Николай Калинин - Это в сердце моем навсегда

153-я стрелковая бригада, переправившись через Сиваш на Литовский полуостров, наступала на Армянский Базар.

Наш 51-й кавполк к этому времени прошел Перекопские ворота. Впереди нас продвигался бронеотряд К. С. Бабича, за ним уступом вправо 9-й кавалерийский полк. Мы преследовали врангелевцев при неослабевающей артиллерийской поддержке. 1-й и 2-й эскадроны вышли к Армянску и овладели его окраиной. 3-й и 4-й эскадроны атаковали Армянский Базар с юго-запада. Врангелевцы были зажаты с двух сторон и разбиты.

Нам удалось захватить свыше тысячи пленных и штаб белогвардейской дивизии во главе с генералом.

Дальнейшему продвижению 51-го кавполка мешал бронепоезд, курсировавший между станциями Армянский Базар и Юшунь. Он прикрывал отступление белогвардейцев. Кавалеристы задались целью во что бы то ни стало захватить его. Выделенный мною отряд саперов под командой Петрова разобрал железнодорожный путь между станциями Армянский Базар и Юшунь. Полковая батарея открыла по бронепоезду огонь, а спешившиеся конники атаковали стальную крепость. Несмотря на некоторую рискованность этой операции, она закончилась успешно. Бронепоезд оказался в наших руках целым и невредимым.

С подходом 153-й стрелковой бригады к Армянскому Базару конники привели себя в порядок и двинулись на Юшунь. Отхуда нас обстреляла вражеская артиллерия. У какого-то хуторка противник встретил наш полк огнем тяжелых пулеметов, начал бомбить с воздуха. Пришлось спешиться, занять оборону и держаться до подхода 9-го кавполка. А вскоре подтянулась и вся группа Житова. Разгорелся жаркий бой, продолжавшийся несколько часов.

Дело доходило до рукопашных схваток.

На подмогу нам подоспел 453-й стрелковый полк. Но и он по внес перелома. Тогда решили пойти на хитрость. В моем резерве имелось сорок пулеметных тачанок. Они располагались в полковом тыну. Я приказал эскадронам отходить за эти тачанки. Неприятель принял этот маневр за бегство и начал преследовать наших конников.

Когда врангелевцы оказались перед пулеметами, те дружно ударили по врагу. К ним присоединились и две артиллерийские батареи. В это время 9-й кавполк атаковал белогвардейцев с фланга. Противник был разбит. Лишь немногим уцелевшим его подразделениям удалось отойти за Юшуньские укрепления.

Станция Юшунь также явилась для нас крепким орешком. Но и его раскололи.

Дальше пошло легче. Вырвавшись на просторы крымских степей, кавалеристы вместе со стрелковыми частями стремительно преследовали врангелевцев.

Утром 15 ноября 1920 года наши войска вошли в Севастополь. На окраине нас встретила делегация горожан во главе с подпольным комитетом партии. Состоялся короткий митинг. Радости севастопольцев не было границ.

Основные силы кавгруппы Житова, совершив 75-верстный марш, вступили в город в 9 часов 15 минут. Чуть позже прибыла 153-я стрелковая бригада.

Товарищи из партийного комитета рассказывали, что до самого последнего момента белогвардейцы грузились на пароходы. На пристанях творилось что-то невообразимое. Но всем желающим уехать, конечно, не удалось. Они прятались по чердакам и подвалам. При помощи местного населения их вытаскивали оттуда. Я распорядился, чтобы подразделения прочесали улицы. 1-й эскадрон, которым теперь командовал Колесник, направился в Севастопольскую гавань, 2-й во главе с Поздеевым - на северную окраину города. Офицеров арестовывали и отправляли в штаб, расположенный в бывшем дворце барона Врангеля, под охрану 3-го эскадрона (командир Хомутов). Полковая батарея стояла на огневой позиции на Северной балке и вела беглый огонь по судам, не успевшим еще уплыть далеко.

Во второй половине дня около штаба скопилось большое количество пленных. Среди них были и насильно мобилизованные донские и кубанские казаки, украинцы. Были и добровольцы - ярые враги Советской власти и даже иностранцы. Всего наши войска в районе Севастополя захватили около 4 тысяч офицеров и 10 тысяч солдат.

Врангель был разбит. Мы торжествовали победу.

В течение трех дней 51-й кавполк пополнялся людьми, лошадьми, оружием, боеприпасами, продовольствием, снаряжением. Когда с этим было покончено, мы с комиссаром построили часть и с трудом узнали бойцов. На многих ладно сидели новенькие английские шинели, под кавалеристами поскрипывали прочные канадские седла, на вооружении появились казачьи шашки в серебряной оправе, у некоторых пулеметчиков и ездовых на длинных ремнях болтались неположенные пистолеты. Даже оркестранты и те обзавелись трофейными инструментами.

Я поздравил конников с победой. Адъютант полка зачитал перед строем приветствие Владимира Ильича Ленина и приказ командующего Южным фронтом. Михаил Васильевич Фрунзе благодарил войска за успешные боевые действия но разгрому врангелевских контрреволюционных войск.

Многие участники штурма Перекопа, а в их числе и я, были награждены орденом Красного Знамени.

Большой группе командиров и политработников наш шеф - Моссовет прислал ценные подарки. В 51-м кавполку они были вручены Елсукову, Колеснику, Бахареву, Поздееву, Петрову, Аксенову, а также бойцам Беседину, Завадскому, Полежаеву, Первухину и другим.

20 ноября 51-й кавполк был поднят по тревоге. Перед нами ставилась задача: догнать махновский отряд, возглавляемый Матюшенко, и разоружить его.

После разгрома Врангеля банды Махно начали отходить в Таврию, промышляя грабежом. Мы настигли Матюшенко недалеко от села Кача. Боя решили пока не завязывать. Затеяли переговоры с командиром отряда. В доме, где располагался Матюшенко, мне попалась на глаза листовка, в которой было такое требование: "Все вопросы управления решает местная власть с представителями армии батьки Махно". Такой наглости оставалось только удивляться.

Пока мы в помещении беседовали, махновцы сняли с наших лошадей седла. На мой вопрос: "Что это значит?" - Матюшенко заявил: если мы отыщем пропажу, то он при нас расстреляет виновного.

Тогда мы обезоружили всех находившихся в комнате махновцев. А остальные были обезврежены, когда прибыл командир 153-й стрелковой бригады Круглов. Часть махновцев бежала, бросив награбленное. Остальные сложили оружие. После окончательного очищения Крыма от белогвардейцев мы получили приказ передислоцироваться в город Вознесенск, Одесской губернии, шли туда через Каховку, где был похоронен Юшкевич. У его могилы мы провели митинг. Полк построился в каре. Комиссар полка Елсуков от имени всего личною состава части поклялся беспощадно бороться с врагами молодой Советской республики, отомстить за смерть любимого командира.

После комиссара выступил я. Кратко рассказав о жизни и боевых делах Адольфа Казимировича. Юшкевича, я призвал кавалеристов служить революции так же самоотверженно и преданно, как это делал он. Бойцы единодушно заявили: