек растили… Не какая-нибудь прачка из Немецкой слободы – княжна из Рюриковичей… Благородный человек в такой ситуации обязан…

Возможно, все было и не совсем так. Как бы там ни было, Петр и без того был под большим влиянием Ивана Долгорукого (как это всегда бывает в мальчишеских компаниях, где верховодит старший), а княжна Екатерина, судя по отзывам современников, была девушка исключительно красивая. (Вот только родственной любви к братцу Ивану отчего-то не питала, на людях говорила: как только станет императрицей, первым делом закатает Ваньку в Сибирь. Ну это уж дела житейские. Бывает.)

В общем, вскоре Петр и Екатерина обручились по всем тогдашним правилам. У Долгоруких имелись в немалом числе влиятельные враги, недовольные тем, что Долгорукие вот-вот «сосредоточат в своих руках необъятную власть», но что они могли поделать…

Все полным ходом шло к тому, что на российском престоле императрица Екатерина II должна была появиться уже в 1730 году, и вся последующая русская история разворачивалась бы как-то иначе (версии и гипотезы на этот счет строить можно, но все они так и останутся игрой ума или сюжетами для исторической фантастики).

Вмешался совершенно неучтенный фактор – оспа, по тем временам болезнь пострашнее чумы, унесшая не в пример больше жизней. Чума, в конце концов, накатывала редкими эпидемиями, а оспа свирепствовала без перерывов, и защищаться от нее прививками тогда еще не умели. И лечения не было совершенно.

Заразившись оспой, юный император умер в неполные пятнадцать лет, и Екатерина осталась в самом печальном положении. Тут-то, как медведи из берлоги, нехорошо скалясь, и вылезли противники Долгоруких. Теперь уже Долгоруких ограбили до нитки и загнали в места не столь отдаленные. Все они, в том числе и Екатерина, получившая прозвище Разрушенная, провели в сибирской глухомани десять лет, а Ивану еще до воцарения Елизаветы отрубили голову. Второй раз сочетание имен Петр и Екатерина с царским престолом окончилось скверно.

Как и третий случай, когда на престоле появились Петр и Екатерина. Эта история слишком известна, чтобы рассказывать ее подробно. Скажу лишь, что на сей раз все кончилось очень печально только для одного Петра. Екатерине повезло гораздо больше. А вот – уточню ради исторической точности – Екатерине I все же пришлось пережить некоторые неприятности. В последние годы жизни Петра она завела молодого любовника – по какому-то причудливому стечению обстоятельств это был Виллем Монс, младший брат той самой Анны Монс, с которой когда-то «бил амур» Петр I. Кроме амуров, там была еще и самая настоящая коррупция: как частенько бывает, нашлись шустрые людишки, которые принялись обделывать через «потайного» фаворита свои дела. Монс был не просто красавчиком «в случае», но и адъютантом императора, камер-юнкером, а